«Я люблю, когда говорят, что что-то невозможно, потому что это дает возможность стать тем, кто докажет обратное», — признается Томас Тулл, человек, который превратил голливудские блокбастеры в институциональный бизнес, а любовь к блюзу — в дисциплину профессионального спортсмена. От продюсирования легендарных документалок о гитарах до трансформации страхового рынка с помощью ИИ, его путь доказывает: лучшие стратегии рождаются на стыке интеллектуальной честности и осознания собственной смертности.
🎬 Эволюция эпического кино: от идеи до индустриального стандарта 1:06
Создание масштабного кинополотна — это сложный процесс, который невозможно свести к единой формуле. Томас Тулл, основываясь на опыте создания таких франшиз, как «Темный рыцарь», «Начало» и «Мир юрского периода», утверждает, что успех эпического фильма зиждется на фундаменте из трех столпов: глубоко проработанного сценария, талантливого режиссера и актерского состава, способного воплотить задуманное.
Тулл подчеркивает, что каждый крупный фильм фактически является отдельной «стартап-компанией». Работа начинается с простого набора слов на бумаге — сценария — который затем необходимо «оживить», заставив аудиторию поверить в предлагаемый мир. Важнейшим аспектом является химия между актерами: даже если каждый из них обладает выдающимся талантом, они должны органично взаимодействовать в кадре, чтобы зритель поверил в реальность происходящего. Роль режиссера при этом сопоставима с генералом на поле боя, однако конечный успех требует синергии всех участников процесса, от визуальных эффектов до продюсерской работы.
🏛 Институциональный капитал как фундамент устойчивости 4:09
Когда Томас Тулл основал Legendary Entertainment в 2004 году, киноиндустрия с оборотом в 30 миллиардов долларов представляла собой уникальное поле: в ней практически отсутствовал институциональный капитал. Тулл был поражен тем, что такой масштабный бизнес функционировал как кустарный промысел, в то время как любая другая отрасль аналогичного объема привлекала частный акционерный капитал и долгосрочные инвестиции.
В отличие от частных инвестиций, которые могут быть нестабильными и требовать немедленной отдачи, институциональный капитал — от таких гигантов, как Fidelity, T. Rowe Price или университетских эндаументов — позволяет мыслить стратегическими категориями. Такие инвесторы смотрят на горизонт в 5–10 лет, что дает создателям возможность быть «терпеливыми» и реализовывать проекты, требующие значительных ресурсов. Профессиональные инвесторы, по мнению Тулла, в основном беспристрастны: если вы следуете бизнес-плану и достигаете оговоренных показателей, вам предоставляется необходимая свобода. Это радикально отличается от подхода частных лиц, которые часто пытаются «вторгаться» в творческий процесс, высказывая субъективные мнения о выборе актеров или сюжетных ходах, что является одной из странностей кинобизнеса.
⚡ Роль ограничений в творческом процессе 12:04
Многие ошибочно полагают, что наличие неограниченного бюджета — ключ к гениальности. Однако Томас Тулл убежден в обратном: жесткие сроки и ограниченные ресурсы выступают мощнейшими катализаторами креативности и инноваций. Когда у вас есть «бездонный колодец» ресурсов, исчезает рычаг давления, который заставляет искать нестандартные решения. Если неудача не несет последствий, а финансирование восполняемо, у проекта пропадает та острота, которая необходима для прорывных свершений.
Идеальный баланс, по словам Тулла, заключается в создании правильного уровня «трения». Слишком скудное финансирование вынуждает принимать проигрышные в долгосрочной перспективе, тактические решения ради выживания здесь и сейчас. В то же время, избыточное финансирование убивает потребность в преодолении препятствий. Тулл проводит параллель с человеческим развитием: способность быть «комфортно некомфортным», преодолевая трудности, — это «мышца», которую нужно тренировать. В бизнесе это работает аналогично: если задача кажется другим невыполнимой, это не баг, а фича. Трудность становится маркером возможностей: она отсеивает конкурентов и открывает путь тому, кто сможет доказать, что препятствие преодолимо.
Ранее в разговоре они кратко коснулись будущего стриминговых сервисов, таких как Netflix, и того, как их стратегия привела к трансформации всей индустрии развлечений.
