В условиях, когда Федеральная торговая комиссия (FTC) и прокуроры 46 штатов США инициируют судебные разбирательства против Facebook и Google, эксперт по стратегии Скотт Гэллоуэй анализирует исторические предпосылки и экономические последствия господства технологических гигантов. По его мнению, текущие иски знаменуют собой «начало конца» эпохи Big Tech в её нынешнем виде, что требует возврата к жесткому антимонопольному регулированию.
🎩 Акт I: Позолоченный век и уроки Джона Рокфеллера 1:34
Скотт Гэллоуэй проводит прямую параллель между современными лидерами технологической индустрии и «баронами-разбойниками» конца XIX — начала XX века. В то время Эндрю Карнеги обладал состоянием, эквивалентным сегодняшним 300 миллиардам долларов, а Джон Рокфеллер — более 400 миллиардам . По словам Гэллоуэя, Рокфеллер стал «Джеффом Безосом своего времени», осознав стратегическую ценность нефти так же, как Безос осознал потенциал интернета .
Ключевые характеристики Standard Oil, по данным Гэллоуэя:
- Вертикальная интеграция: компания владела не только скважинами, но и трубопроводами, железнодорожными вагонами и заводами по производству канистр .
- Рыночное доминирование: к 1904 году Standard Oil контролировала 91% производства нефти и 85% её продаж в США .
- Агрессивное устранение конкурентов: Рокфеллер использовал влияние на железные дороги, чтобы блокировать доступ конкурентов к перевозкам, а затем выкупал их активы с огромным дисконтом .
Гэллоуэй отмечает, что на этапе роста Standard Oil действительно внедряла инновации, повышала качество продукции и снижала цены . Однако автор подчеркивает: алгоритм успеха в ту эпоху заключался в том, чтобы использовать инновации для получения преимущества, а затем беспощадно эксплуатировать это преимущество для подавления любой конкуренции .
🏛️ Акт II: Прогрессивная эра и «брендейзианский» подход 3:36
Концентрация капитала привела к тому, что 0,1% населения контролировали более 20% национального богатства. Это лишало монополистов стимулов к инновациям, так как отсутствие конкуренции позволяло диктовать условия рынку . В 1911 году правительство США принудительно разделило Standard Oil на 34 независимые компании.
Последствия этого решения, согласно анализу Гэллоуэя:
- Рост акционерной стоимости: суммарная стоимость выделенных компаний (включая будущие ExxonMobil и Chevron) удвоилась в течение года после разделения .
- Благо для экономики: конкуренция между новыми игроками стимулировала экономический бум, от которого выиграли и потребители, и рабочие .
- Защита свободы: Гэллоуэй ссылается на «брендейзианский взгляд» (по имени судьи Луи Брандейса), согласно которому чрезмерное укрупнение корпораций вредит экономическому росту и индивидуальной свободе .
Вторым историческим примером в статье приводится разделение телекоммуникационного гиганта AT&T в 1984 году . По словам автора, семь образовавшихся компаний («Baby Bells») в сумме стоили больше, чем единая материнская структура. Это событие «наполнило рынок труда кислородом»: конкурент MCI увеличил штат в четыре раза за десятилетие, а на рынке появились кнопочные телефоны, мобильная связь и потребительский интернет .
📉 Акт III: Эпоха бездействия и Роберт Борк 5:34
Ситуация изменилась в 1980-х годах с приходом консервативного юриста Роберта Борка. Как утверждает Гэллоуэй, Борк предложил «безумную концепцию», согласно которой антимонопольное право не должно заботиться о структуре рынка или политической власти корпораций . Единственным критерием «вреда потребителю» стала цена: если цены не растут, значит, монополии нет .
Результаты политики «спящего режима» регуляторов, приведенные Гэллоуэем:
- В период с 1997 по 2012 год концентрация капитала выросла в двух третях американских отраслей .
- Доля стартапов среди всех фирм сократилась примерно на 50% с 1978 года .
- Количество новых компаний, создаваемых ежедневно, при администрации Джимми Картера (конец 70-х) было в два раза выше, чем сейчас .
Гэллоуэй считает, что стартапы не могут процветать, так как гиганты «перекрывают им кислород». Google контролирует около 90% мирового поиска, а Facebook тратит миллиарды долларов на покупку потенциальных конкурентов, таких как Instagram ($1 млрд) и WhatsApp ($19 млрд), превращая их в инструменты сбора данных .
⚔️ Настоящее время: Рыночная власть против демократии 8:12
По мнению Скотта Гэллоуэя, текущие антимонопольные законы напоминают «детскую пижаму со „Звездными войнами“ на 18-летнем подростке» — они безнадёжно устарели . Он призывает сместить фокус с формального определения «монополии» на понятие «рыночной власти».
Аргументы Гэллоуэя о влиянии Big Tech:
- Подавление инвестиций: Венчурные капиталисты боятся вкладывать в проекты, которые заходят на территорию техногигантов .
- «Налог» на инновации: Гэллоуэй утверждает, что 40 центов с каждого доллара, привлеченного стартапами в качестве венчурных инвестиций, в итоге уходят на рекламу в Google, Facebook и Amazon .
- Политическое влияние: Рыночная капитализация позволяет корпорациям скупать угрозы, абсорбировать убытки и тратить на контент больше, чем вся индустрия развлечений, просто чтобы продать больше iPhone или туалетной бумаги .
🔮 Прогнозы и необходимость разделения 9:42
Гэллоуэй настаивает на том, что Facebook должен быть разделен на три части: собственно социальную сеть, Instagram и WhatsApp. По его оценке, Facebook в нынешнем виде стоит меньше, чем сумма его частей, так как руководство не смогло максимизировать потенциал купленных сервисов . В качестве доказательства приводится пример Snap (владелец Snapchat), который в 2013 году отклонил предложение Марка Цукерберга о покупке за $3 млрд, а сегодня оценивается почти в $80 млрд .
Основные прогнозы Скотта Гэллоуэя:
- Судьба WhatsApp: Если бы сервис остался независимым, он мог бы стать аналогом WeChat, Zoom или Slack, но Facebook превратил его в «клейкую фабрику» для выкачивания данных .
- Действия Amazon: Джефф Безос слишком умен, чтобы позволить регуляторам решать судьбу компании. Гэллоуэй предсказывает, что в 2021 году Amazon превентивно выделит облачное подразделение AWS в отдельную компанию .
- Будущее AWS: По мнению автора, к 2025 году AWS станет самой дорогой компанией в мире .
В завершение Скотт Гэллоуэй подчеркивает, что антимонопольное принуждение — это не наказание, а «высшая форма валидации» успеха компании. Он призывает перейти к «осознанному капитализму», который опирается на эмпатию и сильное государственное регулирование, работающее на благо общества, а не только «баронов-разбойников» современности .
