«Если бы Бог и дьявол существовали в реальности, то дьявол был единственным, кто поддерживал меня на протяжении всей жизни», — признается экс-чемпион UFC Шон Стрикленд. Выросший в атмосфере жестокого домашнего насилия, он превратил ментальное расстройство и неконтролируемую агрессию в легальную терапию внутри октагона. В откровенном разговоре с Джо Роганом самый нефильтрованный боец современного MMA препарирует изнанку спортивного бизнеса, лицемерие интернет-активистов и системный кризис, раскалывающий американское общество.
🥊 Разбор боя с Магомедом Анкалаевым и закулисные интриги MMA 0:14
Тактический триумф: анатомия победы над Магомедом Анкалаевым 0:14
Шон Стрикленд начал беседу с детального разбора своего недавнего поединка, поделившись ключевыми моментами противостояния с Магомедом Анкалаевым . Бой начался с неприятного инцидента: соперник сразу же совершил глубокий тычок пальцем в глаз Шона . Стрикленд иронично высказался о происхождении оппонента, заметив, что тот позиционирует себя как немецкий боец, хотя переехал в Германию из России лишь в возрасте 15 лет .
Джо Роган выразил восхищение уникальной манерой ведения боя Стрикленда . Ведущий подчеркнул, что вертикальная стойка Шона и его специфическая постановка рук кардинально отличаются от большинства бойцов смешанных единоборств и ближе к классической боксерской школе . В первом раунде Анкалаев пытался работать на публику: он улыбался при нанесении ударов ногами и даже смог на секунду сбить Шону дыхание точным фронт-киком . Однако Стрикленд сохранял хладнокровие, понимая, что его соперник не привык работать в рамках 25-минутного чемпионского лимита времени .
Уже к третьей минуте первого раунда Анкалаев начал стремительно уставать, что удивило Шона, ожидавшего более затяжного сопротивления . Переломный момент произошел во время борьбы:
- Соперник смог успешно провести тейкдаун и забрать спину Стрикленда .
- Шон не запаниковал, методично работая над освобождением от захвата рук .
- Как только захват был разорван, Стрикленд почувствовал, что соперник полностью лишился сил — его руки стали «мягкими» и «деликатными» .
- Вместо того чтобы удерживать позицию, наносить контролирующие удары коленями по бедрам и забирать раунд, Анкалаев просто сдался ментально .
Джо Роган подтвердил эти наблюдения, отметив, что при просмотре трансляции со стороны было отчетливо видно, как ноги Анкалаева потяжелели, а его движения потеряли былую скорость . Такой быстрый спад выносливости удивил Шона, так как до этого Анкалаев провел энергозатратный трехраундовый поединок против сильного ударника и чемпиона PFL Садибу Си . Стрикленд также крайне критически высказался о предыдущем сопернике Анкалаева в UFC — Дастине Штольцфусе, назвав его слабым бойцом («мешком») , которому Шон лично ломал нос на первой минуте спарринга . Стрикленд добавил, что Дастин попал в организацию лишь благодаря нелепой случайности, когда его соперник получил травму плеча во время броска .
Закулисные игры: почему менеджерам не место в бойцовских залах 4:35
Вторая часть обсуждения коснулась поведения дагестанских бойцов и этики спортивного менеджмента. Шон Стрикленд охарактеризовал многих представителей этого региона как «задир» и высказал резкие претензии в адрес известного менеджера Али Абдель-Азиза . Поводом для жесткой критики стал инцидент, произошедший в тренировочном зале.
Абдель-Азиз регулярно приходил на тренировки Шона, где детально изучал его спарринги с близким другом Стрикленда — Марвином Веттори . Спустя всего три недели после этого менеджер использовал полученную информацию, чтобы выставить против Шона своего клиента (Алекса Перейру) и публично делать ставки на поражение Стрикленда .
Шон открыто назвал менеджера «крысой» и выразил твердое убеждение:
- Спортивным менеджерам должен быть навсегда закрыт доступ в тренировочные залы бойцов .