🎥 Новые горизонты сторителлинга и иммерсивности 25:15
Современный ландшафт повествования претерпевает фундаментальные изменения, выходя за рамки традиционных киноформатов. Томас Тулл отмечает, что сегодня авторы больше не зажаты в строгие тиски двухчасового хронометража. Возможность создавать контент в виде мини-сериалов из трех или пяти частей открывает перед создателями невиданную ранее свободу для реализации глубоких и сложных идей.
Ключевым фактором этих изменений стали стриминговые платформы, такие как Netflix, которые не просто предоставляют капитал, но и создают среду, где творцы чувствуют себя свободными. Тулл подчеркивает, что успех таких компаний во многом зависит от людей: например, работа Теда Сарандоса в Netflix продемонстрировала важность глубокого понимания психологии творческих личностей, чья мотивация далеко не всегда сводится к чисто капиталистическим интересам.
Тем не менее, классический опыт похода в кинотеатр остается уникальным явлением. Большие эпические полотна, такие как «Дюна» (проект Legendary Pictures) или будущие части «Аватара» Джеймса Кэмерона, требуют «большого экрана» для полноценного восприятия. По мнению Тулла, в ближайшие 5–10 лет рынок будет сегментирован: мы увидим сосуществование грандиозных театральных релизов и разнообразного цифрового контента, который не обязательно должен стремиться в кинозалы.
Границы между форматами окончательно размываются: режиссеры легко переходят из мира большого кино в сериальный формат и обратно. Более того, в будущем даже короткие формы — видео для TikTok или Instagram — могут стать полноценным инструментом глубокого эмоционального воздействия. Как отмечает Тулл, если движущееся изображение способно вызвать искренний отклик и изменить внутреннее состояние зрителя, это уже является новым этапом эволюции человеческого опыта.
🏗 Будущее технологий: от автоматизации к человеческому опыту 33:37
Размышляя о технологическом развитии, Тулл подчеркивает, что автоматизация — это не способ заменить человека, а путь к повышению продуктивности через грамотный интерфейс «человек-машина». В сфере промышленного производства робототехника должна брать на себя опасные или предельно монотонные задачи, которые вряд ли можно назвать «хорошей работой» для человека в долгосрочной перспективе.
Важным аспектом является развитие ИИ, который, по мнению Тулла, проникает в нашу жизнь несколько медленнее, чем принято считать, из-за невероятной сложности базовых для людей действий, таких как поддержание равновесия. Однако инвестиции в эту область как со стороны частного капитала, так и со стороны государств делают прогресс неизбежным.
Особый потенциал Тулл видит в создании ИИ-систем, способных выстраивать подобие эмоциональной связи с человеком. В отличие от нынешних «базовых слуг» вроде Alexa, которые лишь включают музыку или сообщают погоду, будущие системы могли бы стать полноценными компаньонами. Развитие способности машин к взаимодействию такого уровня открывает не только огромные бизнес-возможности, но и перспективу реальной помощи людям в их личностном росте. В этой области кроется потенциал для создания технологий следующего поколения, которые превзойдут нынешние социальные сети и изменят то, как мы понимаем комфорт и общение.
(Ранее в разговоре Тулл вскользь упомянул свою философию инвестирования через холдинговую компанию Tulco и необходимость возрождения высокотехнологичного производства в США, но эти вопросы требуют отдельного рассмотрения.)
🚀 Новые горизонты инвестиций: от производства до человеческого капитала 52:24
Томас Тулл, основатель Tulco, выработал уникальный подход к трансформации бизнеса, опирающийся на интеграцию данных и талантов в традиционные отрасли. Философия компании заключается не в том, чтобы навязывать единый шаблон, а в том, чтобы обеспечить доступ к необходимым ресурсам там, где инновации исторически отставали.
Система поиска проблем и трансформация индустрий 52:24
В работе Tulco есть два ключевых компонента: наука о данных и внедрение искусственного интеллекта. По словам Томаса Тулла, успех часто зависит от готовности бизнеса меняться. В качестве примера он приводит компанию Figs, производящую медицинскую одежду, где успех был достигнут благодаря одновременной одержимости продуктом и клиентом, а также глубокой цифровизации процессов.
Другой пример — компания Akesure, работающая в сфере страхования. Индустрия страхования, остававшаяся во многом «бумажной» и нецифровизированной, оказалась крайне восприимчивой к внедрению глубокой аналитики. Для таких масштабных преобразований Tulco часто интегрирует свою команду непосредственно в структуру партнера, чтобы выстроить инфраструктуру с нуля:
- Организация баз данных и единых цифровых систем.
- Использование предиктивной аналитики для управления бизнесом.
