В новом выпуске подкаста «We Study Billionaires» сети «The Investor's Podcast» ведущий Трей Локерби обсуждает с сооснователем и управляющим партнером венчурного фонда «Lux Capital» Джошем Вульфом текущий макроэкономический кризис и стратегии выживания технологических стартапов. Известный инвестор делится своим видением будущего глубоких технологий, оборонного сектора, ядерной энергетики и революционных разработок на стыке биологии и ИТ. В центре дискуссии — концепция «энтропийного пика» и то, как глобальный хаос открывает беспрецедентные возможности для тех, кто готов инвестировать в реальные фундаментальные показатели.
🌀 Макроэкономический хаос и концепция «энтропийного пика» 0:01
В ежегодном отчете фонда «Lux Capital» текущая экономическая и геополитическая обстановка была охарактеризована как «энтропийный пик» (Entropic Apex). Джош Вульф объясняет этот термин как наивысшую точку хаоса и беспорядка, ставшую полной противоположностью предшествующему периоду предсказуемости и стабильности рынков.
По словам гостя, долгое время инвесторы и компании исходили из ложных предпосылок:
- Процентные ставки навсегда останутся низкими.
- Маржинальность бизнеса будет бесконечно расти.
- Удаленная работа станет повсеместной, а рабочие места — избыточными.
- Геополитический мир стабилен, а крупные войны остались в прошлом.
Однако в первом квартале текущего года ситуация резко развернулась на 180 градусов.
Разбирая глобальные риски, Джош Вульф подчеркивает, что изменение климата, вопреки общему мнению, не является непредсказуемой угрозой. С его точки зрения, это известный фактор, требующий от человечества адаптации и создания инфраструктурной избыточности. В качестве примера адаптивного поведения инвестор приводит отказ от строительства дорогостоящей недвижимости в подверженной ураганам прибрежной Флориде или в сейсмоопасных зонах Калифорнии. Вместо этого дальновидные игроки уже сейчас покупают землю в Мичигане или Канаде, рассчитывая, что через два десятилетия там можно будет разбивать виноградники.
Куда менее предсказуемыми Джошу Вульфу кажутся скрытые геополитические триггеры. Пока внимание общественности приковано к конфликту России и Украины или потенциальному столкновению Китая и Тайваня, инвестор советует смотреть на регионы Сахеля и Магриба в Африке.
По мнению гостя, там формируются «пальцы нестабильности»:
- Стремительно растет уровень насильственного экстремизма.
- Бывшие европейские колониальные державы демонстрируют безразличие к региону.
- Россия и Китай ведут активную конкуренцию, причем российская сторона финансирует наемнические группы для извлечения алмазов, урана и других ресурсов.
Джош Вульф прогнозирует, что Африка может стать континентом хаоса, а исходящая оттуда террористическая угроза неизбежно докатится до Европы.
На уровне внутренних рынков гость видит огромные риски для развивающихся стран из-за дефолтов по долгам, обесценивания валют и угрозы голода, вызванной разрывом цепочек поставок продовольствия. Что касается фондового рынка, то, по оценке управляющего партнера «Lux Capital», акциям еще есть куда падать. Для очищения рынка необходима капитуляция так называемых «символов избытка» — крупных тематических индексных фондов и технологических компаний, которые не генерируют денежный поток и остаются убыточными.
Ситуация усугубляется скрытым левериджем в пенсионных фондах и муниципалитетах, а также падением реальных сбережений населения. Люди активно тратили деньги во время пандемии на потребительские товары (от Peloton до Nike), но сейчас этот спрос угас, что привело к падению квартальных прибылей крупнейших ритейлеров, включая Walmart и Target.
Джош Вульф считает, что экономика входит в состояние «странной рецессии», которая ударит по среднему классу через массовые увольнения в сфере консалтинга, бухгалтерии и корпоративного управления. Бедные слои населения при этом столкнутся с тем, что инвестор называет «беговой дорожкой классовой борьбы» (class warfare treadmill). Из-за жестких действий ФРС по борьбе с инфляцией, роста цен на топливо, продукты и ипотеку наименее обеспеченные граждане будут вынуждены держаться за любую работу.
В конечном итоге это может спровоцировать появление радикального, склонного к насилию левого рабочего лидера, напоминающего Джимми Хоффу, который перенесет протесты из социальных сетей напрямую на улицы и заводы. Первые сигналы такого недовольства гость видит в забастовках железнодорожников в США и протестах дальнобойщиков в Канаде.