- Присутствие агентов во время спаррингов разрушает спортивную этику .
- Менеджеры используют дружескую атмосферу залов для шпионажа в пользу других своих клиентов .
Джо Роган согласился с тем, что ситуация выглядит крайне сомнительно, отметив, что именно по этой причине ведущие мировые залы практикуют закрытые тренировки . Тем не менее, Стрикленд заявил, что не боится открытых просмотров со стороны будущих оппонентов, так как его боевой стиль всегда одинаков и строится на постоянном давлении и безупречном распределении ресурсов организма .
Бесконечный спарринг: секреты выносливости Шона Стрикленда 6:18
Развивая тему уникального распределения сил, Стрикленд рассказал историю о своей подготовке, случившуюся за три недели до боя . Чтобы проверить пределы возможностей своего организма, Шон провел тренировку с Робином Чафаром — профессиональным боксером с рекордом 16-0, который регулярно работает со многими чемпионами MMA .
Бойцы решили провести спарринг по правилам бокса без ограничения по времени — до тех пор, пока один из участников физически не сможет продолжать поединок . Шон с юмором назвал эту изнурительную 40-минутную сессию «специальным выпуском по получению сотрясений» .
В тот день Чафар одержал верх, так как переживал тяжелый личный кризис и боксировал с отчаянным желанием выплеснуть эмоции . Стрикленд признался, что почувствовал этот настрой: соперник спарринговал так, будто был готов умереть на ринге . После тренировки Шон отправился на прогулку со своей девушкой, размышляя о жизни и ментально признав превосходство своего товарища . Джо Роган провел аналогию между этим спаррингом и знаменитым боем Бастера Дугласа против Майкла Тайсона, в котором Дуглас продемонстрировал невероятную стойкость после трагической смерти своей матери . Именно подобные бескомпромиссные тренировки позволяют Стрикленду выдерживать любые нагрузки в клетке.
Стоит отметить, что далее в разговоре Джо Роган и Шон Стрикленд также вскользь затронули темы тяжелого детства бойца, влияния единоборств на его характер, проблем корпоративного влияния на общество и феномена морального распада среди молодежи [8:03, 13:25, 20:57], однако к детальному обсуждению этих вопросов они вернулись позже.
🔪 Насилие, спасительный гнев и отцовские демоны 25:38
Отношения с отцом: монстр из детских кошмаров и домашний террор 26:32
Детство Шона Стрикленда было пропитано атмосферой постоянного страха и непредсказуемого насилия. Главным источником этой угрозы выступал его собственный отец — наркозависимый мужчина с нестабильной психикой . Стрикленд вспоминает, что в их доме оружие было обычным делом: мать купила сыновьям огнестрельное оружие, когда они учились в начальной школе, и Шон рос с заряженным пистолетом в своей комнате .
Отношения с отцом достигли критической точки, когда Шону было около 17 лет. Вернувшись домой, он застал отца с пистолетом 45-го калибра, принадлежащим брату, и тот угрожал покончить с собой . Вместо того чтобы успокоить родителя, юный Стрикленд прямо заявил, что тому действительно стоит нажать на спусковой крючок, поскольку его жизнь разрушена наркотиками, бедностью и изменами жены . В какой-то момент Шон даже приставил пистолет к голове отца и положил его палец на курок, испытывая от этого странное подростковое чувство контроля и власти . Впоследствии отец Шона умер от рака .
Домашнее насилие было повседневной реальностью. Отец казался маленькому Шону настоящим «букой» и монстром . Доходило до того, что в начальной школе брат Шона приматывал скотчем к ноге нож, планируя зарезать отца, хотя в последний момент не решился на это . Первая физическая победа над тираном произошла лишь в 17 лет, когда Шон ударом головы сломал отцу нос .