- Автоматизация рутинных бэк-офисных задач.
Тулл отмечает, что успех зависит от лидерства: например, глава Akesure Грег Уильямс глубоко понимал потенциал машинного обучения, что облегчило процесс внедрения инноваций.
Возрождение производства и устойчивость цепочек поставок 41:04
В ходе беседы Лекс Фридман затронул тему необходимости развития высокотехнологичного производства непосредственно на территории США. Тулл подчеркивает критическую важность контроля над цепочками поставок и создания прочной промышленной базы. Это не просто экономический вопрос, а стратегическое требование времени. По его мнению, стремление к технологическому лидерству в производстве должно идти рука об руку с пониманием того, как технологии взаимодействуют с реальным миром и обществом.
Будущее AI: от функциональности к социальному взаимодействию 50:22
Одной из самых сложных проблем в робототехнике и ИИ остается взаимодействие с человеком. Тулл отмечает, что многие разработчики стараются избегать этого, так как человеческая природа хаотична, сложна и труднопредсказуема. Однако он убежден, что прогресс требует от систем способности «играть в игру» с людьми — например, ИИ в автономных автомобилях должен понимать невербальный «танец», который совершают пешеходы и водители на дороге.
В будущем ИИ может выйти за рамки выполнения функциональных задач. Успех инноваций, по мнению Тулла, зависит от людей, которые стоят за технологиями. Он подчеркивает: чтобы внедрять передовые решения, лидеры должны обладать не только техническими знаниями, но и глубоким пониманием истории и человеческой природы.
В этом контексте ранее в разговоре они кратко касались интеллектуальной честности лидеров, вопросов владения активами и стартапов, однако Тулл настаивает, что главное — это «оставить след» и делать что-то действительно интересное.
🎸 Ритм бизнеса, сцены и интеллектуальной честности 1:15:25
Интеллектуальная честность как фундамент лидерства 1:15:52
Томас Тулл убежден, что в бизнесе — как в инвестициях, так и в управлении — ключевым активом всегда остаются люди. В современном мире, где скорость изменений невероятна, невозможно составить жесткий бизнес-план на десятилетия вперед. Истинная сила лидера заключается не в провидческих способностях, а в интеллектуальной честности.
Способность дать откровенную оценку ситуации, когда дела идут не по плану, является суперсилой. Тулл подчеркивает: проблемы неизбежны, и умение «прямо смотреть в зеркало» и признавать ошибки, не пытаясь «тянуть время» в надежде на чудо, критически важно для выживания компании.
- Честность с самим собой: Неспособность признать провал — это «скользкий путь», ведущий от мелких искажений отчетности к серьезным этическим нарушениям.
- Правило плохих новостей: Плохие новости должны распространяться быстрее, чем хорошие. Когда партнер говорит «я не знаю ответа, мне нужно во всем разобраться», это вызывает гораздо больше доверия, чем попытки скрыть неопределенность.
- Гибкость (Elasticity): Успех зависит от того, насколько лидер может адаптироваться к «несовершенной информации» и непредвиденным обстоятельствам.
Уроки инвестирования: избегание глупости 1:19:56
Размышляя об инвестиционных процессах, Томас Тулл отмечает парадоксальную особенность питчей: предприниматели почти всегда называют свои финансовые прогнозы «консервативными». По иронии, он признается, что ждал бы смельчака, который честно сказал бы: «Мои прогнозы безумно оптимистичны, и мы никогда не достигнем этих цифр, но...».
Следуя принципам, схожим с подходом Уоррена Баффета, Тулл считает, что главная задача инвестора — не столько искать гениальные идеи, сколько фокусироваться на минимизации риска и избегании очевидно провальных, глупых решений. Важно понимать не только «дорожную карту», но и то, действительно ли бизнес способен «сдвинуть иглу» (двигать рынок), и что именно делает компанию уникально позиционированной для успеха.
Философия «Ghost Hounds» и магия живого звука 1:21:03
Игра в составе группы Ghost Hounds на разогреве у The Rolling Stones — опыт, который Тулл называет сюрреалистичным. Для него «роллинги» — величайшая рок-группа в истории, и наблюдать за их профессионализмом — отдельный урок. Секрет долголетия Мика Джаггера, по мнению Тулла, кроется не только в таланте, но и в дисциплине уровня профессионального атлета: ежедневные тренировки, диета и полная отдача на двухчасовых концертах.
