Человек способен выслеживать запах шоколада под слоем земли не хуже охотничьей собаки, а наши обонятельные нейроны — одни из немногих в организме, способных к полной регенерации. При этом истинная биологическая сила воли локализована в конкретной области мозга, которая физически увеличивается только тогда, когда мы заставляем себя делать то, что нам искренне ненавистно. Эндрю Губерман и Джо Роган разбирают скрытые механизмы человеческой физиологии: от нейробиологии нокаутирующего удара в печень до того, как экстремальные сауны и кардионагрузки перепрошивают психику и помогают побеждать зависимости.
🧬 Эволюция видов и скрытые суперсилы чувств 0:14
Разговор Джо Рогана и Эндрю Губермана начинается с обсуждения удивительного биологического разнообразия, скрытого внутри одного вида. Генетика собак представляет собой уникальный пример того, как направленная селекция может радикально изменить не только внешний вид животного (фенотип), но и его болевой порог и поведение. По словам Губермана, вариативность размеров тела у собак — от крошечного чихуахуа до гигантского мастифа — возможно, является самой большой в пределах одного вида среди всех млекопитающих .
Генетическая архитектура собак: от волка до бульдога 0:14
Эндрю Губерман ссылается на исследования своей коллеги из Стэнфорда, Сью Макконнелл, которая наглядно демонстрирует генетическую дистанцию между породами. Оказывается, современные собаки делятся на группы в зависимости от «дозировки» генов волка и мастифа. Собаки с длинными мордами, такие как овчарки или колли, сохраняют значительную часть «волчьей» генетики, что делает их прекрасными охотниками и следопытами .
На другом конце спектра находятся брахицефальные породы — английские и французские бульдоги, мопсы. В их геноме влияние волка практически сведено к нулю, а доминируют гены мастифов. Селекция этих пород была прагматичной и порой жестокой:
- Морфология: Короткие челюсти бульдогов создавались как мощный рычаг для удержания цели .
- Болевой порог: Генетика мастифов подавляет количество болевых рецепторов в передней части тела. Губерман вспоминает своего бульдога Костелло, который мог не заметить рыболовный крючок в губе, продолжая играть на пляже .
- Дыхание: Обратной стороной такой селекции стала деформация дыхательных путей (апноэ), из-за чего эти собаки постоянно храпят .
История английского бульдога неразрывно связана с бул-бейтингом (травлей быков). Этих собак выводили для того, чтобы они вцеплялись в нос быка и не отпускали его, несмотря на удары. Роган отмечает, что современные «олд-инглиш бульдоги» больше похожи на питбулей и сохраняют атлетизм, который был утрачен декоративными выставочными линиями . В этом контексте Губерман упоминает книгу Сэма Шеридана «Сердце бойца», где описывается психологическая связь между владельцем и бойцовой собакой: готовность животного сражаться часто напрямую зависит от силы эмоциональной привязанности к хозяину .
Скрытые возможности человеческого обоняния 9:14
Переходя к теме сенсорных систем, Губерман развенчивает популярный миф о том, что человеческое обоняние ничтожно по сравнению с собачьим. Исследователь Ноам Собель доказал, что человеческий нос обладает колоссальным потенциалом, который мы просто не привыкли использовать .
В ходе знаменитого эксперимента в Беркли добровольцам завязывали глаза, надевали плотные перчатки и наушники, чтобы исключить все чувства, кроме обоняния. Выяснилось, что люди способны выслеживать запах шоколада, зарытого под землей на глубине нескольких сантиметров, двигаясь по следу зигзагами, точно охотничьи псы .
Губерман подчеркивает несколько ключевых отличий в механике процесса:
- Частота вдохов: Собаки превосходят нас не количеством рецепторов, а частотой «обнюхивания» .
- Аэродинамика: Ноздри собак имеют специальные выемки, создающие вихревые потоки (вортексы), что позволяет удерживать молекулы запаха дольше .
- Разрешение: У человека плотность «пикселей» обоняния в определенных условиях сопоставима с лучшими ищейками, но мы подавляем эти сигналы доминирующим зрением .
