В новом выпуске программы Prof G Markets ведущий Скотт Галлоуэй и со-ведущий Эд Элсон обсуждают масштабную экспансию частного акционерного капитала (Private Equity, PE) в сектор малого бизнеса. Традиционно ориентированные на поглощение корпоративных гигантов, сегодня PE-фирмы переключают внимание на «Main Street» — локальные сантехнические компании, стоматологические клиники и автомойки, радикально меняя ландшафт американского предпринимательства.
🏗️ Новая цель Private Equity: малый и средний бизнес 0:00
Если раньше частные инвестиционные компании ассоциировались исключительно с многомиллиардными сделками и покупкой крупных корпораций, то в последние годы индустрия обратилась к более скромным объектам поглощения . В первом квартале 2023 года малые компании составили более 61% всех сделок частного капитала в США, тогда как в 2009 году этот показатель был на уровне 50% .
Основной фокус сместился на экономику «главных улиц» (Main Street):
- Местные сантехнические службы;
- Стоматологические практики;
- Лесопилки и склады пиломатериалов;
- Автомойки .
Масштаб давления на малый бизнес иллюстрирует история владельца небольшой фирмы по установке сигнализаций из Кеннесо, штат Джорджия, который утверждает, что получает до 30 предложений о покупке в месяц, описывая это как «непрекращающийся шквал» .
📈 Почему PE-фирмы спускаются «вниз по цепочке»? 0:54
Скотт Галлоуэй отмечает, что сектор Private Equity является крупнейшим классом частных активов с объемом сделок в 2,5 триллиона долларов в 2022 году . По его мнению, интерес к малому бизнесу обусловлен несколькими факторами:
- Избыток капитала и дефицит крупных целей. По словам Скотта, крупные частные компании либо уже выкуплены, либо их стоимость взлетела до уровней, когда доходность сделок становится сомнительной. Капитала стало больше, чем качественных активов на верхнем уровне рынка .
- Эффект масштаба и синергия. Маленькая стоматологическая практика с доходом в 3–5 млн долларов тратит около 10% на маркетинг и ИТ, но делает это неэффективно . PE-фирма может купить 20 таких клиник, объединив их в сеть с общим доходом в сотни миллионов.
- Арбитраж мультипликаторов. Скотт объясняет финансовую механику: отдельная практика может оцениваться в 5–8 годовых прибылей (EBITDA), но при превращении в крупную публичную компанию или сетевой актив её мультипликатор вырастает до 12 и выше. Это создает мгновенную прибавку к стоимости «из воздуха» при объединении активов .
Галлоуэй приводит пример своего бывшего стоматолога Крейга Сподака (Craig Spodak) из Делрей-Бич, чей бизнес вырос до оборота в 15–30 млн долларов благодаря инновациям и эффективному управлению . Для таких предпринимателей PE-фирмы предлагают роль партнера, который берет на себя бэк-офис (ИТ, HR, переговоры с поставщиками), позволяя врачам сфокусироваться на медицине .
🧛♂️ «Вампиры» или спасители: критика и защита PE 5:21
Эд Элсон поднимает вопрос о репутации Private Equity. Он напоминает о критике со стороны политиков-демократов, в частности Элизабет Уоррен, называвшей PE-фирмы «вампирами» . Основные претензии к отрасли:
- Чрезмерная долговая нагрузка. Компании нагружают купленный бизнес долгами, забирая комиссии даже в случае банкротства актива .
- Сокращение штата. Статистика показывает, что в течение двух лет после выкупа PE-фирмой количество сотрудников в компании в среднем сокращается на 13% .
Скотт Галлоуэй называет эти обвинения «чушью» (bullshit). По его мнению, большинство предпринимателей рассматривают PE-фирмы как партнеров, которые помогают им «снять деньги со стола» (de-risk) и сохранить долю в более крупном и стабильном бизнесе .
Относительно увольнений Скотт придерживается жесткой капиталистической позиции: если бизнес может работать эффективно с меньшим количеством людей, сокращение неизбежно, и лучше провести его раньше, чем позже .
⚖️ Вопрос налогов и политическая критика 7:56
При всей защите PE как бизнес-модели, Галлоуэй резко критикует налоговые преференции для руководителей этих фондов. Речь идет о «carried interest» (отложенном вознаграждении), которое облагается по ставке налога на прирост капитала, а не как обычный доход .
Скотт обрушивается с критикой на политическое руководство США:
- Он называет сенатора Кристен Синему (Kyrsten Sinema) главным защитником интересов PE, утверждая, что она блокирует изменения в налоговом кодексе в обмен на пожертвования .
- Галлоуэй обвиняет Элизабет Уоррен и других демократов в неэффективности: имея контроль над Конгрессом и Белым домом, они не смогли закрыть налоговые лазейки для богатейших людей страны .
Его вердикт: «Не ненавидь игрока, ненавидь игру, а еще лучше — ненавидь того, кто устанавливает правила игры (рефери)» .
🔮 Прогнозы и работа над ошибками 11:02
В конце эпизода ведущие вспоминают прогноз Галлоуэя годичной давности относительно Tesla. В 2022 году Скотт называл Tesla самой переоцененной компанией в мире и предсказывал ей «порку» на бирже из-за проблем в Китае и поведения Илона Маска, который настроил против себя и левых, и правых .
Итоги прогноза оказались неоднозначными:
- Акции Tesla действительно упали почти вдвое (со $240 до $100) через полгода после прогноза, что Скотт считает своей победой .
- Однако к моменту записи этого выпуска акции восстановились до прежних уровней, что делает текущий результат «средним» .
Также Скотт признал ошибку в отношении криптобиржи Coinbase, которой он предрекал крах, в то время как её котировки начали стремительно расти .