- Музыка как диалог: Стадионные выступления — это «двунаправленный» обмен энергией с толпой. Несмотря на использование систем мониторинга (in-ear), позволяющих сохранять слух, эта связь остается уникальной.
- Сторителлинг в песнях: Тулл считает себя «лириком», для которого важно понимать персонажей каждой песни. Он черпает вдохновение у поэтов масштаба Томаса Уэйтса и Леонарда Коэна.
- Происхождение названия: Группа была названа Ghost Hounds в честь блюзовой легенды о Роберте Джонсоне, который, по преданию, продал душу на перекрестке, а в своих песнях упоминал «адских гончих» (hellhounds), преследующих его по следу.
Ранее в разговоре они кратко касались тем трансформации индустрии развлечений и будущего технологий, но в данном фрагменте внимание было сфокусировано на ремесле и личном профессиональном пути Тулла.
-
🎸 Магия шести струн: от великих гитаристов до анатомии рок-н-ролла 1:40:31
Философия гитары и рождение документальной ленты «Приготовьтесь, будет громко» 1:40:31
Музыка всегда занимала особое место в жизни Томаса Тулла. Исполнители масштаба Джона Фогерти из Creedence Clearwater Revival или Брюса Спрингстина, чья лирика поражает способностью полностью выворачивать душу наизнанку, всегда оставались для него главными творческими ориентирами. Особое восхищение у предпринимателя вызывают классические блюзмены — Джон Ли Хукер и Мадди Уотерс с его легендарным треком Mannish Boy, способные извлекать колоссальные эмоции из удержания одного ритмического рисунка. Для целого поколения символ электрогитары стал чем-то гораздо большим, чем просто музыкальный инструмент. Как отмечает Лекс Фридман, в XX веке гитара, подобно автомобилю, определила облик Голливуда и зафиксировала саму суть того, что значит быть человеком в Америке.
Эта глубокая страсть подтолкнула Томаса Тулла к созданию знакового документального фильма «Приготовьтесь, будет громко» (It Might Get Loud). Идея родилась внезапно: листая журнал Rolling Stone с рейтингом 50 величайших гитаристов всех времен, Тулл параллельно изучал финансовый отчет по индустрии видеоигр, где самой популярной игрой на тот момент значилась Guitar Hero. Задавшись вопросом, почему именно этот инструмент стал центральным символом рок-культуры, он решил спросить об этом лично Джимми Пейджа. Тулл обратился за советом к своему другу Дэвису Гуггенхайму, режиссеру оскароносной картины «Неудобная правда». Тот настолько загорелся замыслом, что сам сел в режиссерское кресло. Им удалось невероятное — собрать вместе трех музыкантов совершенно разных эпох и стилей: Джимми Пейджа из Led Zeppelin, Эджа из U2 и Джека Уайта из The White Stripes.
Съемки проходили в течение трех дней в павильоне Warner Brothers, который команда окрестила «Саммитом». Томас Тулл вспоминает Джимми Пейджа как Гэндальфа рок-музыки — мудрого, спокойного и монументального, что ярко контрастировало с неуемной, ищущей энергией Джека Уайта. Одним из ярчайших моментов стало то, как Пейдж достал из кейса свою легендарную двухгрифную гитару для Stairway to Heaven и передал ее Туллу — это ощущалось так, словно кто-то вручил тебе Экскалибур. Настоящая магия случилась, когда Пейдж прямо на съемочной площадке начал играть культовый рифф из Whole Lotta Love: в этот миг Эдж и Джек Уайт мгновенно перестали быть рок-богами и превратились в восторженных 15-летних подростков. Финал картины, в котором трио не хотело расходиться и спонтанно исполнило акустическую версию песни The Weight группы The Band, стал идеальной точкой в этом масштабном признании в любви гитарной культуре.
Инструменты с душой: легендарная Hazel и культовые усилители 1:47:13
Разговор о личных исполнительских предпочтениях неизбежно вылился в вечный музыкальный спор: Gibson Les Paul или Fender Stratocaster? Лекс Фридман признается, что из-за колоссального влияния Джими Хендрикса и Эрика Клэптона его сердцу гораздо ближе Stratocaster. Томас Тулл, напротив, делает однозначный выбор в пользу Les Paul, хотя и признает гениальность отцов-основателей индустрии: Лео Фендера и компании Gibson, которые еще в 1950-х годах создали идеальные формы гитар, не теряющие своей актуальности по сей день.