Самым страшным воспоминанием детства стал случай, когда Шон спрятался под кроватью родителей во время их очередной жестокой ссоры . Лежа на грязном полу среди блох, мальчик стал свидетелем того, как отец начал душить мать с криками «я убью тебя сегодня» . Шон вылез из-под кровати, схватил гитару сестры, разбил ее о голову отца и вызвал полицию . Однако уже на следующий день мать сама выкупила мужа из тюрьмы под залог . Позже, уже на смертном одре, отец пытался просить прощения, нелепо заявляя, что «по крайней мере, никогда не домогался его сексуально», что Шон сейчас вспоминает с черным юмором .
Травматичное детство и MMA как спасение от внутренней тьмы 31:05
Все пережитое насилие породило в душе Шона колоссальный, неконтролируемый гнев. Подростком он постоянно ходил с ножом и мечтал убить кого-нибудь, чтобы заглушить внутреннюю боль . В 12 лет из-за отсутствия правильного воспитания и внимания со стороны взрослых он увлекся ультраправыми идеями, рисовал на руке свастику маркером и вскидывал руку в нацистском приветствии . Окружающие взрослые, включая школьных учителей, лишь ругали его и называли «куском дерьма», но никто не попытался понять, почему ребенок транслирует такую агрессию .
Единственным спасением для Стрикленда стали единоборства. С 14 лет он начал заниматься в зале Empire в Короне, штат Калифорния . Пока его старший брат устраивал дома шумные вечеринки с алкоголем и наркотиками, Шон проводил пятницы и субботы в гараже, безостановочно избивая боксерскую грушу . Бои дали ему не просто выход для ярости, а полноценную идентичность:
«Я не умел общаться с людьми, был странным. Но тренировки все изменили. Окружающие стали говорить: "Шон не псих, он просто боец". Это спасло меня» .
Свой первый неофициальный бой Шон провел в 14 лет против 28-летнего мужчины . Гнев стал его главным топливом на пути в профессиональный спорт . Хотя Джо Роган и Шон Стрикленд позже коснутся темы психологической терапии через спарринги , финансовых трудностей и несправедливых контрактов в UFC , а также подробно разберут личность Исраэля Адесаньи , в этот период жизни единоборства стали для Шона единственной альтернативой тюремному сроку или наркомании .
Социальный распад и разрушение традиционных ценностей 29:32
Размышляя о своем детстве, Шон Стрикленд проецирует личный опыт на системный кризис американского общества. Он отмечает катастрофическую нехватку хороших мужчин и правильных ролевых моделей . Воспитание в неблагополучных «белых» трейлерных парках или бедных кварталах калечит детей поколениями . Шон признает, что если бы он сам завел ребенка в молодости, то неизбежно сломал бы ему жизнь, поскольку просто не знал другой модели поведения .
Глубокие корни этой проблемы кроются в наследовании травм. Мать Шона выросла в товарном вагоне посреди Долины Смерти с отцом-абьюзером [36:42, 38:03]. Стрикленд подчеркивает, что без посторонней помощи разорвать этот порочный круг нищеты и домашнего насилия практически невозможно .
Особенно остро эта проблема стоит в бедных и афроамериканских общинах, где мальчики массово растут без отцов . В условиях социальной изоляции и отсутствия моральных ориентиров спорт остается для таких подростков едва ли не единственным социальным лифтом, позволяющим вырваться со дна жизни .
😈 Внутренние демоны и цена выживания в клетке 50:12
В ходе беседы Джо Роган и Шон Стрикленд вскользь касаются критики Исраэля Адесаньи и его прошлых заявлений о «китайском сердце» , что подробно обсуждается в главе 4. Они также мимоходом упоминают авторитарный контроль и систему социального кредита в Китае , о чем шла речь во второй главе. Кроме того, собеседники затрагивают феномен демонстративной добродетели в соцсетях после смерти бойцов (эта тема раскрывается в главе 4), спорят о природе сочувствия к бездомным (подробнее в главе 5), а в конце сегмента обсуждают дело Кайла Риттенхауса и инцидент в метро , однако эти политические и общественные вопросы детально разобраны в главе 6.