Интересно, что наше обоняние работает на подсознательном уровне даже в социальном взаимодействии. Исследования показывают, что после рукопожатия люди в течение минуты неосознанно подносят руку к лицу, чтобы считать химический профиль собеседника (гормональный статус, состояние иммунной системы) .
Регенерация нейронов и биохимия восстановления 18:28
Обонятельная система уникальна с точки зрения нейробиологии. Обонятельные нейроны — это фактически единственные клетки центральной нервной системы, которые способны к полной регенерации на протяжении всей жизни человека . Они проходят через «решетчатую пластинку» (cribriform plate) — пористую кость в основании черепа. При сильных ударах по голове эта пластинка может смещаться, срезая аксоны нейронов, что приводит к аносмии (потере обоняния). Однако, в отличие от клеток коры головного мозга, эти нейроны могут вырасти заново .
Губерман делится практическими советами по восстановлению обоняния, что стало особенно актуально в эпоху COVID-19:
- Альфа-липоевая кислота (ALA): Прием 600 мг в день может помочь в регенерации нейронов после вирусных инфекций .
- Ольфакторный тренинг: Выживание новых нейронов зависит от активности. Нужно активно нюхать резкие, знакомые запахи (лимон, кофе, розмарин) несколько раз в день, чтобы «приучить» мозг снова распознавать сигналы .
В завершение главы Джо Роган предлагает Эндрю испытать экстремально сильные нашатырные соли («smelling salts») от атлета Джуджу Муфу . Губерман, привыкший к лабораторным химикатам, отмечает невероятную мощность состава, который пробивает синусы даже через закрытый пакет . Этот эпизод наглядно иллюстрирует, как мощный химический стимул мгновенно активирует нервную систему, вызывая защитную реакцию и резкий приток внимания.
👃 Ноздри как датчики стресса и психология манипуляторов 0:25:43
Циклы дыхания и вегетативная «качель» мозга 0:25:43
В ходе беседы Эндрю Губерман раскрывает удивительный биологический факт: наше дыхание через нос не является симметричным и постоянным. Каждые два часа одна из ноздрей становится доминирующей, и это переключение напрямую отражает состояние вегетативной нервной системы . Когда поток воздуха активнее проходит через одну ноздрю, организм находится в состоянии парасимпатического доминирования (расслабление), а когда доминанта меняется — происходит переход в симпатическое состояние (повышенная алертность и бодрость) .
Этот процесс работает как внутренние «качели», которые раскачиваются даже во время сна. Губерман подчеркивает, что хотя йоги веками использовали техники попеременного дыхания ноздрями, современная наука подтверждает: легкость вдоха через левую или правую сторону — это не просто механический процесс, а прямой индикатор текущего состояния мозга и тела . Ранее в разговоре собеседники касались темы обоняния у собак, и здесь Эндрю уточняет, что хотя человек способен на обострение чувств в экстремальных условиях, мы всё же уступаем животным из-за объёма «мозговой недвижимости», выделенной под обработку запахов . У гончих и ретриверов обонятельные луковицы значительно больше, чем у человека или, например, у английских бульдогов, чьё обоняние развито хуже из-за анатомии морды .
Биология лжи и «запах» опасности 0:28:35
Джо Роган отмечает, что часто может буквально «почувствовать запах лжи» в разговоре. Губерман подтверждает, что за этим ощущением стоит реальная физиология. Когда человек лжёт или находится в состоянии стресса, его организм вырабатывает коктейль из кортизола и эпинефрина (адреналина) . Мы бессознательно анализируем химические сигналы других людей через рукопожатия и объятия.
Помимо запаха, важным маркером являются зрачки: чем больше уровень возбуждения и стресса, тем шире зрачок . Роган описывает поведение лжецов как «продажу» информации: в отличие от честного человека, который расслаблен, манипулятор постоянно оценивает реакцию собеседника, ожидая, «купится» ли тот на историю . Это создаёт специфическое ощущение напряжения и «контрудара» в диалоге. Однако Джо признаёт, что даже с его опытом тысяч интервью, эта система не идеальна — патологические лжецы могут не вызывать типичных всплесков адреналина, а личные симпатии часто ослепляют наше «чувство угрозы» .