Основным и самым любимым инструментом Тулла является гитара по имени Hazel — оригинальный Gibson Les Paul 1959 года выпуска. В гитарном мире этот год считается «священным граалем», а сами инструменты эксперты сравнивают со скрипками Страдивари за их неповторимый резонанс и магический тембр. В студийных условиях Тулл предпочитает подключать её к проверенной временем классике:
-
Усилитель Fender Twin 1959 года выпуска
-
Усилитель Marshall мощностью 65 ватт выпуска 1965 года
Однако во время гастрольных туров старинную технику приходится беречь из-за капризности ламп и общей хрупкости конструкции. Специально для концертных дорог мастера из компании Two Rock изготовили для Томаса современные усилители, которые максимально точно воссоздают благородный винтажный звук, но при этом гарантируют стопроцентную надежность на сцене. Примечательно, что Тулл принципиально не использует цифровые эмуляции и программный софт, сохраняя максимально «олдскульный» тракт: гитара, культовая винтажная педаль перегруза Klon и чистый ламповый усилитель. Также в его коллекции выделяются редкие гитары Blackguard Telecaster 1950-х годов в традиционной желто-черной расцветке, включая экземпляр 1951 года, настроенный в открытый соль-мажор (Open G) для исполнения специфических блюзовых треков.
Анатомия сонграйтинга и сила простого блюзового грува 1:50:14
Отвечая на вопрос о процессе создания музыки и текстов, Томас Тулл шутит, что в этом плане он довольно скучный парень, поскольку вообще не употребляет алкоголь и предпочитает трезвый взгляд на творчество. Написание новой композиции для него всегда начинается либо с интересного гитарного риффа, за который цепляется слух, либо с удачного, емкого названия. Подобный заголовок служит ментальным маяком, вокруг которого выстраивается дальнейшая идея. Туллу важно сразу определить, от чьего лица ведется рассказ: кто этот вымышленный рассказчик, счастлив он или печален, и в какой именно точке жизненного пути находится в данный момент.
В составе своей группы Ghost Hounds Тулл сознательно держится в тени как исполнитель: он категорически не поет, и на сцене возле него никогда нет микрофона. Процесс написания песен строится под уникальный вокал фронтмена Трея, чья бешеная харизма ведет коллектив за собой. Также Томас отмечает высочайшее мастерство второго гитариста группы Джонни Боба, называя его настоящим «гитарным стрелком». Они распределяют сольные партии в пропорции 30 на 70 в пользу Джонни, позволяя Туллу порой самому становиться восторженным фанатом собственного коллеги прямо во время живого выступления.
Среди любимых вещей для исполнения Тулл выделяет композицию Half My Fault, играющуюся в открытом строе Open G, а также трек Baby We're Through с нового блюзового альбома команды. Эта песня примечательна тем, что полностью построена на удержании «первой ступени» (staying on the one). В отличие от традиционной для рок-н-ролла гармонической последовательности из первой, четвертой и пятой ступеней (1-4-5), такой подход, встречающийся у Линка Рэя, требует от музыканта монотонного ритмического удержания одного и того же плотного грува на протяжении всей песни, что рождает колоссальную первобытную энергию.
В плане сольной игры Тулл предпочитает не скоростной техничный шреддинг, а чувственный медленный блюз в духе Фредди Кинга или Би Би Кинга, где одна-единственная нота, извлеченная с правильным бендом и глубоким вибрато, говорит больше, чем тысячи пассажей. Лекс Фридман добавляет, что ярчайшим примером такого искусства является Дэвид Гилмор и его знаменитое соло в Comfortably Numb, где динамика натяжения струны создает ощущение глубокого вздоха облегчения. Истинные мастера способны передать всю гамму человеческих переживаний, оставаясь в пределах всего нескольких ладов на грифе.
В завершение этой части беседы собеседники плавно перешли к теме спорта и личной вовлеченности Тулла в дела легендарного американского футбольного клуба «Питтсбург Стилерс». Однако глубокий разбор вопросов спортивного менеджмента, наследия семьи Руни и общей философии управления крупной франшизой авторы сознательно перенесли в финальную главу публикации.
🏆 Философия служения и взгляд в вечность 2:05:20
Завершая масштабную беседу, Томас Тулл и Лекс Фридман перешли от обсуждения технологий и бизнеса к фундаментальным вопросам человеческого существования: ответственности перед обществом, этическому выбору и осознанию краткости жизни. Для Тулла, чьи интересы простираются от кино до квантовых вычислений, эти темы не являются абстрактными — они формируют его подход к управлению активами и собственной судьбой.