Одержимость боями как психологическая терапия 1:06:19
Для Шона Стрикленда регулярные жесткие спарринги и бои — это не просто карьера, а единственный доступный способ держать под контролем внутреннюю агрессию и деструктивные импульсы. Шон откровенно признается, что страдает от расстройства, которое в клинической практике погранично с социопатией и классифицируется как социально-поведенческое расстройство личности (antisocial personality conduct disorder) . По его словам, главным симптомом этого недуга является абсолютное отсутствие самоконтроля . В его голове постоянно звучит внутренний голос, подталкивающий к совершению безумных поступков , и Стрикленду приходится сознательно изолировать себя от общества, оставаясь дома за видеоиграми или просмотром кулинарных шоу , чтобы не поддаться мимолетным демонам.
Шон не скрывает своей темной стороны и заявляет, что если бы Бог и дьявол существовали в реальности, то дьявол был единственным, кто поддерживал его на протяжении всей жизни . Именно это «покровительство» развило в нем «моральную пластичность» (moral fluidity) , позволяющую совершать жестокие поступки и не испытывать при этом угрызений совести. Как уже упоминалось во второй главе, насилие со стороны отца сформировало его психику . Повзрослев, Шон осознал, что его мозг развивался по законам жестокого мира, где нужно быть хищником, издеваться над слабыми и жаждать власти . В бытовых ситуациях эта агрессия прорывается наружу: например, когда его одноклубник Крис Кёртис проявил мягкость во время спарринга с пришедшим в зал строителем , Шон искренне злился и признавался, что на месте Криса он бы «нокаутировал парня наглухо» и добил бы его в падении локтем .
Иногда Шона посещает пугающее любопытство: он признается, что хотел бы совершить какое-то по-настоящему гнусное преступление просто ради психологического эксперимента — чтобы проверить, почувствует ли он хоть каплю вины . Джо Роган в ответ на эти откровения подчеркивает, что Шону невероятно повезло найти себя в индустрии единоборств . Для человека с подобной структурой личности легальное насилие в октагоне становится спасительной терапией, удерживающей его от тюрьмы или гибели.
Финансовые проблемы и выживание за пределами октагона 1:00:15
Профессиональный спорт беспощаден к тем, кто оказывается на обочине, и финансовая нестабильность бойцов UFC — одна из самых острых проблем индустрии. Шон Стрикленд иллюстрирует эту уязвимость на примере трагической судьбы ветерана ММА Стефана Боннара. Во время пандемии его спортивный зал закрылся , Боннар столкнулся с финансовым крахом, и арендодатели буквально заперли двери его бизнеса . Стрикленд с горечью отмечает, что пока Боннар публично кричал о помощи и его жизнь рушилась из-за долгов, никто из бойцовского сообщества не протянул ему руку . Зависимость бойцов от победных бонусов и отсутствие долгосрочных финансовых гарантий часто приводят к тому, что после завершения карьеры они остаются ни с чем.
Стрикленд сравнивает это с текущим положением своего друга Криса Кёртиса, который сейчас «зарабатывает хорошие деньги» , но предупреждает, что бойцы склонны сжигать мосты . Без надежного окружения, способного вытащить спортсмена из долговой или наркотической ямы, падение происходит мгновенно. При этом Шон демонстрирует жесткую позицию индивидуализма, отказываясь сочувствовать тем, кто не может справиться с трудностями в США. Он приводит в пример мексиканского мигранта по имени Хуан из своего родного города Фолбрук . Не умея ни читать, ни писать, приехав в страну нелегально, Хуан смог честным трудом вырастить успешную семью . Для Стрикленда это доказательство того, что в Америке каждый способен выжить, если готов тяжело работать .
Тем не менее, Джо Роган призывает к более глубокому пониманию ситуации, напоминая, что обстоятельства у всех разные . Иностранные бойцы часто начинают карьеру в условиях крайней нищеты, не имея даже тех базовых социальных связей или возможностей переждать трудные времена на чьем-то диване, которые были доступны самому Шону в начале его пути .