Психология высококонфликтных людей и 10% «разрушителей» 0:31:45
Обсуждая социальные взаимодействия, Губерман ссылается на книгу о пяти типах людей, способных разрушить чужую жизнь. Основной тезис заключается в том, что около 10% населения являются «высококонфликтными личностями» . Они не просто попадают в конфликты — они ими питаются и активно их создают.
Согласно данным клинической психологии, эта группа делится на две категории:
- Агрессоры (5%): открыто враждебные, абразивные и нападающие люди .
- Профессиональные жертвы (5%): крайне манипулятивные личности, которые используют статус пострадавшего, чтобы контролировать окружающих и наносить вред чужими руками .
Губерман приводит ключевой протокол безопасности из этой книги: никогда не вступать в брак, не съезжаться и не заводить детей с человеком в первый год знакомства . Год — это необходимый фильтр, позволяющий увидеть истинное лицо партнера, когда спадает маска. Если чьё-то поведение вызывает у вас «паучье чутьё», стоит задать вопрос: «Стали бы 90% нормальных людей вести себя так же в этой ситуации?» Если ответ «нет» — это повод немедленно остановиться .
Алгоритмы привязанности: почему мы выбираем «сложных» людей 0:35:40
Интересным нейробиологическим аспектом является то, что нейронные цепи, формирующие привязанность младенца к родителю, не исчезают с возрастом. Мозг взрослого человека переиспользует те же самые механизмы для романтических отношений . Это объясняет, почему люди подсознательно ищут партнеров, напоминающих им деспотичных или холодных родителей.
Манипуляторы мастерски находят «замочную скважину» в психике жертвы — те дефициты внимания или заботы, которые человек испытывал в детстве. Эндрю отмечает, что даже для самого умного и успешного человека внимание манипулятора может ощущаться как «чистый кислород» . Это создаёт эффект «травматической связи» (trauma bonding), где токсичное поведение перемежается с моментами интенсивной заботы.
Губерман и Роган приходят к выводу, что для многих людей с тяжелым детством порог восприятия опасности сильно завышен . Они привыкли выживать в хаосе, поэтому не замечают красных флагов там, где обычный человек почувствовал бы тревогу. Джо цитирует Рика Рубина, чья философия будет раскрыта позже: отношения должны быть «святилищем и местом покоя» . Если же вместо мира отношения приносят стимуляцию через конфликты и примирения, это становится опасной дофаминовой ловушкой.
Механика древнего мозга: три реакции на мир 0:45:04
Возвращаясь к теме запахов, Губерман объясняет действие нашатырного спирта (нюхательных солей), популярных у пауэрлифтеров. Резкий запах активирует не основную, а добавочную обонятельную луковицу, которая имеет прямую линию связи с миндалевидным телом (амигдалой) — центром детекции угроз .
Этот сигнал заставляет мозг мгновенно выбросить адреналин из надпочечников и голубого пятна (locus coeruleus) в стволе мозга . Весь процесс занимает доли секунды. В результате всё тело приводится в состояние максимальной готовности к движению. Губерман резюмирует, что человеческий мозг, несмотря на сложность коры, сводит любую реакцию на внешний раздражитель к трём базовым командам:
- «Вкусно» (Yum): движение вперёд, сближение .
- «Фу» (Yuck): движение назад, избегание .
- «Никак» (Meh): пауза и отсутствие реакции .
Нюхательная соль имитирует сигнал критической опасности («Yuck!»), запуская мощнейший физиологический отклик, который позволяет атлету поднять запредельный вес или мгновенно проснуться даже после глубокого сна .
🥊 Анатомия нокаута и нейрофизиология «отключения» тела 0:50:42
В мире боевых искусств существует фундаментальное различие между болью, которую можно игнорировать на адреналине, и физиологическими реакциями, которые невозможно контролировать. Джо Роган отмечает, что во время боя бойцы часто не чувствуют ударов по голеням или корпусу из-за мощного выброса адреналина . Однако удар в печень стоит особняком: это единственный тип попадания, который вызывает мгновенный системный паралич, не поддающийся волевому усилию.
