Мамун Хамид, партнер легендарного венчурного фонда Kleiner Perkins, считает текущий бум искусственного интеллекта «суперциклом», который в десять раз превосходит по масштабам интернет-революцию конца 90-х. В беседе с Гарри Стеббингсом он анализирует, почему ценность ИИ смещается от продажи софта к продаже «цифрового труда», и объясняет, как стартапам выживать в мире, где технологические гиганты тратят сотни миллиардов долларов на разработку моделей.
🌊 ИИ как суперцикл: масштаб 1997 года, умноженный на десять 0:00
Мамун Хамид сравнивает текущий момент в истории технологий со своим приездом в Кремниевую долину в 1997 году . По его мнению, ИИ — это не просто очередной технологический тренд, а тектонический сдвиг, подобный появлению интернета, но обладающий десятикратной мощностью.
В отличие от эпохи доткомов, сегодня на рынке доминируют гиганты (Google, Microsoft, Meta, Amazon), готовые инвестировать более 100 миллиардов долларов только в разработку фронтирных моделей . Однако Мамун Хамид полагает, что это не закрывает двери для венчурных инвестиций. Напротив, на базе этой инфраструктуры в ближайшее десятилетие будут созданы триллионы долларов новой стоимости .
Ключевые тезисы гостя о текущей ситуации:
- Мир никогда не будет прежним после этого цикла.
- Огромные расходы корпораций на модели создают фундамент, на котором стартапы могут строить специализированные приложения.
- Главная возможность для венчурного капитала сейчас лежит в прикладном слое (application layer) .
🛠 Где оседает ценность: от лицензий к «цифровому труду» 3:02
В Kleiner Perkins при выборе ИИ-стартапов используют простую методику: анализируют топ-20 профессий в США по уровню дохода . В лидерах — врачи, юристы и разработчики программного обеспечения.
Мамун Хамид утверждает, что наибольшую ценность принесут компании, которые «суперзаряжают» этих дефицитных и высококвалифицированных специалистов . В качестве примеров портфельных компаний он приводит:
- Harvey — ИИ для юристов.
- Ambience — медицинский ИИ-писарь (scribe) для врачей.
- Codium — инструменты для разработчиков.
По мнению Хамида, в эпоху ИИ происходит фундаментальный сдвиг в модели монетизации: переход от оплаты за «кресло» (seat-based pricing) к оплате за результат или «труд» (labor-based pricing) . Если раньше софт стоил $30–40 за пользователя в месяц, то ИИ-агенты, способные выполнять работу за человека, могут стоить $300–500 в месяц. Это объясняет феноменальную скорость роста выручки современных стартапов: переход от нуля до $5 млн ARR теперь занимает гораздо меньше времени .
⚖️ Стартапы против корпораций: стратегия выживания 4:13
Ведущий Гарри Стеббингс выразил опасение, что прикладные компании могут быть поглощены разработчиками базовых моделей (OpenAI, Anthropic), если те решат внедрить аналогичные функции в свои продукты .
Мамун Хамид не разделяет это опасение, приводя следующие аргументы:
- Фокус на вертикалях: Крупные лаборатории (как OpenAI с их 1600 сотрудниками) физически не могут построить глубокие вертикальные решения для каждой индустрии .
- Техническая глубина: Для работы в медицине точность модели должна быть не 87%, а близкой к 99%, что требует глубокой настройки и экспертизы в предметной области, а не просто использования API .
- Бизнес-модель «электричества»: Для гиперскейлеров выгоднее быть поставщиками «электричества» (токенов и вычислительных мощностей) и труб, чем пытаться делать всё самостоятельно .
Относительно будущего LLM-слоя Мамун Хамид признает, что сейчас это «не лучший бизнес» с точки зрения маржинальности из-за демпинга цен и огромных затрат, но считает, что со временем лидеры (например, OpenAI) смогут выйти на высокую прибыльность . По его данным, цена за токен за последние 18 месяцев упала в 200 раз .
💰 Венчурная стратегия: «YOLO-пакет» и искусство резервов 6:28
Обсуждая текущие безумные оценки (стартапы на стадии pre-product с оценкой $750 млн), Хамид признает, что венчурные инвесторы иногда становятся жертвами ажиотажа .