🧪 Кризис в биотехе: закон слизевика иhusbanding cash 7:53
Трей Локерби приводит тревожную статистику: на рынке торгуются около 800 публичных биотехнологических компаний, у половины из которых запас наличных денег рассчитан менее чем на два года, а 150 компаний имеют отрицательную стоимость предприятия (enterprise value). Джош Вульф дополняет картину, заявляя, что около 75% всей биотех-вселенной сейчас имеют рыночную капитализацию ниже $250 млн.
В отличие от компаний эпохи доткомов, которые пытались рассуждать о прибыльности, биотехнологический сектор изначально устроен как машина по сжиганию кэша, переводящая деньги в спекулятивные научные исследования и клинические испытания. Статистически большинство из них проваливается. Однако те, кому удается получить одобрение, создают колоссальную стоимость. Гость с сожалением отмечает, что продление жизни онкологического больного всего на шесть месяцев позволяет фармгигантам создавать многомиллиардные препараты, хотя наука должна стремиться к полному излечению болезней.
В качестве примера успешного прорыва он приводит иммуноонкологический препарат Keytruda от Merck, созданием которого руководили Рой Бейнс (Roy Baynes) и Роджер Перлмуттер (Roger Perlmutter) — топ-менеджеры, которых «Lux Capital» впоследствии привлекла к руководству своей портфельной биотех-компанией Eikon.
По прогнозу Джоша Вульфа, половина из 800 существующих публичных биотех-компаний прекратит свое существование либо через банкротство, либо через принудительное слияние на уровне советов директоров. Для описания этого процесса инвестор использует биологическую аналогию со слизевиком (slime mold):
«Когда ресурсов много, слизевик расползается в разные стороны в поисках пищи. Но как только ресурсы иссякают, он снова сжимается в единый макроорганизм. То же самое происходит в экономике. В период избытка капитала запускаются сотни дублирующих друг друга стартапов, распыляя талантливых ученых. В период дефицита происходит консолидация».
В этих условиях компании с сильным балансом получают огромное преимущество. Например, портфельная компания «Lux Capital» Eikon, имея на счетах около $1 млрд наличных денег, активно ищет недооцененные активы для поглощения. Напротив, стартапам, у которых заканчивается кэш, инвестор жестко рекомендует закрыть 8 из 10 разрабатываемых программ и сфокусироваться максимум на двух приоритетных молекулах или наиболее зрелых направлениях.
Джош Вульф напоминает, что еще два года назад его фонд призывал портфельные компании привлекать как можно больше капитала на пике рынка, а затем «беречь этот кэш» (husband that cash). В период, когда рынок безумно оценивал SaaS-компании с мультипликаторами в 50 или 200 выручек, многие инвестировали в нерентабельный рост. «Lux Capital» рекомендовала прекратить тратить деньги на агрессивный маркетинг и готовиться к «рыночной зиме», которая, по оценкам фонда, продлится около двух лет. В результате около 90% портфельных компаний фонда вошли в кризис с запасом ликвидности более чем на два года.
🛡️ Оборонные технологии: почему Anduril строит новую Stark Industries 13:45
На фоне запусков баллистических ракет Северной Кореей в сторону Японии и конфликта в Восточной Европе мир становится все более опасным. Инвестиционный тезис «Lux Capital» в отношении компании Anduril Industries, а также проектов в сфере переработки ядерных отходов и систем охраны периметра строится на позиции «long vol» (ставка на рост волатильности). Это инвестиции, которые выигрывают от наступления маловероятных, но катастрофических по своим масштабам событий — «черных лебедей».
Джош Вульф называет наивной веру в то, что войны можно искоренить, не искоренив саму человеческую природу. Люди остаются тщеславными, мстительными, стремящимися к власти, ресурсам и восстановлению уязвленной гордости. Война — это константа на всех уровнях существования, от бактерий до Homo sapiens. Поэтому гость считает создание передовых оборонных технологий не просто легитимным бизнесом, а этическим долгом и ключевым фактором сдерживания агрессии.