Как объясняет Роган, удар в область печени вызывает специфический шок, который «просто выключает всё» . Это физиологическая реакция, имеющая характерную задержку: боец может попытаться сделать еще пару шагов или даже замахнуться для контратаки, но через секунду его тело буквально «плавится», вынуждая опуститься на канвас . Одним из индикаторов такого состояния является инстинктивное движение, когда боец прижимает правую руку к телу, пытаясь защитить пораженную зону, даже если он пытается сохранить «покерфейс» .
Эндрю Губерман и Джо Роган разбирают, как элитные бойцы, такие как Ислам Махачев, используют эту реакцию. Махачев в бою против Александра Волкановски неоднократно наносил удары ногой в область печени, заставляя соперника концентрироваться на защите корпуса, что в итоге открыло возможность для нокаутирующего удара в голову .
Особое внимание в контексте техники ударов Роган уделяет «вопросительному знаку» (question mark kick). Эта техника, пришедшая из тхэквондо, заключается в обманном движении: боец поднимает колено, имитируя прямой удар в корпус (фронт-кик), но в последний момент траектория меняется, и голень по дуге обрушивается на голову соперника .
- Глоба Фейтоза (Glaube Feitosa): Роган называет его величайшим мастером этого удара в истории K-1. Благодаря исключительной гибкости тазобедренных суставов Фейтоза мог буквально «закидывать» ногу поверх защиты противника, нанося удар сверху вниз .
- Израэль Адесанья: Также эффективно использует этот прием, но Роган подчеркивает, что версия Фейтозы была уникальной из-за необычной траектории «хлыста» .
Феномен Флойда Мейвезера: распознавание паттернов и «бессознательный гений» 0:55:04
Переходя к анализу бокса, Эндрю Губерман поднимает вопрос о «бессознательном гении» — состоянии, когда спортсмен демонстрирует сверхчеловеческую реакцию, не осознавая сам процесс принятия решения . Примером служит Флойд Мейвезер, чья способность уклоняться от ударов на расстоянии в несколько сантиметров кажется магической. Роган поясняет, что за этой «магией» стоит глубокое распознавание паттернов (pattern recognition), отточенное десятилетиями тренировок.
Ранее в разговоре они касались того, как мозг считывает микро-признаки лжи, и в боксе этот механизм работает аналогично: элитный боец за первый раунд «скачивает данные» о противнике . Он анализирует постановку ног, наклон плеч и то, как соперник сокращает дистанцию. Мейвезер обладал уникальной способностью оставаться «в кармане» (в зоне досягаемости удара), будучи при этом абсолютно неуловимым за счет минимальных движений головы .
Джо Роган приводит в пример действующего чемпиона UFC Илию Топурию как образец «стерильной» техники. На видео с тренировок Топурии видно, как он наносит по 5–6 ударов в секунду, при этом его голова находится в постоянном микродвижении, уходя от воображаемых атак . Это не просто рефлекс, а результат бесконечных дриллов на лапах, которые превращают осознанное действие во вторую натуру.
Губерман отмечает, что мозг по сути является «машиной для предсказаний» . В случае с Мейвезером это подкреплялось семейной преемственностью: его отец и дядя (Роджер Мейвезер) были выдающимися боксерами, и Флойд с детства находился в среде, где эксплуатация чужих слабостей была нормой .
Роган выделяет три составляющие величия Мейвезера:
- Мастерство пространства: Способность стоять прямо перед противником и оставаться недосягаемым .
- Железная дисциплина: Рассказы о том, как Флойд уходил из ночного клуба в 2 часа ночи, чтобы совершить многокилометровую пробежку за своей машиной .
- Маркетинговый гений: Создание образа «злодея», которого люди ненавидят и покупают трансляции в надежде увидеть его поражение, вызывая у аудитории чувство зависти .
Нейробиология вовлеченности: от гнева до дофамина 1:07:19
В завершение раздела Эндрю Губерман делится любопытным нейрохирургическим фактом, объясняющим популярность социальных платформ вроде Twitter. Он упоминает исследование Роберта Хита, который вживлял электроды в мозг пациентов. Оказалось, что зона, стимуляция которой вызывала гнев и фрустрацию, была для подопытных самой предпочтительной . «Люди любят злиться», — констатирует Губерман, проводя параллель с тем, как негативные эмоции удерживают внимание аудитории .