🎭 Маски приличия, интернет-мораль и конфликты за кулисами UFC 1:15:27
Критика Исраэля Адесаньи и неприятие фальшивых образов 1:22:39
Шон Стрикленд известен своей бескомпромиссной прямотой, которая часто граничит с открытой агрессией. В то время как многие бойцы строят выверенные медийные образы, Шон категорически отказывается играть по правилам индустрии. Ранее в разговоре он жестко прошелся по Исраэлю Адесанье за его наигранное поведение и «китайскую» риторику , считая это вершиной лицемерия и фальши.
В данном фрагменте беседы этот конфликт ценностей раскрывается еще глубже. Джо Роган отмечает, что Шон часто использует самоиронию и фразу «я кусок дерьма» в качестве защитного щита , чтобы не показывать свой внутренний рост после пережитого в детстве насилия (о котором они подробно говорили ранее). Однако Стрикленд объясняет свою позицию более цинично: по его мнению, современное общество лишь позволяет людям притворяться приличными . Шон уверен, что если мир рухнет и наступит апокалипсис, большинство «добропорядочных» граждан без колебаний убьют соседа, чтобы накормить свою семью . Стрикленд признается, что у него очень специфическое отношение к человечеству . Несмотря на то, что он счастлив в личных отношениях , он не верит в фальшивую мораль большинства людей. Именно поэтому медийная неискренность Адесаньи вызывает у него такое отторжение — Шон предпочитает казаться монстром, чем натягивать маску благодетеля .
Добродетель в социальных сетях и индустрия фальшивой скорби 1:34:01
Еще одним проявлением современного лицемерия Шон считает так называемый virtue signaling (публичное выражение добродетели) в социальных сетях . Его раздражает, когда коллеги по октагону используют чужие трагедии или смерть бойцов ради сбора лайков и привлечения внимания . Внутри бойцовского сообщества эта фальшивая чувствительность приобретает комичные, а порой и абсурдные формы.
В качестве примера Шон приводит своего коллегу по среднему весу Халила Раунтри, которого он открыто называет «феминистом» и обвиняет в участии в странном лас-вегасском культе самопомощи . Стрикленд с иронией вспоминает, как Раунтри устроил скандал из-за безобидной шутки украинской спортсменки Алины из PFL . Когда девушка в шутку упомянула «сексуальные домогательства» во время отработки приема , Халил принял это близко к сердцу, заявив: «Я черный мужчина в Америке, и вы не имеете права даже шутить об этом» , чем поверг в недоумение всю тренировочную группу .
Апогеем этого противостояния стал инцидент в UFC Performance Institute . Стрикленд в шутку напомнил Раунтри, что тот когда-то увел у него девушку . Вместо того чтобы посмеяться, Халил написал на Шона официальную жалобу руководству PI, заявив, что эти слова заставили его чувствовать себя «некомфортно» . Шон искренне недоумевает, как бойцы ММА докатились до формальных жалоб из-за обычного раздевалочного юмора , и считает, что подобные люди произносят правильные лозунги исключительно ради создания привлекательного имиджа в глазах общественности . Достается от Шона и бывшему чемпиону Доминику Крузу, которого он также подозревает в причастности к культу самопомощи , хотя и признает его спортивное величие .
Суровая реальность улиц против интернет-морали 1:15:27
Чтобы показать разницу между искусственной моралью соцсетей и реальной жизнью, собеседники обсуждают громкие инциденты, связанные с самообороной и насилием. Говоря о резонансном случае удушения в нью-йоркском метро , Шон, будучи профессиональным бойцом, отмечает, что удерживать удушающий прием в течение 15 минут недопустимо , но допускает, что необученный человек (бывший морпех) мог просто не осознавать опасность своих действий . При этом Стрикленд обращает внимание на лицемерие СМИ, которые намеренно замалчивали тот факт, что удерживать буйного пассажира помогал темнокожий мужчина , пытаясь превратить инцидент в исключительно расовый конфликт.
