В последние годы мировое экономическое сообщество живет в состоянии постоянной тревоги, ожидая масштабного кризиса, который раз за разом оказывается «ложной тревогой». Филипп Карлссон-Шлезак (Philipp Carlsson-Szlezak), главный экономист BCG, в эфире канала Forward Guidance представил критический взгляд на современные методы прогнозирования и объяснил, почему традиционные экономические модели терпят крах в периоды реальных потрясений. В центре дискуссии — его новая книга «Shocks, Crises, and False Alarms», предлагающая лидерам бизнеса инструменты для отделения реальных макроэкономических рисков от медийного шума.
📉 Анатомия ложных тревог: почему пророчества о рецессии не сбылись 0:27
С 2020 года экономический мейнстрим выдал как минимум четыре-пять масштабных ложных прогнозов . Первым стало ожидание затяжного восстановления после пандемии, сравнимого с 1930-ми годами, вместо чего последовал резкий рывок вверх. Затем последовали страхи перед инфляционной спиралью в духе 1970-х, предсказания массовых дефолтов на развивающихся рынках и, наконец, «неизбежная» рецессия 2023 года . Филипп Карлссон-Шлезак отмечает, что вероятность рецессии в 2023 году оценивалась Bloomberg Economics в 99%, однако экономика США продемонстрировала поразительную устойчивость .
По мнению экономиста BCG, диагностика этих ошибок кроется в чрезмерном доверии количественным моделям, основанным на исторических данных. Основные причины устойчивости экономики, которые проигнорировали модели:
- Рынок труда: Беспрецедентный дефицит кадров и активный найм удерживали потребление .
- Избыточные сбережения: Высокий уровень благосостояния домохозяек позволял тратить деньги даже при низкой текущей норме сбережений .
- Отсутствие «внезапной смерти» на рынке жилья: Низкое предложение (inventory) не дало рынку недвижимости обвалиться и потянуть за собой экономику .
Филипп Карлссон-Шлезак утверждает, что «быть правым в экономике слишком рано — это то же самое, что быть неправым» . Если прогноз был сделан в 2022 году на 2023-й, а в 2024-м рецессии всё еще нет, значит, сигнал был ложным.
🛠 Три типа рисков и ограниченность моделей 3:53
Для анализа циклов Филипп Карлссон-Шлезак предлагает разделять риски на три категории, к которым можно отнести любой кризис прошлого и будущего:
- Риски реального сектора: Потребление, инвестиции, рынок труда.
- Политические риски: Ошибки регуляторов (ФРС), когда ставки поднимаются слишком высоко или слишком быстро.
- Финансовые риски: Кризисы в банковской или кредитной системе (например, крах Silicon Valley Bank) .
Главный экономист BCG считает, что в 2022–2023 годах риск политической ошибки был максимальным, так как ФРС поднимала ставку с 0% до 5,3% беспрецедентными темпами . Однако реальный сектор поглотил этот шок. Модели, обученные на данных последних 70 лет, не могли адекватно оценить ситуацию, так как пандемия создала выбросы (outliers), выходящие за рамки любого исторического опыта .
Например, в апреле 2020 года рынок потерял 20 миллионов рабочих мест за месяц — цифра, невозможная для любой стандартной модели . Экстраполяция этих данных приводила к ложным выводам о десятилетии восстановления, не учитывая, что экономику «выключили» вручную, а не в результате системного краха .
💰 Государственный долг: почему G > R важнее, чем триллионы дефицита 26:28
Одной из самых частых тем в советах директоров Fortune 500 является страх перед крахом доллара из-за госдолга США . Филипп Карлссон-Шлезак призывает не фокусироваться на абсолютных цифрах или отношении долга к ВВП. Он предлагает использовать более динамичный инструмент: соотношение номинального роста экономики (G) и номинальной процентной ставки (R) .
Ключевые тезисы Карлссона-Шлезака по госдолгу:
- Правило G > R: Если экономика растет быстрее, чем стоит обслуживание долга, страна может обслуживать его за счет текущей деятельности, не жертвуя ресурсами .
- Пример Японии: Страна с долгом 250% к ВВП не сталкивается с кризисом, так как ставки остаются крайне низкими .
- Ложные ориентиры: Академические работы (например, Рейнхарт и Рогофф), утверждавшие, что порог в 90% долга ведет к коллапсу роста, не подтвердились на практике .
- Реальный риск: Опасность наступит только если стоимость обслуживания долгосрочных облигаций (10-летних казначейских бумаг) будет устойчиво и значительно превышать темпы роста номинального ВВП в течение длительного периода .
🤖 Технологии и производительность: уроки Uber и сельского хозяйства 41:06
Филипп Карлссон-Шлезак скептически относится к утверждениям, что любая инновация автоматически повышает производительность труда. Он приводит в пример Uber: с макроэкономической точки зрения поездка на Uber не более производительна, чем на обычном такси . В обоих случаях задействованы одна машина и один водитель. Более того, Uber часто обходится потребителю в Нью-Йорке на 50% дороже уличного такси .
По мнению гостя, настоящий рост производительности требует масштабного вытеснения человеческого труда (displacement of labor) . Исторический пример — сельское хозяйство США:
- В 1870 году почти 50% американцев работали на фермах, а на еду уходило 45% дохода семьи .
- Сегодня менее 1% американцев заняты в агросекторе, а расходы на еду составляют около 12% бюджета .
Технологии действуют как дефляционный фактор: они снижают себестоимость, заставляют компании конкурировать по цене и в конечном итоге повышают реальные доходы потребителей . Карлссон-Шлезак не верит в «технологическую безработицу», утверждая, что высвободившийся труд всегда находит применение в новых, ранее не существовавших сферах (например, модераторы соцсетей или персональные тренеры) .
🌍 Геополитика: высокий порог для макроэкономического шока 1:06:29
Вопреки распространенному «думсейингу» (мрачным прогнозам), геополитические кризисы редко наносят сокрушительный удар по экономике США . Филипп Карлссон-Шлезак отмечает, что даже конфликт в Украине не привел к рецессии в Еврозоне, а европейское промышленное производство осталось примерно на том же уровне, что и до начала военных действий .
Для оценки влияния геополитики на макроэкономику экономист BCG выделяет три канала передачи (transmission channels):
- Реальный канал: Прямое влияние на расходы и инвестиции (для США связи с Украиной и Россией были незначительны) .
- Финансовый канал: Воздействие на балансы банков и активы (пострадали отдельные европейские банки, но не система в целом) .
- Институциональный канал: Изменение правил игры, санкции и торговые барьеры .
Относительно противостояния США и Китая гость полагает, что мы наблюдаем не столько упадок, сколько дублирование мощностей. Строительство заводов Micron или TSMC в Аризоне — это буст для капитальных вложений и занятости в США, даже если это менее эффективно с точки зрения глобальной специализации .
🔭 Будущее: «Эпоха дефицита» и новые шоки 1:16:08
В завершение беседы Филипп Карлссон-Шлезак спрогнозировал, что 2020-е годы станут «эпохой дефицита» (era of tightness), особенно на рынке труда . Это обеспечит рост реальных зарплат и здоровое давление на цены, что заставит капитал распределяться более эффективно.
На вопрос о «черном лебеде», которого все недооценивают, экономист в шутку (но с долей серьезности) назвал солнечную вспышку . Это метафора истинно экзогенного шока, который невозможно предсказать моделями, в отличие от экономических циклов, где профессиональное суждение (judgment) должно превалировать над автоматизированными прогнозами.