Разбирая химию этого процесса, Губерман цитирует Роберта Сапольски: «Дофамин — это не про удовольствие, а про удовольствие от преследования» (pleasure of pursuit) . Вместе с адреналином и норадреналином дофамин формирует систему, отвечающую за бдительность и направленную мотивацию.
Для поддержания высокого уровня когнитивной формы без использования стимуляторов Губерман рекомендует:
- Альфа-GPC: Вещество, повышающее фокус, эффективность которого подтверждена плацебо-контролируемыми исследованиями .
- L-теанин: Используется для снятия «дрожи» от кофеина .
- Терморегуляция: Для экстренного пробуждения (например, за рулем) эффективен холодный компресс на лицо .
Губерман объясняет, что физиология сна и бодрствования напрямую связана с температурой тела: чтобы проснуться, нужно поднять внутреннюю температуру (чему способствует холодный душ), а чтобы уснуть — охладить её (чему парадоксально способствует горячая сауна, вызывающая последующий сброс тепла через поверхность кожи) . Роган подтверждает это своей практикой экстремально холодных ванн (34°F / 1°C), подчеркивая, что движение в холодной воде разрушает тепловой слой вокруг тела и значительно усиливает выброс адреналина .
🧠 Анатомия воли и ловушки медийных манипуляций 1:16:43
Передняя средняя поясная кора: где рождается «сила воли» 1:16:43
Разговор о преодолении себя начинается с курьёзного признания Джо Рогана: чтобы высидеть положенное время в ледяной ванне при температуре 1°C, он берет с собой двух резиновых уточек. Одну зовут «Роган», вторую — «Губерман», и они «общаются» между собой, помогая Джо отвлечься от холода . Однако за этой забавной рутиной скрывается фундаментальный нейробиологический механизм. Эндрю Губерман объясняет, что существует конкретная область мозга — передняя средняя поясная кора (anterior midcingulate cortex, aMCC), которая является физическим воплощением человеческой воли .
По словам Губермана, эта область изучена недостаточно глубоко, но последние данные поражают. Нейрохирург из Стэнфорда Джо Парвизи, стимулируя aMCC у пациентов, находящихся в сознании, обнаружил, что люди мгновенно ощущают приближение «шторма» или вызова, но при этом чувствуют непреодолимое желание «идти навстречу» этой трудности .
Ключевые особенности этой области мозга:
- Пластичность через дискомфорт: aMCC увеличивается в объеме только тогда, когда человек заставляет себя делать то, чего он искренне не хочет делать. Если вы любите бег или кроссворды, их выполнение не даст роста этой зоне .
- Связь с долголетием: Эта зона значительно больше у «суперайджеров» (superagers) — людей, которые сохраняют когнитивные функции в глубокой старости. Общей чертой таких людей является постоянный вызов самим себе через задачи, вызывающие внутреннее сопротивление .
- Универсальность: Развитая aMCC транслирует способность преодолевать трудности на все сферы жизни — от диеты до обучения. Она буквально связана с системами дофамина и памяти, создавая нейронную базу для того, чтобы не прокрастинировать, а действовать .
Ранее в разговоре собеседники упоминали важность контроля над нервной системой, и Губерман подчеркивает: физическое движение и когнитивные усилия (например, его собственные занятия анатомическим рисунком) — это способы тренировки этого «мускула воли» .
Манипуляции в СМИ: как создается ложная реальность
Обсуждение силы воли и личной ответственности плавно перетекает в тему того, как внешние силы пытаются управлять общественным мнением. Джо Роган делится личным опытом столкновения с дезинформацией со стороны крупных телеканалов, в частности MSNBC. Поводом стал недавний случай, когда телеканал смонтировал высказывания Джо о Тулси Габбард таким образом, будто он выражает поддержку Камале Харрис .
Джо подробно описывает механику этой манипуляции:
- Вырывание из контекста: Роган говорил о восьмилетнем опыте Тулси Габбард в Конгрессе и её службе в медицинских подразделениях за рубежом .