Владельцы как временные хранители наследия 2:05:33
Особое место в жизни Томаса Тулла занимает спорт, и его философия владения долей в профессиональной команде (в частности, в «Питтсбург Стилерз») выходит далеко за рамки финансовой отчетности. Тулл убежден, что владельцы спортивных клубов — это не просто собственники бизнеса, а «временные хранители» (custodians) того, что по праву принадлежит городу и его жителям .
По мнению Тулла, спорт выполняет уникальную социальную функцию:
- Создание смыслов: Для миллионов людей команда становится источником идентичности и личного смысла .
- Социальный клей: В периоды неопределенности, такие как пандемия COVID-19, именно спорт объединяет людей, даря им общие триумфы и трагедии, когда старые связи рушатся .
- Преемственность поколений: Тулл с теплотой вспоминает собственное детство, когда, не имея ничего, он зачитывался статистикой матчей «Янкиз» и «Стилерз», чувствуя свою сопричастность к чему-то великому .
«Спорт должен удерживаться на более высоком стандарте, чем просто "были ли мы прибыльными в этом году?"», — подчеркивает Тулл. Это ответственность за воспоминания и узы, которые формируются между фанатами, и пренебрежение этим аспектом ради сиюминутной выгоды кажется предпринимателю недопустимым .
Жизненные принципы и «эффект скользкого склона» 2:07:29
Отвечая на вопрос о советах молодым людям, Тулл возвращается к понятию интеллектуальной честности, которую они с Лексом подробно обсуждали ранее. Первый шаг к достойной жизни — это честный ответ на вопросы: «Кто я? Что для меня важно? Что я хочу совершить?» . На основе этих ответов должна быть построена гибкая, но твердая система правил.
Тулл предостерегает от «эффекта скользкого склона» в вопросах этики. По его наблюдениям, серьезные моральные падения редко случаются мгновенно; чаще это серия мелких компромиссов и едва заметных корректировок поведения . Настоящая честность проявляется в способности без драмы и пафоса принять решение, основанное на принципах, и просто уйти, если ситуация требует нарушения внутренних правил .
Помимо глобальных целей, Тулл выделяет простые критерии качества человеческой жизни:
- Надежность: Могут ли на тебя положиться друзья? Выполняешь ли ты то, что обещал? .
- Интеллектуальное любопытство: В мире, предназначенном для того, чтобы отвлекать нас, критически важно сохранять способность глубоко мыслить и «стоять на плечах великих мыслителей прошлого», много читая и анализируя .
- Отказ от менталитета жертвы: Жизнь может быть несправедливой и трагичной, но для продуктивного функционирования важно сохранять жизнестойкость и решимость действовать, несмотря на обстоятельства .
Стоицизм и осознание смертности: memento mori 2:12:15
Финальная часть диалога коснулась экзистенциального масштаба человеческих проблем. Томас Тулл признается, что часто обретает спокойствие, глядя на ночное небо в горах Монтаны или Айдахо. Отсутствие светового загрязнения позволяет увидеть звезды, которые светят миллиарды лет, напоминая о том, насколько мимолетна любая человеческая жизнь и как ничтожны перед лицом вечности даже самые «неразрешимые» проблемы .
Тулл является убежденным сторонником стоицизма, отмечая вклад Райана Холидея в популяризацию этой философии в наши дни . Концепция memento mori (помни о смерти) служит для него не источником страха, а инструментом правильного фрейминга реальности.
Осознание того, что у каждого есть «дата истечения срока годности», помогает Туллу :
- Правильно расставлять приоритеты в принятии решений.
- Находить баланс между тревогой за будущее и беспечностью.
- Регулярно проводить внутреннюю ревизию: «Если бы всё закончилось завтра, стал бы я тем человеком, которым хотел быть?» .
Лекс Фридман добавил, что старается визуализировать завершение пути в конце каждого дня, чтобы ценить настоящий момент. Разговор завершился на ноте признательности за возможность создавать что-то новое и поддерживать глубокие человеческие отношения. Несмотря на успехи в бизнесе и возможность гастролировать с легендарными The Rolling Stones (о чем упоминалось в предыдущей главе), Тулл ставит во главу угла именно эти простые, но фундаментальные истины: быть хорошим другом, надежным членом семьи и человеком, который не боится смотреть в лицо собственной конечности .