Стратегия Kleiner Perkins в текущих условиях:
- Правило исключения: Инвестиции в супердорогие компании на ранних стадиях должны быть исключением (1 из 20 сделок), а не правилом.
- «YOLO-корзина»: В фонде есть неофициальный лимит на сделки, где правила нарушаются ради исключительных фаундеров .
- Резервирование капитала: Обычно фонд инвестирует более половины целевой суммы в первом чеке (например, $15 млн в раунде А и $10 млн резервирует на раунд Б и далее) .
Мамун Хамид поделился историей из 2008–2009 годов о компании Box. В разгар финансового кризиса никто не хотел инвестировать в облачное хранилище, опасаясь конкуренции с Google. Kleiner Perkins пришлось выдать компании три «бридж-кредита» подряд, чтобы она выжила . Хамид вспоминает, что компания была в неделе от банкротства, но в итоге стала публичной. Он признает, что из-за этих раундов выживания доля фаундера Аарона Леви сильно размылась, за что Хамид неоднократно приносил извинения .
🎨 Кейс Figma: почему инвесторы сомневались 35:08
Одной из самых успешных и одновременно спорных инвестиций Хамида была Figma. На момент раунда компания имела выручку всего около $500 тыс. при оценке выше $100 млн .
Что Хамид увидел в Figma, чего не заметили другие:
- Данные об удержании: Хотя пользователей было немного, дизайнеры использовали продукт 15–18 дней в месяц .
- Технологическое преимущество: Использование WebGL позволило сделать совместную работу в браузере плавной, чего не могли добиться конкуренты (Sketch, Invision) .
- Расширение рынка: Мамун предсказал, что лицензии Figma будут покупать не только дизайнеры, но и смежные специалисты — маркетологи и разработчики .
📉 Рынок M&A и IPO: когда наступит оттепель? 32:16
Мамун Хамид констатирует, что рынок слияний и поглощений (M&A) сейчас находится в стагнации. Крупные компании «запуганы» регуляторами и не хотят создавать себе лишних юридических проблем .
По мнению гостя:
- Вина за провал сделки Adobe-Figma лежит не только на Лине Хан (главе FTC), но и на британских регуляторах (CMA) .
- Для открытия рынка IPO нужны крупные размещения лидеров, таких как Databricks, Stripe или Starlink .
- Хамид выражает осторожный оптимизм по поводу 2025 года, полагая, что он станет удачным для выхода компаний на биржу .
🧬 Портрет «идеального фаундера» 39:07
Мамун Хамид выделяет два типа предпринимателей, в которых он готов инвестировать:
- «Первоход»-фанатик: Молодой, помешанный на продукте основатель в новом, еще не очевидном рынке (примеры: Дилан Филд из Figma, Матильда Коллин из Front) .
- Опытный «повторник»: Серийный предприниматель, который уже имел успех, но хочет построить нечто еще более грандиозное (примеры: Стюарт Баттерфилд из Slack, Паркер Конрад из Rippling) .
Хамид признается, что ему не нравятся основатели, которые строят бизнес «сверху вниз» на основе анализа рынка и таблиц в Excel, а не из глубокой личной одержимости продуктом .
💡 Философия и личные уроки 53:50
В завершение беседы Мамун Хамид поделился личными переживаниями и принципами:
- О провалах: Он недавно пережил крупную потерю — закрытие компании Tally, в которую фонд вложил около $30 млн . Причиной стал резкий рост процентных ставок, сделавший бизнес потребительского кредитования крайне сложным .
- О принятии решений: В Kleiner Perkins нет формального голосования по сделкам. Вместо этого партнеры ведут глубокие дискуссии, стараясь прочувствовать убежденность коллеги .
- О вере: Хамид отметил, что его вера (религия) глубоко влияет на то, как он ведет дела, призывая к смирению и эмпатии в общении с людьми .
- Мечта: Если бы он мог стать CEO любой компании, он выбрал бы OpenAI, просто чтобы увидеть, насколько близко человечество подошло к созданию сильного искусственного интеллекта (AGI) .