- Подмена субъекта: Редактор MSNBC наложил эти хвалебные слова на видеоряд с Камалой Харрис, создавая впечатление, что Джо восхищается её биографией, хотя Харрис никогда не служила в зонах боевых действий .
- Ставка на поверхностное чтение: Большинство людей не проверяют источники и читают только заголовки, поэтому подобные вбросы крайне эффективны для формирования нужного политического нарратива .
Эндрю Губерман сравнивает такие методы с научным мошенничеством. Он приводит примеры из мира науки, где амбициозные исследователи подделывают данные, чтобы угодить руководителям лабораторий или получить гранты . Одним из самых громких случаев стал нанотехнолог Шон, который опубликовал десятки статей в Science и Nature, пока не выяснилось, что он использовал одинаковые графики случайного шума в разных работах — он был настолько ленив, что даже не менял «фон» своих фальсификаций .
Сатира против пропаганды: феномен Ping Trip 1:36:10
В качестве контраста к злонамеренным манипуляциям СМИ Джо приводит пример творчества блогера Ping Trip. Этот монтажер создает абсурдные и смешные видео, склеивая фразы из подкастов Рогана так, будто он вступает в яростные споры со своими гостями, например, с Илоном Маском или Такером Карлсоном .
Несмотря на то, что видео Ping Trip — это очевидная пародия и искусство, они наглядно демонстрируют мощь монтажа: из реальных слов можно собрать абсолютно любую «правду». Однако, если Ping Trip делает это ради юмора, то крупные медиа-корпорации используют те же инструменты для реальной лжи, не неся за это никакой ответственности . Роган отмечает, что особенно уязвимы перед такими манипуляциями «бумеры» и пожилые либералы, которые привыкли доверять традиционным газетам и теленовостям, не допуская мысли, что за ними могут стоять скоординированные пропагандистские кампании корпораций .
💉 Оземпик, психоделическая терапия и обратная сторона каннабиса 1:40:23
В этой части беседы Эндрю Губерман и Джо Роган переходят от обсуждения манипуляций в медиа (тема, затронутая ранее в контексте «фейковых нарративов» и личного опыта Губермана с прессой) к глубокому анализу современных фармацевтических трендов и их влияния на общественное здоровье.
Оземпик и калорийная реальность 1:44:22
Обсуждая влияние фармацевтической индустрии, Эндрю Губерман затронул тему препаратов группы GLP-1 (таких как Оземпик и Мунджаро), которые стали настоящим культурным феноменом. По мнению нейробиолога, популярность этих лекарств лишь подтвердила фундаментальную истину о кризисе ожирения: главной проблемой является избыточное потребление калорий и отсутствие движения . В среднем современный человек потребляет около 3500 калорий в день, что при сидячем образе жизни неизбежно ведет к метаболическим нарушениям.
Губерман отмечает, что препараты GLP-1 — это мощный инструмент, который в тысячу раз повышает уровень глюкагоноподобного пептида-1, вызывая массивное подавление аппетита . Однако он выделяет несколько критических проблем:
- Потеря мышечной массы: Оземпик заставляет организм терять не только жир, но и мышцы, что крайне опасно в долгосрочной перспективе, если не компенсировать это силовыми тренировками .
- Отсутствие поведенческих изменений: Идеальный сценарий использования препарата — временная помощь для входа в режим, который впоследствии должен поддерживаться правильным питанием и спортом. Но на практике большинство людей не готовы менять привычки .
- Стоимость и зависимость: Препараты дороги, и вопрос о том, придется ли принимать их пожизненно, остается открытым.
В качестве альтернативы «быстрым решениям» Губерман напоминает о базе: солнечном свете, физических упражнениях и работе с отягощениями. Он подчеркивает, что данные о влиянии силовых тренировок (всего 45–60 минут в неделю) на ментальное здоровье поразительны — статистически результаты часто превосходят эффект от классических антидепрессантов (СИОЗС) .
МДМА: почему FDA отклонило «прорывную» терапию ПТСР? 1:49:09
Дискуссия о медикаментозном лечении плавно перетекла в область психоделической терапии. Эндрю Губерман выразил сожаление по поводу недавнего решения FDA не одобрять использование МДМА для лечения посттравматического стрессового расстройства (ПТСР), несмотря на то, что более 60% участников испытаний демонстрировали значительное улучшение или полную ремиссию .
