Екатерина Шульман о границах профессионализма, рутине и жизни вне России
В Берлине, в стенах Свободного университета, Михаил Шац и Александр Оганисян встретились с политологом Екатериной Шульман. В беседе, полной иронии и глубокого анализа, обсуждались вопросы адаптации к эмиграции, роль профессиональной идентичности в условиях перемен, а также то, как сохранять спокойствие и продолжать эффективно работать, находясь вне привычного московского контекста.
⚖️ Самоопределение и профессиональная устойчивость
По мнению Екатерины Шульман, главный вопрос, с которым сталкивается человек в ситуации принудительного или добровольного переезда — «кто ты такой?». Шульман подчеркивает, что определяет себя прежде всего через профессиональную личность, и именно это ядро позволяет сохранять устойчивость.
- Стратегия выживания: Переезд в Берлин стал реализацией приглашения в Академию Боша, которое ранее не казалось приоритетным. Политолог отмечает, что работа для неё первична, а местоположение — вторично.
- Регулярность как спасение: Психическая сохранность большинства людей основана на рутине. По словам Шульман, обретение регулярности в преподавании и исследовательской деятельности — ключевой способ справиться с неопределенностью.
- Иноагентство: Шульман иронично относится к статусу «иноагента», отмечая, что это обстоятельство не мешает продолжать экспертную деятельность, публиковаться в научных журналах и преподавать, хотя бюрократические препятствия значительно возросли.
🔍 Взгляд на российскую политическую реальность
Дискуссия коснулась и того, как Шульман оценивает происходящее в России, продолжая профессионально следить за процессами принятия решений.
- Бюрократическая литература: Исследование процессов в российской политике требует изучения бесконечных стенограмм и официальных стратегий. Шульман отмечает, что, например, в текстах Николая Патрушева можно найти своего рода «взбесившуюся поэзию», хотя регулярное чтение таких материалов угрожает способностью выражаться членораздельно.
- Диллема выбора: Обсуждая действия индивида в политической системе, Шульман напоминает концепцию Альберта Хиршмана: Exit, Voice and Loyalty (выход, голос, лояльность).
- Exit (выход): Стратегия, выбранная самой Шульман; часто сопряжена с личными потерями.
- Voice (голос/протест): Опасная стратегия, при которой политическая система может отреагировать жестким подавлением.
- Loyalty (лояльность): Самый массовый выбор, наименее затратный тактически, но наиболее тяжелый стратегически, так как он продлевает функционирование системы в её текущем виде.
- Природа системы: По мнению гостьи, современная российская система особенно ценит тех, кто готов демонстрировать «показательный идиотизм». Таким образом, человек доказывает, что у него нет иной субъектности или репутации, кроме лояльности системе.
🌍 Эмиграция: тоска по месту, где ты нужнее
Несмотря на успешное продолжение работы в Берлине, Шульман признается, что мысль о работе в России не покидает её.
- Проблема «нуждаемости»: Политолог отмечает, что выступает перед полными залами образованных людей в Лондоне, Тель-Авиве, Ереване и других городах, но чувствует, что дома, в России, есть колоссальная «пропасть нужды» — нехватка учителей, врачей, экспертов и независимых институтов.
- Будущее: Шульман выражает надежду, что однажды «противоестественное положение» изменится, и люди смогут находиться там, где они нужнее всего.
