Современная глобальная экономика находится в уникальной и труднопредсказуемой точке цикла, когда привычные экономические индикаторы и старые правила дают сбои. В новом выпуске подкаста Top Traders Unplugged ведущий Алан Данн обсуждает с известным макроэкономистом Клодией Сэм текущее состояние рынка труда США, эффективность монетарной политики ФРС и устойчивость государственного долга. Ключевой темой беседы становится знаменитое «правило Сэм» и его применимость в условиях беспрецедентных постпандемических структурных изменений.
📊 Правило Сэм: как индикатор рецессии работает сегодня 4:35
История этого индикатора напрямую связана с практической государственной политикой. В 2019 году группа экономистов разрабатывала предложение о том, как лучше подготовить финансовую систему США к следующему экономическому спаду. Идея заключалась в автоматизации антикризисных мер, таких как прямые стимулирующие выплаты гражданам (stimulus checks), чтобы они запускались сразу после ухудшения условий, минуя долгие дебаты в Конгрессе. Для этого требовался максимально точный и своевременный триггер.
Формула созданного индикатора, позже названного «правилом Сэм», основана на динамике уровня безработицы:
- Рассчитывается среднемесячный уровень безработицы в США за последние три месяца.
- Полученное значение сравнивается с минимальным показателем за предыдущие 12 месяцев.
- Если текущая скользящая средняя превышает этот минимум на 0,5 процентного пункта или более, это означает, что экономика уже находится в начальной стадии рецессии.
По словам Клодии Сэм, это правило не является прогнозной моделью вроде инверсии кривой доходности; оно констатирует факт того, что спад уже начался и продолжается первые два-три месяца. В обычных условиях экономике требуется совсем небольшое ухудшение показателей, чтобы запустить цепную реакцию. Даже при самых мягких исторических рецессиях в США безработица в итоге вырастала как минимум на 2 процентных пункта, а чаще — на 4 процентных пункта.
На момент проведения дискуссии уровень безработицы в США постепенно увеличивался. Если его минимальное значение в этом цикле составляло 3,4%, то последние метрики зафиксировали рост до 4,1%. Сэм подчеркивает, что экономика подошла к опасной черте гораздо ближе, чем когда-либо за все время текущего восстановления.
📉 Парадоксы макроэкономической статистики: сильные релизы против «грязных» данных 12:30
Анализ макроэкономической ситуации сегодня осложняется сильным расхождением в официальных цифрах. Майский отчет по занятости в США наглядно продемонстрировал этот раскол: показатель Payroll (количество новых рабочих мест вне сельского хозяйства) продемонстрировал резкий рост, значительно превысив ожидания рынка. Однако тот же самый отчет показал, что уровень безработицы впервые за два года достиг отметки 4%, а альтернативный опрос домохозяйств и вовсе зафиксировал катастрофическое падение занятости на 400 000 рабочих мест.
Такие противоречия вызывают у аналитиков серьезные вопросы к качеству сбора данных, включая падение уровня ответов на опросы со стороны компаний. По мнению Сэм, статистические модели сталкиваются с наибольшими трудностями именно в переломные моменты экономического цикла (turning points).
В качестве примера она приводит так называемую модель «рождения и смерти» бизнеса (birth-death model):
- При составлении ежемесячных отчетов государственные службы не могут оперативно опросить только что открывшиеся компании.
- Статистики вынуждены закладывать в модель теоретическую скорость создания новых фирм и закрытия старых на основе прошлых трендов.
- Когда экономика начинает замедляться, эти допущения остаются слишком оптимистичными, из-за чего реальные объемы создания рабочих мест завышаются.
Истинная картина спада, как утверждает гостья, часто становится очевидной лишь спустя годы, после масштабных пересмотров официальной статистики.
🔄 Слом традиционных моделей и уроки постпандемического цикла 21:15
Уникальность постпандемического периода заставила многих экономистов сомневаться в надежности устоявшихся макроэкономических концепций. Ярким примером стал 2022 год, когда в США было зафиксировано снижение реального ВВП на протяжении двух кварталов подряд. В большинстве стран мира это считается технической рецессией, однако американская экономика не вошла в фазу кризиса, поскольку рынок труда оставался сильным, а потребительские расходы продолжали расти. Чтобы найти аналогичное падение ВВП вне официальной рецессии, исследователям приходится возвращаться в 1947 год — эпоху масштабной демобилизации и перестройки после Второй мировой войны.
Параллельно разрушились и другие экономические корреляции:
- Слабость в производственном секторе (manufacturing) исторически предшествовала спаду в сфере услуг, но в данном цикле этот механизм не сработал.
- Традиционное убеждение, что жесткое повышение ставок ФРС обязательно должно «что-то сломать» в финансовой системе, подтвердилось лишь локальным кризисом банка SVB, который удалось быстро купировать.
Сэм допускает, что если ее собственное правило или другие классические индикаторы рецессии дадут сбой, то это произойдет именно сейчас, в силу экстремальных искажений цикла. Гостья констатирует, что на текущий момент академическое сообщество и регуляторы до конца не понимают, каким моделям и эмпирическим правилам можно безоговорочно доверять.