Стрикленд не скрывает, что его собственная жизнь далека от идеалов пацифизма. Он вспоминает, как в 19 лет едва не совершил убийство, когда на вечеринке на него направили дробовик . Шон сумел обезоружить нападавшего и уже готов был спустить курок , но остановился лишь потому, что девушка противника со слезами умоляла сохранить ему жизнь . На тот момент Шон уже находился под залогом по двум уголовным делам , и этот инцидент мог окончательно сломать его жизнь. Вскоре после этого, нуждаясь в деньгах для оплаты адвокатов и залога , он принял короткий бой в Южной Африке от организации King of the Cage , что фактически спасло его от тюрьмы и открыло дорогу в большой спорт.
Контрастом к этой жестокости выступает отношение Шона к исламу и кавказским бойцам в зале. Несмотря на свои провокационные шутки в адрес любых религий, Стрикленд признает, что начал относиться к мусульманам с уважением благодаря борцу Альберту Даваеву . Даваев однажды деликатно попросил Шона прекратить нападки на его веру ради их дружбы , и Стрикленд пошел навстречу. Джо Роган соглашается, что ислам дает бойцам колоссальную дисциплину, помогая соблюдать жесткие рамки вроде поста в Рамадан , хотя некоторые догмы этой религии трудно совместимы с современными западными ценностями .
Сам Роган, вспоминая свое прошлое, признается, что его путь тоже не был простым: его семья жила на пособия и продуктовые талоны , а в стендап-комедию он пришел лишь в 21 год через шутки в спортивной раздевалке . Этот жизненный опыт позволяет обоим собеседникам сходиться во мнении: настоящая личность формируется через реальные трудности и борьбу, а не через демонстративное сочувствие на экранах смартфонов.
🥊 За кулисами системы: от тюремных законов до ложного милосердия 1:51:30
В процессе долгого разговора Джо Роган и Шон Стрикленд затрагивают множество острых социальных тем. Хотя бойцы ранее касались трансгендерной повестки в культуре и спорте , к которой они еще вернутся в финале беседы, основное внимание в этой части уделяется классовому неравенству, выживанию на улицах и истинному пониманию жизненных трудностей.
Сочувствие вопреки жестокости: как поднять людей со дна 1:51:30
Когда речь заходит об отмене позитивной дискриминации (affirmative action) в США, Шон Стрикленд высказывает неожиданно глубокую и эмпатичную позицию . По его мнению, подобные юридические квоты не решают фундаментальных проблем бедных людей . Настоящее решение кроется в прямой поддержке неблагополучных, охваченных преступностью регионов . Боец приводит в пример белое население Аппалачей, страдающее от опиоидной эпидемии , чернокожих жителей Балтимора и пуэрториканцев из Бронкса . Стрикленд убежден, что государство не должно бросать эти общины на произвол судьбы .
Вместо символических жестов стране необходим масштабный национальный проект, направленный на кардинальное повышение качества образования и общего уровня жизни в этих районах. Джо Роган соглашается с этим мнением, подчеркивая, что системное угнетение — это объективная реальность, бьющая по бедному населению вне зависимости от расы .
Ранее в беседе Стрикленд уже проявлял схожее сострадание, когда рассуждал об отношении к бездомным . Несмотря на свой эпатажный образ, Шон открыто признает, что прекрасно понимает суровость жизненных обстоятельств, которые могут опустить любого человека на самое дно , и считает, что обществу необходимо проявлять к ним реальную заботу, а не просто закрывать глаза.
Уроки выживания: калифорнийская тюрьма и уважение улиц 1:52:22
Свое понимание жесткой социальной реальности Шон Стрикленд приобрел не из книг, а на собственном жизненном пути . Он вспоминает свой опыт тренировок в калифорнийском зале Millennia, где занималось много чернокожих парней, включая Лоренза Ларкина и Джонатана Уилсона . У последнего в руке даже осталась пуля после перестрелки в Сан-Бернардино . Эта суровая атмосфера напомнила Шону его пребывание в окружной тюрьме Калифорнии . В местных исправительных учреждениях действует строгая расовая сегрегация: белые вынуждены держаться вместе с мексиканцами, а чернокожие заключенные существуют обособленно . Стрикленд живо описывает, как проходил мимо их клеток под свист и крики .