По словам Губермана, основными камнями преткновения для регулятора стали два фактора:
- Проблема контрольных групп: В исследованиях с психоделиками крайне сложно создать «плацебо-контроль», так как пациенты мгновенно понимают, получили они действующее вещество или нет .
- Безопасность протоколов: Возникли опасения относительно динамики отношений между терапевтом и пациентом, находящимся в крайне уязвимом, измененном состоянии сознания.
Губерман настаивает на необходимости «эволюции протоколов» — например, присутствии двух терапевтов во время сеанса, подобно тому как при операциях на мозге всегда присутствуют анестезиолог и несколько медсестер . Он также упомянул важную работу организации Veteran Solutions и нейробиолога Нолана Уильямса из Стэнфорда, которые изучают влияние ибогаина и ДМТ на мозг ветеранов войн, демонстрируя многообещающие результаты визуализации мозга до и после терапии .
Эндрю подчеркивает важность терминологии: когда вещество называют «экстази», оно воспринимается как наркотик для вечеринок, но если использовать научное название — метилендиоксиметамфетамин — и говорить о его способности резко повышать уровни серотонина и дофамина для «перепрошивки» нейронных цепей, отношение общества и регуляторов начинает меняться .
Каннабис и риск психоза: современная концентрация ТГК 1:52:14
Тема психоактивных веществ продолжилась обсуждением каннабиса. Джо Роган и Эндрю Губерман сошлись на том, что современная марихуана кардинально отличается от той, что была 20–30 лет назад. Основная проблема заключается в беспрецедентно высокой концентрации ТГК, что кратно повышает риски для психики.
Губерман рассказал о своей публичной дискуссии с канадским экспертом по биологии каннабиса, которая возникла после его постов в соцсетях. В ходе этого диалога выяснилось несколько ключевых фактов:
- Риск пищевых форм (edibles): В отличие от курения, где человек может контролировать дозу «постепенно», употребление каннабиса в пищу часто приводит к тяжелым психотическим эпизодам . Это связано с тем, что ТГК в печени превращается в 11-гидрокси-метаболит, который в пять раз более психоактивен, чем исходное вещество .
- Генетическая предрасположенность: Существует категория людей с врожденной склонностью к шизофрении или психозам, для которых даже разовая доза каннабиса может стать триггером необратимых изменений .
- Миф о «Sativa vs Indica»: Губерман упомянул исследование, указывающее на различия в субъективных эффектах этих сортов, хотя в научной среде до сих пор ведутся споры о том, насколько это подкреплено биологией, а не «фольклором бадтендеров» .
В завершение раздела Губерман затронул тему нейропластичности и роли никотина как инструмента фокусировки. Он объяснил, что никотин активирует ацетилхолиновые рецепторы в базальных ядрах мозга, работая как «прожектор внимания» . Однако он предостерег от постоянного использования, ссылаясь на теорию «дофаминовых ям» Анны Лембке: при чрезмерной стимуляции базовый уровень дофамина падает, и вещество перестает работать .
🧠 Нейропластичность, интеллект и атлетизм: архитектура чемпионов 2:19:58
Обсуждение нейробиологии достижений неизбежно приводит к вопросу о том, как формируется выдающийся разум и тело. Ранее в разговоре Джо Роган и Эндрю Губерман уже касались тем медийных манипуляций и влияния психоактивных веществ на психику, но в этом сегменте они переходят к более фундаментальным вещам: как физические нагрузки и ранний старт в спорте буквально «прошивают» структуру нашего мозга.
Нейропластичность: мозг как «машина обучения» до 25 лет 2:20:47
Эндрю Губерман подчеркивает, что человеческий мозг до 25 лет представляет собой настоящую «машину пластичности» . В этот период нервная система не просто усваивает информацию, она физически перестраивается под воздействием опыта.
Процесс формирования навыка включает в себя:
- Масштабную «обрезку» нейронов: ежедневно мозг удаляет тысячи лишних связей, чтобы отточить точность движений .
