В новом выпуске подкаста «My First Million» ведущие Сэм Пэрр (Sam Parr) и Шанхан Пури (Shaan Puri) обсуждают широкий спектр нетривиальных бизнес-идей и рыночных аномалий. В центре внимания — закрытые медицинские клубы для топ-менеджеров, удивительная маржинальность фондовых бирж, а также партизанский маркетинг молодых агентств и эксцентричные проекты серийных предпринимателей. Авторы разбирают, как современные тренды на долголетие и открытые данные создают новые многомиллионные ниши.
🏥 Элитный чекап для миллионеров: как заработать на тренде долголетия 0:38
Шанхан Пури предлагает рассмотреть концепцию премиального медицинского обследования для топ-менеджеров и состоятельных людей (Executive Health Checkup). По его словам, клиенты готовы платить от $5 000 до $10 000 за комплексную диагностику организма, которая занимает всего один-два дня и организована по стандартам пятизвездочного отеля. Традиционная медицина часто не позволяет пройти все тесты оперативно, заставляя пациентов месяцами ждать записей к узким специалистам.
Инвестиционный тезис Пури строится на растущем культе здоровья и долголетия, который активно продвигают такие инфлюенсеры, как Брайан Джонсон и Эндрю Хуберман. Шанхан считает, что забота о здоровье становится элементом высокого социального статуса, и этот тренд уже не развернуть вспять.
В качестве примера успешной реализации этой модели приводится знаменитая Mayo Clinic, чей годовой доход от подобных VIP-обследований оценивается более чем в $100 млн. Согласно публичным данным клиники, только в 2015 году программу прошли 17 000 пациентов. Проблема существующих лидеров (Mayo Clinic, Cleveland Clinic) заключается в их локации — клиентам приходится лететь в Аризону, Миннесоту или Флориду.
Пури предлагает запустить аналог «Soho House от медицины» в крупнейших мегаполисах: Сан-Франциско, Лос-Анджелесе и Нью-Йорке. Бизнес-модель выглядит следующим образом:
- Ежегодный членский взнос: от $10 000 до $20 000.
- Целевая аудитория: 5 000 участников во всех ключевых локациях.
- Потенциальная регулярная выручка (ARR): $50 млн.
- Операционная нагрузка: около 100 пациентов в неделю, что кажется авторам вполне реализуемым объемом.
Сэм Пэрр дополняет обсуждение личным опытом прохождения МРТ всего тела в одной из новых сканирующих компаний. Пэрр отмечает, что среди практикующих врачей отношение к подобным общим сканированиям неоднозначное — многие медики считают их избыточными и коммерциализированными. Тем не менее ведущие сошлись во мнении, что ранняя диагностика спасает жизни. Так, одна из участниц бизнес-клуба Hampton благодаря партнерскому МРТ-сканированию обнаружила у своего мужа рак на ранней стадии, что позволило вовремя провести операцию. По внутренним оценкам, с которыми столкнулся Сэм, критические аномалии находят примерно у одного из 20–30 обратившихся здоровых людей.
🍕 «Пицца-метр» и другие абсурдные экономические индексы 17:25
Шанхан Пури делится феноменом «пицца-метра» (Pizza Meter) — методом, с помощью которого интернет-пользователи узнают о готовящихся военных ударах США до публикации в СМИ. Суть метода заключается в отслеживании загруженности пиццерий возле Белого дома и Пентагона в ночное время через Google Maps. Внезапный всплеск заказов означает, что правительственный аппарат работает сверхурочно из-за международного кризиса.
Исторические факты применения «пицца-метра»:
- Вторжение в Кувейт и война в Ираке сопровождались аномальной ночной активностью пиццерий.
- Впервые аномалию зафиксировали в 1983 году перед вторжением США в Гренаду, когда доставка Domino's Pizza в Пентагон выросла на 25%.
- Похожая ситуация повторилась в 1989 году перед операцией в Панаме.
- Свежий пример — атака Ирана на Израиль, о которой пользователи соцсетей догадались за 24 часа до официальных новостей.
По словам Пури, этот индикатор стал широко известен благодаря предпринимателю Фрэнку — владельцу 60 франшиз пиццерий в Вашингтоне, который открыто рассказал об этом LA Times. Позже правительство США изменило протоколы, обязав сотрудников забирать заказы самостоятельно, чтобы сгладить графики публичной активности.
Ведущие обсуждают и другие шуточные, но реально работающие индексы OSINT-сообщества:
- DC Bear Index — падение посещаемости гей-баров в Вашингтоне, сигнализирующее о том, что столичные чиновники и политики загружены экстренной работой.
- Big Mac Index — классический индекс стоимости бургера от журнала The Economist для оценки паритета покупательной способности (PPP) и реальной силы мировых валют.
- Waffle House Index — неофициальный индикатор штормов, используемый руководителем FEMA. Сеть ресторанов Waffle House работает круглосуточно, и уровень её работы делится на зеленый (полное меню), желтый (ограниченное меню) и красный (ресторан закрыт), что указывает на реальный масштаб катастрофы в регионе.
📈 Фондовые биржи: идеальная бизнес-модель и крах долгосрочного эксперимента 24:48
Рассматривая самые прибыльные компании мира (такие как Visa с маржой около 40%, Nvidia, Public Storage с маржой 50%), Шанхан Пури выделяет биржевые холдинги. В частности, Intercontinental Exchange (ICE), владеющая Нью-Йоркской фондовой биржей (NYSE), показала в 2018 году чистую прибыль на уровне 60% от выручки. При доходе около $10 billion капитализация ICE сегодня оценивается в $35–40 млрд.