Anduril Industries выделяется на рынке тем, что была основана миллиардером Палмером Лаки. Инвестор замечает интересную закономерность: для создания прорывных оборонных и аэрокосмических компаний требуются миллиарды долларов личного капитала основателей на ранних этапах, что подтверждается примерами Илона Маска (SpaceX), Питера Тиля (Palantir) и Палмера Лаки (Anduril).
При этом у основателей Anduril есть глубокое неуважение к традиционной американской системе оборонных заказов. Джош Вульф жестко критикует старых подрядчиков Пентагона («beltway bandits»), работающих по системе «затраты плюс фиксированная прибыль» (cost-plus), что ведет к колоссальным задержкам и раздуванию бюджетов, как в случае с истребителем F-35. Производство намеренно размазывается по 300 с лишним избирательным округам ради лоббизма в Конгрессе.
По мнению гостя, Китай в рамках концепции военно-гражданского слияния (military-civil fusion) принудительно внедряет лучшие ИТ-достижения в армию, тогда как в Кремниевой долине долгое время существовало идеологическое табу на сотрудничество с Пентагоном. Палмер Лаки решил исправить это, создав реальный аналог вымышленной Stark Industries из комиксов Marvel.
Джош Вульф выдвигает парадоксальный тезис в рамках дискуссии об ESG (экологическое, социальное и корпоративное управление): инвестиции в оборонный сектор — это лучший вклад в экологию. В качестве аргумента он приводит гипотетическую диверсию на газопроводе, вызвавшую колоссальный выброс метана в атмосферу. Если бы эта катастрофа была предотвращена эффективными системами подводного обнаружения и защиты, это принесло бы планете больше пользы, чем все климатические протесты Греты Тунберг в ООН за последние пять лет.
Характеризуя личность Палмера Лаки, сооснователь «Lux Capital» отмечает, что, несмотря на их глубокие политические разногласия, он восхищается техническим гением основателя Anduril. Лаки заработал огромные деньги в молодом возрасте (после продажи Oculus компании Facebook), но сохранил главное качество истинно успешного предпринимателя — «обиду на ближнего» и желание доказать свою правоту (chip on his shoulder). Получив клеймо изгоя в Кремниевой долине за свои консервативные взгляды и будучи уволенным из Facebook, Лаки трансформировал злость в топливо для построения нового многомиллиардного бизнеса. По мнению Вульфа, именно такие недовольные и амбициозные люди, а не медитирующие адепты осознанности, двигают человеческий прогресс вперед.
📈 Феномен Стэна Дракенмиллера и уроки рационального распределения времени 22:49
Одним из ранних инвесторов (LP) фонда «Lux Capital» был легендарный управляющий Стэн Дракенмиллер. Недавно он публично заявил, что фондовый рынок ждет «потерянное десятилетие» и движение в боковом тренде. Джош Вульф полностью разделяет этот пессимистичный взгляд.
Описывая Дракенмиллера, гость отмечает его интеллектуальную скромность и феноменальную способность замечать рыночные аномалии. В офисе Стэна долгое время лежала книга-шутка с надписью «Все, что я знаю. Автор — Стэн Дракенмиллер», где все страницы внутри были абсолютно пустыми.
Вульф вспоминает, что в первом квартале 2000 года аналитик Рави Суриа (Ravi Suria), работавший в Lehman Brothers, выпустил отчет о неизбежном банкротстве Amazon, что во многом спровоцировало крах пузыря доткомов. Текущая ситуация кажется инвестору похожей: следующие несколько лет рынки будут крайне волатильными, зажатыми в узком диапазоне и без очевидных катализаторов для роста. Рынок будет совершать ложные рывки вверх и вниз на 15–20%, напоминая затухающие отскоки прыгающего мяча, пока у инвесторов не наступит полное разочарование и усталость. Именно момент массового исхода разочарованных игроков станет лучшим временем для долгосрочных инвестиций в новый цикл.
Помимо финансовых советов, Дракенмиллер дал Джошу Вульфу важнейший жизненный урок о семье, заявив, что «качественного времени» (quality time) не существует.
«Многие много работают, а потом пытаются выделить два часа в субботу на общение с детьми, называя это качественным временем. Это иллюзия. Существует только количество времени (quantity of time). Нужно просто быть рядом — за завтраком, обедом и ужином, ходить на все школьные спектакли и концерты, быть физически присутствующим в их жизни».