В камере сокамерник по кличке Спайдер сразу обозначил Шону жесткие правила игры: «Здесь это так не работает. Либо ты с нами, либо ты один» . Стрикленд с иронией вспоминает, что решил держаться белых парней, хотя и не планировал делать радикальные татуировки . Вернувшись в зал Millennia длинноволосым белым подростком, он регулярно получал отпор от местных жестких бойцов . Однажды Джонатан Уилсон прямо сказал ему: «Неважно, насколько ты дружелюбен, я все равно тебя разделаю» .
Это научило Шона не искать дешевой симпатии, а заставлять уважать свое присутствие на ринге . Стрикленд противопоставляет эту честную уличную закалку поведению бойцов вроде Фила Хоуса, которого он в шутку называет «привилегированным ботаником с образованием первого дивизиона» , подчеркивая, что уважает искренних ребят с окраин, а не фальшивую элиту .
Моральный кодекс ММА: допинг, лицемерие и политика капитуляции 2:00:38
Рассуждая о трудностях бойцовской жизни, Шон Стрикленд лишь вскользь упоминает несправедливость судейских решений и системы бонусов за победу — тему, которую они с Роганом подробно разбирали ранее при обсуждении гонораров в UFC. Намного больше его возмущает моральное лицемерие в индустрии спорта. Особой критике со стороны Шона подвергается легендарный боец Джон Джонс . Стрикленд яростно выступает за введение пожизненного бана за намеренное использование стеродов . Роган ссылается на авторитетное мнение Дерека с ресурса More Plates More Dates и вспоминает аналитику показателей Даниэля Кормье , однако Шон непреклонен.
Стрикленда раздражает то, как Джонс пытается скрыть свои прошлые грехи за напускной религиозностью в социальных сетях . Шон напоминает о реальном «послужном списке» Джонса вне октагона: аварии с участием беременной женщины, с места которой тот скрылся, и домашнем насилии . Джо Роган пытается найти этому психологическое объяснение, отмечая, что люди часто обращаются к вере из-за искренней ненависти к собственным прошлым поступкам и желания очиститься .
Этот разговор о поиске компромиссов выводит Стрикленда на рассуждения о геополитике. Вспоминая конфликт с Белалом Мухаммадом из-за Палестины , Шон называет коллегу «диванным воином из Майами» и заявляет, что слабым сторонам в безнадежных конфликтах иногда необходимо признать поражение ради сохранения жизней . Аналогичную логику «капитуляции ради выживания» он применяет и к ситуации на Украине . Роган возражает, что данный конфликт гораздо сложнее и вызван приближением инфраструктуры НАТО к российским границам . Тем не менее, Стрикленд жестко критикует президента Владимира Зеленского, обвиняя его в авторитаризме и арестах политических оппонентов , указывая на то, что продолжение боевых действий лишь превращает украинские города в руины .
🥊 Политика, миллиардные войны и биологические границы спорта 2:05:39
Военное лобби, геополитика и цена лояльности 2:05:39
Разговор Джо Рогана и Шона Стрикленда неизбежно выходит на тему глобальной геополитики и того, как военные конфликты влияют на будущее простых граждан. Стрикленд выражает крайнюю обеспокоенность тем, что американские дети обречены расти в нищете из-за недальновидных решений руководства страны . Комментируя конфликты на Украине и Ближнем Востоке, боец отмечает, что ситуация в Палестине ужасна, хотя Израиль, по его мнению, «намного лучше России» . Однако Стрикленда возмущает то, что обычные люди выражают поддержку в соцсетях, не думая о последствиях: они просто обрекают своих детей на жизнь в бедности и войне .
