Инвестиции в спорт перестали быть просто хобби для миллиардеров и превратились в сложную институциональную экосистему, находящуюся на стыке медиа, технологий и интеллектуальной собственности. Основатель Velocity Дэвид Абрамс делится своим опытом перехода от стрессовых активов на Уолл-стрит к управлению спортивными империями, объясняя, почему сегодня выгоднее инвестировать в инфраструктуру и права, чем в сами команды.
📈 От Drexel и Bear Stearns до становления индустрии альтернативных инвестиций 1:47
Карьера Дэвида Абрамса началась в конце 1980-х, в эпоху, которую он описывает как «совсем другой мир» . В то время индустрии альтернативных инвестиций в её современном понимании не существовало. Рынок начал формироваться на фоне кризиса ссуд и сбережений (Savings and Loan crisis) и краха рынка мусорных облигаций Drexel Burnham Lambert.
Дэвид Абрамс вспоминает работу в Bear Stearns, где он впервые осознал суровость реального мира, увидев увольнение вице-президента в разгар кризиса 1990 года . Этот опыт подтолкнул его к переходу в сферу финансовой реструктуризации — в бутик-фирму The Argosy Group, основанную выходцами из Drexel . В то время такие гиганты, как Houlihan Lokey, ещё не доминировали на рынке, и команда из семи человек занималась реструктуризацией сложных сделок эпохи «мусорных облигаций» .
Знаковым моментом стал переход в Donaldson, Lufkin & Jenrette (DLJ). Абрамс принял решение в пользу предпринимательского духа DLJ, отказавшись от гарантированного дохода в Bear Stearns . В DLJ он стал частью команды, которую сравнивает с составом «Чикаго Буллз» времен Майкла Джордана, где каждый участник был профессионалом экстра-класса .
🇪🇺 Покорение Европы: Немецкий рынок стрессовых активов 8:10
В начале 2000-х Абрамс увидел дисбаланс на европейском рынке. Введение системы TRACE в США сделало американский рынок облигаций прозрачным, снизив возможности для заработка на неэффективности . В то же время европейские банки, особенно в Германии, столкнулись с необходимостью расчистки балансов из-за требований регуляторов ЕС о прекращении государственных субсидий .
Не зная немецкого языка, Абрамс начал летать в Германию и в итоге нанял команду из Commerzbank для создания бизнеса по торговле проблемными долгами внутри Credit Suisse . Ключевым вызовом стало то, что традиционные банки не хотели держать неликвидные активы на балансе из-за регуляторного давления на капитал . Это привело Абрамса в Apollo Global Management, где он смог развернуть полноценную инвестиционную платформу в Лондоне .
В Apollo Абрамс реализовал стратегию «комплексных решений» для банков Испании, Ирландии и Великобритании. Вместо того чтобы просто торговаться по цене, Apollo предлагала банкам выход из проблемных активов через различные инструменты:
- Выкуп кредитов и операционных компаний.
- Рефинансирование через кредитные группы.
- Использование экспертизы дочерних компаний (например, Countrywide для оценки недвижимости) для точного андеррайтинга .
🏀 Рождение Velocity: Инвестиционный тезис в спорте 17:56
Переход от Уолл-стрит к спорту был органическим. Всё началось с баскетбольного турнира сына в Брюсселе в 2014 году, где Абрамс увидел систему автоматизированной видеосъемки Keemotion . Впечатлившись технологией, он возглавил группу инвесторов, стал председателем компании и в итоге успешно продал её гиганту Sportradar в 2021 году . Дополнительно он инвестировал в команду Yankee AAA в Скрэнтоне и английский футбольный клуб Crystal Palace .
После работы на посту инвестиционного директора в Harris Blitzer Sports & Entertainment (HBSE), Дэвид Абрамс вместе с Арни Рисом основал Velocity.
Инвестиционные тезисы Velocity:
- Отказ от владения командами: Фирма сознательно не инвестирует в спортивные франшизы напрямую, считая этот рынок перегретым и предпочитая «экосистему» вокруг спорта .
- Фокус на интеллектуальную собственность (IP) и технологии: Вложения в контент, беттинг, анализ данных и инфраструктуру, которые поддерживают институционализацию лиг .
- Защита капитала через контроль выхода: Абрамс утверждает, что они инвестируют только в те компании, где видят чёткий путь к выходу через 3–4 года .
- Доменная экспертиза против цены: Velocity стремится выигрывать сделки не за счет самой высокой цены, а предлагая стратегическую помощь в масштабировании .
🏂 Кейс X Games: Реструктуризация заброшенного бренда 42:01
Одной из знаковых сделок Velocity стал выкуп X Games у ESPN/Disney в партнерстве с MSP Sports Capital . Абрамс классифицирует это как «корпоративный карве-аут со вкусом дистресса» . Несмотря на силу бренда, внутри Disney актив находился в упадке из-за отсутствия приоритетности.
Дэвид Абрамс выделяет три рычага роста для X Games:
- Смена дистрибуции: Уход от чисто линейного ТВ (которое целевая аудитория зумеров не смотрит) к цифровым платформам и международным правам .
- Монетизация спонсорства: Создание выделенной команды продаж, чего не было внутри громоздкой структуры ESPN .
- Доходы в дни мероприятий: Переход от модели с бесплатными билетами в Аспене к полноценным продажам билетов, гостевых пакетов (hospitality) и парковок .
💼 Операционная модель и уроки бизнеса 40:40
Абрамс признает прошлые ошибки, в частности, в Keemotion, где продукт был оценен слишком дорого (premium pricing), что ограничило охват рынка . В Velocity они применяют другой подход: «сначала захвати клиента, а потом зарабатывай на росте партнерства» .
Важным элементом работы Velocity является сеть советников, включая таких ветеранов индустрии, как Джон Коснер (экс-ESPN) . В условиях сложного фандрайзинга 2023 года Абрамс считает, что отсутствие «избыточной эйфории» в оценках последних лет идет фонду на пользу, так как позволяет инвестировать в более трезвой рыночной среде .
В завершение Дэвид Абрамс подчеркивает, что в финансовой индустрии критически важен «эмоциональный фундамент», который для него заключается в семье и способности отключаться от мира во время заплывов в открытом океане .