Этот принцип лег в основу корпоративной культуры «Lux Capital»: Джош Вульф утверждает, что никогда не пропускал важные мероприятия своих детей ради деловых встреч, поскольку деньги можно заработать и потерять, а время течет только в одну сторону.
📡 Хронобиология и God’s eye view от Planet Labs 28:26
В сфере наук о жизни «Lux Capital» активно инвестирует в хронобиологию — изучение временных механизмов внутри организма. Джош Вульф отмечает, что разные части человеческого тела имеют разный биологический возраст. Например, клетки Пуркинье в головном мозге формируются в период внутриутробного развития и не обновляются в течение жизни, тогда как клетки эпителия кишечника полностью заменяются каждые несколько дней.
Понимание этих скрытых механизмов тайминга критически важно для медицины. В качестве примера инвестор приводит лекарства от холестерина (статины): ученые выяснили, что их эффективнее принимать строго на ночь, так как именно в это время печень активизирует выработку липопротеинов низкой плотности (ЛПНП). Скрытая биология проявляется и на межличностном уровне — например, в синхронизации гормональных циклов у женщин, длительное время проживающих вместе в одном помещении. Любая область, где механизмы взаимодействия клеток и органов пока не до конца изучены, представляет для фонда огромный инвестиционный интерес.
Вторым важным вектором является космос. Портфельная компания фонда Planet Labs (Planet) недавно вышла на биржу через механизм SPAC. Хотя из-за сжатия рыночных мультипликаторов цена акций упала примерно на 70%, Вульф считает, что главным фактором выживания компании является огромный объем наличных денег, привлеченных в ходе листинга, который позволит построить сильный фундаментальный бизнес.
Развитие спутниковых технологий сделало невероятный шаг вперед: от единичных размытых снимков Земли полувековой давности индустрия перешла к ежедневной трехкратной съемке всей поверхности планеты и статической съемке видео с частотой 30 кадров в секунду. Это дает клиентам — от правительств до макро-хедж-фондов и страховых компаний (что наглядно доказал анализ разрушений после урагана Иэн) — истинный, объективный взгляд на происходящие процессы, будь то фиксация нарушений прав человека или оценка уровня промышленной активности.
⚛️ Стихийная энергия: почему ядерной индустрии нужен тотальный ребрендинг 34:10
Джош Вульф последовательно выступает за необходимость переименования ядерной энергетики в «стихийную» или «элементарную» энергию (elemental power). С его точки зрения, Германия совершила катастрофическую ошибку, закрыв свои атомные станции под давлением партии «Зеленых».
Инвестор высказывает предположение, что за успехом немецких экологических активистов могла стоять скрытая финансовая и информационная поддержка со стороны российских властей, стремившихся посадить Европу на иглу зависимости от своего природного газа. При этом атомная энергетика является самым чистым, мощным и надежным источником базовой нагрузки для энергосети, производящим ноль углеродных выбросов.
По мнению Вульфа, противники АЭС на самом деле выступают не за экологию, а против экономического роста, прогресса и капитализма в целом. Общество романтизирует солнечную и ветряную генерацию, забывая, что производство солнечных панелей требует неорганических полупроводников, а ветряки поглощают колоссальные объемы цемента и металлов.
Идея ребрендинга родилась из простой аналогии: люди любят солнце, воду и ветер, потому что они естественны. Но уран — это тоже природный элемент, просто скала, камень. Процесс получения энергии на АЭС концептуально не отличается от геотермальной энергетики: контролируемое расщепление элементов в куске породы выделяет тепло, которое кипятит воду, создает пар и вращает турбину с магнитами.
Главная беда индустрии — исторически сложившееся ментальное слияние понятий «ядерная энергетика» и «ядерная война». Панику подогрели массовая культура (фильм «Китайский синдром» 1979 года) и авария на Три-Майл-Айленд в том же году, где, несмотря на поломку клапана, никто не пострадал, что доказало надежность инженерных систем защиты. Чернобыльская катастрофа действительно была ужасной, но Вульф списывает ее на общую неконкурентоспособность советских технологий, иронизируя, что единственные российские продукты, доказавшие свою эффективность в условиях глобальной конкуренции — это автомат Калашникова и истребители МиГ.