Роган соглашается, признавая, что это крайне сложные вопросы, которые трудно разрешить двум «качкам на подкасте» . Самым пугающим аспектом происходящего ведущий называет колоссальные деньги, крутящиеся в военной индустрии . Ради сверхприбылей элиты готовы принимать решения, которые уносят тысячи жизней . Стрикленд вспоминает свое выступление на пресс-конференции, где он заявил, что средств, отправленных США на Украину, хватило бы, чтобы полностью финансировать лечение рака для всех американцев в течение 5–10 лет . Оба собеседника приходят к горькому выводу, что система глубоко коррумпирована, а простые граждане бессильны что-либо изменить . В этот момент Стрикленд вскользь упоминает свои суровые спарринги с Франсисом Нганну . Ранее в разговоре они подробно касались темы травматичного детства Шона и его тяжелых отношений с отцом, и боец признается, что детские страхи до сих пор просыпаются в нем, когда он сталкивается лицом к лицу с такими гигантами .
Политический тупик Америки: Байден, Трамп и системный кризис 2:18:57
Обсуждение внутренней политики США логично перетекает в тему коррупции и падения нравов в высших эшелонах власти. Стрикленд с иронией вспоминает недавний скандал с Хантером Байденом, когда в Белом доме обнаружили кокаин сразу после его визита . Когда Роган спрашивает бойца, за кого бы тот проголосовал на гипотетических выборах между Трампом и Байденом, Шон заявляет, что однозначно выбрал бы Дональда Трампа . При этом он добавляет, что на прошлых выборах отдал голос за кандидата от Либертарианской партии Джо Джоргенсен . Роган, в свою очередь, выражает мнение, что реальные шансы навязать борьбу системе имеет Роберт Кеннеди-младший .
Собеседники отмечают, что журналисты наконец-то начинают выполнять свою работу, жестко допрашивая пресс-секретаря Белого дома по поводу переписок в WhatsApp, указывающих на прямую коррупцию семьи Байдена . Шон критикует американцев за излишнюю пассивность перед лицом государственного давления . Его возмущают слова Джо Байдена о том, что гражданам «понадобятся истребители F-15», чтобы противостоять правительству . Стрикленд напоминает о многолетней лжи государства, включая оправдания вторжения в Ирак . Роган соглашается, подчеркивая, что крупные корпорации десятилетиями манипулируют общественным мнением через подконтрольные СМИ , . Оба сходятся во мнении, что элиты продолжат находить удобных марионеток для обеих партий , но Стрикленд шутит, что готов поддержать революцию и «пойти на штурм Капитолия» вместе с Роганом , . Ранее они также кратко затрагивали тему финансовых проблем и гонораров в UFC, но теперь Шон с облегчением констатирует, что больше не является бедным и может позволить себе говорить то, что думает .
Трансгендерная повестка в спорте: защита женских соревнований 2:21:10
В финальной части беседы Роган и Стрикленд переходят к обсуждению трансгендерной повестки в современном спорте, выражая резкое осуждение этой тенденции . Ранее в ходе разговора Стрикленд полушутя признавался, что в принципе не любит смотреть женские бои , однако в вопросе защиты женских категорий оба собеседника демонстрируют полную солидарность . Они категорически выступают против участия трансгендерных женщин в женских спортивных дивизионах, подчеркивая фундаментальные биологические различия .
Роган отмечает, что никакая гормональная терапия не способна свести на нет преимущества, полученные в период мужского полового созревания . Мужская плотность костей, объем легких, структура мышц и общая геометрия скелета дают транс-атлетам непреодолимое преимущество . По мнению ведущего, игнорирование этих научных фактов фактически уничтожает женский спорт как самостоятельный институт . Стрикленд соглашается с Роганом, добавляя, что допуск биологических мужчин к соревнованиям с женщинами полностью разрушает концепцию честной игры (fair play) . Он подчеркивает, что потакание этой повестке обесценивает многолетний тяжелый труд и спортивные мечты тысяч биологических женщин по всему миру .