По мнению Пури, фондовые биржи — это лучший бизнес в мире благодаря следующим факторам:
- Компании, прошедшие листинг (например, Ford), остаются на бирже десятилетиями и платят регулярные взносы.
- Экстремально высокий барьер для входа — в мире существует всего около 15 легитимных крупных бирж.
- Сращивание бизнеса с регулятором (SEC), что обеспечивает абсолютную защиту от новых конкурентов.
Сэм Пэрр добавляет, что крупные биржи вроде NYSE или NASDAQ зарабатывают не только на транзакционных комиссиях и IPO, но и функционируют как софтверные компании. Они продают свои боевые IT-платформы правительствам других стран (например, Финляндии) для управления их внутренними рынками.
На этом фоне выделяется проект Эрика Риса (Eric Ries), автора бестселлера «The Lean Startup», который основал Long-Term Stock Exchange (LTSE). Рис был возмущен тем, что среднее время удержания акций крупными фондами составляет всего 10 минут, а количество публичных компаний в США упало за 20 лет с 10 000 до 4 000.
Особенности и правила LTSE, созданной для борьбы с краткосрочной спекуляцией:
- Голоса инвесторов масштабируются в зависимости от срока владения акциями (чем дольше держишь, тем больше весит голос).
- Компании обязаны предоставить детальный план развития на многие десятилетия вперед.
- Проект привлек $100 млн инвестиций, в том числе от фонда Andreessen Horowitz.
Несмотря на сильную концепцию, оба ведущих констатируют, что эксперимент LTSE де-факто провалился. Сейчас на бирже торгуются всего две компании — Asana и ThredUp (а компания Twilio добровольно провела делистинг). Ведущие цитируют знаменитого копирайтера Гэри Хэлберта: «Никто не терял больше денег, чем те, кто пытался убедить рынок делать то, что он должен делать, вместо того, что он хочет делать». По мнению Пури, криптоиндустрия предложила более удачную альтернативу долгосрочной мотивации через выдачу токенов ранним участникам сообщества и модераторам (как это пытался сделать Reddit перед IPO).
🚀 Уроки стартап-мышления: советы Эрика Риса по пивотам и запускам 33:15
Сэм Пэрр делится личной историей менторства со стороны Эрика Риса во время своего раннего предпринимательского пути. Рис дал Пэрру два критически важных совета, которые кардинально изменили его подход к управлению бизнесом.
Во-первых, Рис категорически выступил против концепции «большого запуска» (Big Launch). Его логика заключалась в том, что основатель пытается громко заявить о продукте, который на данном этапе является худшей версией из всех, что компания когда-либо создаст. Вероятность угадать потребности рынка с первого раза ничтожно мала, а масштабный анонс лишь впустую сжигает энергию и маркетинговые бюджеты.
Во-вторых, Эрик Рис сформулировал жесткое правило для радикальной смены курса (пивота):
«Вы должны вывести свою старую идею на городскую площадь и публично выстрелить ей в голову».
По словам Риса, 90% генеральных директоров боятся открыто признать свои ошибки. Они пытаются плавно скрестить старый продукт с новым в тени, из-за чего команда остается дезориентированной. В качестве идеального примера приводится Instagram: когда создатели решили отказаться от геолокационного приложения Burbn, они четко зафиксировали, что локации больше не имеют значения, и сфокусировались исключительно на фотофильтрах, создав новое приложение с чистого листа.
🥑 Корпоративные бананы и софт для ведьм: феноменальные проекты Даниэль Баскин 41:16
В традиционной рубрике «Хастлер недели» ведущие обсуждают Даниэль Баскин (Danielle Baskin) — эксцентричную художницу и серийную предпринимательницу, создающую вирусные физические продукты. Её главный текущий проект — компания по производству брендированных фруктов для корпоративных конференций. Баскин печатает логотипы технологических гигантов вроде Salesforce или MailChimp прямо на авокадо, бананах и ананасах, продавая их по $5 за штуку. При отсутствии затрат на маркетинг компании выстраиваются в очередь ради уникального мерча.
Ведущие вспоминают цитату основателя Geek Squad: «Маркетинг — это налог, который вы платите за ничем не примечательный продукт». Продукты Баскин, напротив, настолько примечательны, что продвигают себя сами. Среди других её изобретений:
- Maskalike — защитные маски от COVID-19 с напечатанной нижней половиной лица заказчика.
- Womb Escape Game — игровой набор-квест для новорожденных, имитирующий «побег из утробы» для забавных первых фото.
- Funerals for expired domains — организация реальных похоронных церемоний для просроченных интернет-доменов.
- Touchbase — коллекционные карточки венчурных капиталистов со статистикой, редкими голографическими версиями и жевательной резинкой в комплекте.
- Founder Fitness Club — коврики для йоги, на которых напечатан питч-дек стартапа (для привлечения внимания инвесторов в спортзале).
- Moonlight.world — SaaS-платформа для ведьм, позволяющая проводить интерактивные сеансы гадания на картах Таро прямо в браузере.
Шанхан Пури сравнивает Даниэль Баскин с «женской версией Питера Левелса (Peter Levels) в реальном мире», отмечая её способность монетизировать абсолютно любые безумные идеи.