После катастрофы на Фукусиме в Японии ключевую роль в ликвидации последствий сыграла созданная фондом «Lux Capital» компания Kurion (названная в честь Мари Кюри). Компания разработала уникальные материалы, способные улавливать радиоактивные изотопы (цезий, стронций, плутоний), и роботов для работы внутри разрушенного реактора. Курион стала единственной американской компанией, допущенной правительством Японии к ликвидации аварии. Инвестировав в стартап всего $1,5 млн, фонд разогнал его выручку до $160 млн, а EBITDA — до $40 млн, после чего продал бизнес с мультипликатором 10x EBITDA, вернув своим инвесторам $105 млн.
Интерес инвестора к энергетической плотности зажгла книга Марка Миллса и Питера Хубера «Бездонный колодец» (The Bottomless Well). В ней наглядно показана «стрела прогресса» человечества: переход от углеводов (сжигание древесины) к углеводородам (расщепление молекул нефти и газа) и, наконец, к ядерной энергии. Каждый шаг экспоненциально повышал плотность энергии на единицу сырья.
Тем не менее, сейчас «Lux Capital» не инвестирует в малые модульные реакторы (SMR) или проекты в сфере термоядерного синтеза (хотя верит в побочные технологические результаты последних). С точки зрения венчурного бизнеса, эта сфера находится в категории «слишком сложно»: регуляторные барьеры огромны, а вывод новой технологии на рынок занимает более 10 лет и требует миллиардных затрат. Текущая активность Вульфа в этой теме носит исключительно характер общественной адвокации.
🪙 Крах FTX и разделение рынков на объективные и интерсубъективные 43:32
Обсуждая криптовалютный сектор, Джош Вульф цитирует своего друга Дейва Хеллера (экс-топ-менеджера Goldman Sachs): если в крипте много откровенных жуликов и мошенников, то в сфере ESG-инвестирования гораздо опаснее то, что там находится масса абсолютно искренних людей, продвигающих чудовищно нелепые идеи. По мнению гостя, криптоиндустрия сейчас в ускоренном темпе заново изобретает традиционную финансовую систему, раз за разом наступая на старые грабли и прибегая со слезами к регуляторам (SEC и CFTC) после очередного краха с вопросом «Почему вы нас не защитили?».
В своем подходе к цифровым активам «Lux Capital» проводит жесткую границу между двумя понятиями:
- Интерсубъективная реальность. Сфера, существующая исключительно в сознании людей и зависящая от того, что один человек думает о мыслях другого (деньги, искусство, религия, NFT, цифровые изображения обезьян). Поскольку Вульф является неверующим человеком (нон-теистом), он признается, что с удовольствием зашортил бы институт религии, но люди продолжают верить. По этой причине фонд принципиально не инвестирует в токены и крипто-арт, так как их ценность держится только на вере масс.
- Объективная реальность. Технологии и инфраструктура, которые работают независимо от веры пользователя, подчиняясь законам физики. Сюда относятся кастодиальные сервисы, протоколы передачи данных и биржевые механизмы. Волоконно-оптический кабель передает свет быстрее, чем старый модем 56k, независимо от чьих-либо убеждений.
Именно поэтому фонд инвестировал в криптокастодиан Anchorage и криптовалютную биржу FTX.
Комментируя личность основателя FTX Сэма Бэнкмана-Фрида (разговор происходил до публичного краха биржи), Джош Вульф находит у него общие черты с Палмером Лаки: оба носят карго-шорты и шлепанцы, обладают феноменальной дерзостью и высочайшим уровнем интеллектуальной конкурентоспособности. Главная черта Бэнкмана-Фрида, по мнению инвестора, — это беспощадный фокус на устранении рыночных неэффективностей. Подобно Джеффу Безосу, Сэм видит маржу традиционных игроков (таких как Citadel или Robinhood) как свои возможности и жестко забирает их долю рынка.
🚗 Илон Маск, покупка Twitter и суперкомпьютер Dojo 48:06
Джош Вульф давно известен своей критикой в адрес Илона Маска, хотя и признает его колоссальное позитивное значение для прогресса человечества. На момент записи подкаста Маск предложил закрыть сделку по покупке Twitter по цене $54,20 за акцию.
Инвестор скептически относится к заявлениям Маска о защите свободы слова как о главном мотиве сделки. Вульф считает, что истинная цель была чисто прагматичной: Маску требовался весомый и понятный общественности повод (raison d’être), чтобы легально ликвидировать свои акции Tesla на самом пике стоимости, выручив более $8,5 млрд. Слитые в сеть личные текстовые сообщения Маска подтверждают, что идея покупки Twitter во многом была импульсивным решением, принятым «на эмоциях».