🦅 Монетарная политика ФРС: «жесткие разговоры» против реальных факторов инфляции 25:40
Среди макроэкономистов продолжаются споры о том, что именно помогло обуздать рекордную инфляцию последних лет. Сторонники классического подхода утверждают, что ключевую роль сыграли жесткая риторика Федеральной резервной системы, защита доверия к регулятору и управление инфляционными ожиданиями. Клодия Сэм категорически не согласна с этой позицией. По её мнению, инфляционный всплеск и его последующее затухание были вызваны исключительно шоками предложения и спроса, связанными с пандемией COVID-19 и началом конфликта на Украине.
Сэм считает, что если руководство ФРС искренне убеждено, будто инфляцию победили их «жесткие разговоры» (tough talk), они продолжат неоправданно долго удерживать ставки на высоком уровне. Это создает избыточные риски для рынка труда, который Сэм называет главным локомотивом американской экономики.
Дополнительным открытием цикла стала очевидная слабость трансмиссионного механизма монетарной политики ФРС. В 2022 году регулятор совершил беспрецедентный шаг, подняв ставку по федеральным фондам с нуля до более чем 5% всего за один год. Однако влияние этого шага на реальный сектор оказалось сильно размытым из-за структуры долгового рынка США, особенно в сфере недвижимости:
- Большинство американских покупателей жилья берут ипотечные кредиты по фиксированной ставке на 30 лет.
- В период рекордно низких ставок после начала пандемии миллионы домовладельцев провели массовое рефинансирование.
- В результате ежемесячные платежи по ипотеке у типичного американца сейчас ниже, чем до COVID-19, несмотря на все усилия ФРС.
Высокие процентные ставки снизили спрос на новые дома, но предложение на вторичном рынке упало еще сильнее, поскольку люди не хотят продавать жилье и терять свои сверхдешевые кредиты. Из-за этого дефицита цены на недвижимость в США выросли, вопреки стандартной теории.
🏛️ Новая эпоха фискальной политики: конец неолиберализма и курс на госрасходы 40:33
Одним из главных сюрпризов для сторонников теории неизбежной рецессии стала мощная фискальная поддержка со стороны правительства США, удерживающая дефицит бюджета на уровне 6–7% от ВВП. Ведущий Алан Данн напоминает об идеях историка Гэри Герстла, автора книги «Взлет и падение неолиберального порядка», который утверждает, что мир окончательно преодолел эпоху неолиберализма. Ей на смену пришла масштабная государственная промышленная политика, выраженная в трех крупных американских программах: Инфраструктурном пакете, Законе о чипах (CHIPS Act) и Законе о снижении инфляции (IRA).
Эти инициативы, получившие в основном межпартийную поддержку, направлены на возврат производств в США (reshoring), перенос цепочек поставок в дружественные страны (friend-shoring) и экономическое дистанцирование от Китая.
В то же время крупные социальные программы эпохи пандемии, разработанные по принципам Нового курса Рузвельта, продемонстрировали неоднозначные политические результаты. По воспоминаниям Сэм, принимавшей участие в подготовке Американского плана спасения (American Rescue Plan), расширенный налоговый вычет на детей (Child Tax Credit) выплачивался родителям независимо от их занятости и доходов. Эта мера смогла сократить уровень детской бедности в США почти в два раза. Тем не менее программа не нашла устойчивого отклика у избирателей и её продление заблокировали на фоне разгоняющейся инфляции.
По оценке Клодии Сэм, независимо от того, кто займет Белый дом после президентских выборов в ноябре, тренд на наращивание государственных расходов продолжится, а политический аппетит к жесткой экономии (austerity) в Вашингтоне полностью отсутствует.
🔮 Долгосрочный рост, инфляция и неизбежность бюджетного кризиса 45:45
Обсуждая долгосрочные перспективы американской экономики, Сэм высказывает умеренно оптимистичный взгляд на факторы роста. Быстрое восстановление рынка труда позволило избежать долгосрочного «рубцевания» экономики (scarring). В США фиксируется заметный подъем производительности труда, сопровождающийся сильными частными инвестициями в производственные мощности и инфраструктуру.
Главной угрозой этому росту остается долговая траектория, однако Клодия Сэм убеждена, что ни одна из политических партий в обозримом будущем не предложит реального плана по сокращению дефицита бюджета. Основными драйверами расходов выступают социальные обязательства перед пенсионерами, включая пенсионные выплаты и медицинские льготы. При этом республиканцы жестко блокируют любое повышение налогов, а демократы отказываются урезать социальные статьи. Подобный тупик делает любые реформы политически невозможными.
Сэм категорически отвергает популярную идею о том, что проблему долга можно решить за счет контролируемого разгона инфляции, которая обесценит государственные обязательства. По её мнению, этот сценарий невозможен из-за глубокой ненависти населения к росту цен: граждане не согласятся переплачивать за продукты питания ради покрытия неэффективного управления госбюджетом.
В итоге Сэм делает вывод, что американская политическая элита начнет решать проблему дефицита бюджета исключительно под давлением масштабного финансового кризиса. Экономические механизмы спасения понятны и неизменны десятилетиями — это либо сокращение социальных выплат, либо повышение целевых налогов, но для реализации этих мер потребуется действительно критический момент, который заставит политиков действовать. В завершение беседы эксперт призывает молодых экономистов сохранять интеллектуальное смирение, изучать политическую экономию и историю экономической мысли, чтобы не становиться заложниками сиюминутных догм.