Анализируя технологические анонсы Tesla, в частности суперкомпьютер Dojo и собственный чип D1, гость высказывает сомнения в их революционности. К заявлениям Кэти Вуд об экспоненциальном ускорении обработки данных с помощью Dojo он относится прохладно.
Вульф отмечает, что чип Tesla работает на частоте 2 ГГц, что по современным меркам не является выдающимся результатом. Компании еще предстоит доказать работоспособность межчиповых соединений (tile-to-tile interconnect) в многослойных структурах, а также создать программное обеспечение, прогресс в котором сама Tesla признает медленным. Инвестор делает ставку на Nvidia, подчеркивая, что именно их программно-аппаратная экосистема CUDA стала фундаментом, который открыл всему миру возможности машинного обучения и искусственного интеллекта.
🧐 Мираж Bridgewater и инвестиции в оцифровку запахов 52:30
Джош Вульф жестко комментирует уход Рэя Далио с поста руководителя хедж-фонда Bridgewater. Помимо этической критики Далио за то, что тот закрывает глаза на нарушения прав человека со стороны КПК ради сохранения бизнеса в Китае, у Вульфа есть серьезные претензии к финансовой стороне вопроса.
Инвестор сомневается, что реальная деятельность Bridgewater соответствует тому, что о ней думает публика. По его мнению, за последние 10 лет макроэкономические прогнозы Рэя Далио редко бывали точными, емкими или правильными:
«В крайней степени оценки можно сказать, что король абсолютно голый. Это не отменяет качества работы тысяч блестящих сотрудников фонда, но велика вероятность, что книги Далио и его ежедневные аналитические заметки пишутся гострайтерами, а его личное участие в принятии инвестиционных решений — большой вопрос для спекуляций».
В финале беседы Джош Вульф рассказывает о проекте, который считает делом всей своей жизни — оцифровке запахов. Ранее нобелевский лауреат Ричард Аксель (сооснователь портфельной компании Lux Kallyope, изучающей ось «кишечник-мозг») советовал Вульфу даже не пытаться двигаться в этом направлении, утверждая, что задача не имеет решения. Однако после 10 лет поисков фонд обнаружил прорывную технологию внутри одной из крупнейших технологических корпораций.
«Lux Capital» структурировала сделку по выделению этой технологии в независимый стартап, возглавив раунд финансирования в размере $60 млн. В число соинвесторов вошли две гигантские технологические компании, один крупнейший мировой благотворительный фонд и несколько известных миллиардеров — управляющих хедж-фондами. По иронии судьбы, во время финальных переговоров по сделке Джош Вульф впервые за два с половиной года заболел коронавирусом и полностью лишился обоняния на три недели, что сам считает высшей поэтической справедливостью.
Созданный стартап сфокусирован на трех ключевых сценариях использования:
- «Shazam для запахов». Возможность записать аромат с помощью смартфона или компактного гаджета. Если зрение кодируется в трехмерном пространстве (RGB), а звук имеет два измерения (частота и амплитуда), то запах имеет от 40 до нескольких сотен измерений, поскольку состоит из сложных смесей летучих органических соединений (ЛОС), физически связывающихся с обонятельными луковицами. Устройства позволят консервировать воспоминания: запах детской комнаты, волос любимого человека, вина или морского побережья.
- Медицинская диагностика по дыханию. Известно, что собаки способны по запаху определять ковид, рак, болезнь Паркинсона и приближение эпилептического припадка. Создаваемые приборы позволят диагностировать опасные заболевания на самых ранних стадиях по анализу выдыхаемого человеком воздуха.
- Промышленные и оборонные приложения. Датчики смогут мгновенно фиксировать утечки опасных химикатов, зарождение электрических микропожаров в серверных комнатах или обнаруживать специальные химические маркеры (тагганты) на объектах интереса в ходе военных операций.
Джош Вульф убежден, что в будущем компьютеры смогут не только записывать, но и воссоздавать запахи в физическом пространстве. По аналогии с историей фотографии, где компания Kodak сначала научилась фиксировать изображение на пленку, а производители экранов лишь спустя десятилетия освоили качественное воспроизведение, индустрия цифрового запаха начнет с фиксации сигналов, и эта технология перевернет мир.