- Формирование функциональных коробок: мозг подростка классифицирует мир, создавая символы и категории для всего — от социальных ролей до физических паттернов .
- Гормональный драйв: половое созревание добавляет к этой системе мощный эволюционный импульс, активируя древние цепи, отвечающие за размножение и борьбу .
Губерман приводит в пример исследования лаборатории Дэвида Андерсона в Калтехе. Ученые обнаружили в вентромедиальном гипоталамусе специфические нейроны, которые управляют агрессией . При их стимуляции животное впадает в ярость и атакует даже неодушевленные предметы, становясь похожим на «маленького робота» . Это доказывает, что базовые цепи для борьбы жестко прошиты в нас эволюцией, но то, как мы ими управляем, зависит от тренировок и дисциплины.
Преимущество раннего старта: примеры Мейвезера и Тайгера Вудса 2:23:00
Джо Роган отмечает, что в боевых искусствах и спорте высоких достижений существует феномен, который невозможно компенсировать трудолюбием в зрелом возрасте. Если человек начал заниматься, когда его нервная система была максимально пластичной, он обретает «сверхспособности» в распознавании паттернов.
Ярким примером является Флойд Мейвезер, который начал боксировать еще в раннем детстве . Его нервная система была буквально сформирована вокруг механики ударов и уклонов. Когда Мейвезер видит летящий в него кулак, его мозг мгновенно просчитывает траекторию так, что удар лишь слегка касается его подбородка, в то время как сам Флойд уже готов к контратаке . Его тело эволюционировало внутри этих движений.
Аналогичная ситуация наблюдается у Тайгера Вудса в гольфе или Андерсона Силвы в ММА . Их мозг — это не мозг обычного человека, выучившего приемы, а специализированный биологический компьютер, заточенный под конкретный вид деятельности. Роган подчеркивает: «Их нервная система была сформирована в боях так же, как у Тайгера Вудса — в гольфе» .
Развенчание мифа о «тупом качке»: связь интеллекта и физической формы 2:19:44
Джо и Эндрю решительно опровергают стереотип о том, что выдающиеся атлеты обладают низким интеллектом. Роган дает классическое определение ММА: «Это решение сложнейших задач высокого уровня с катастрофическими физическими последствиями» . Боец должен обладать невероятной скоростью мышления и способностью к анализу в условиях экстремального стресса.
Современный спорт демонстрирует жесткий отбор:
- Генетическая предрасположенность: успешные атлеты часто имеют врожденную склонность к определенным видам деятельности .
- Информационная доступность: благодаря платформам вроде YouTube, современные дети (например, скейтбордистка Риз Нельсон) имеют доступ к техникам, которые раньше считались невозможными, что расширяет «пул талантов» .
- Интеллектуальная база: многие выдающиеся ученые, включая самого Губермана, вышли из спорта. Эндрю рассказывает, как его страсть к скейтбордингу и плаванию в юности позже трансформировалась в дисциплину, необходимую для карьеры нейробиолога .
Губерман упоминает бегуна Коула Хокера, который выиграл золото на дистанции 1500 метров в Париже . Хокер тренировался с восьми лет, и его победа над мировым рекордсменом стала результатом не просто физической силы, а умения просчитывать момент для решающего рывка в условиях, когда соперники пытались его «заблокировать» (boxed in) .
В итоге Роган и Губерман приходят к выводу, что элитный атлетизм — это высшая форма проявления интеллекта и работы нервной системы. Идея о «просто сильных парнях» уходит в прошлое, уступая место пониманию того, что чемпионы — это люди с уникально настроенным мозгом, который был подготовлен к нагрузкам еще до того, как они стали взрослыми .
🎨 Философия творчества и «панк-рок» подкастинга 2:30:52
Разговор Эндрю Губермана и Джо Рогана переходит от обсуждения физической исключительности бойцов и атлетов к более тонким материям — нейробиологии творчества и психологии аутентичности. Ранее в беседе они уже затрагивали темы паттернов движений и «прошивки» нервной системы, но теперь акцент смещается на то, как эти внутренние настройки проявляются в искусстве и медиа. Эндрю Губерман отмечает, что разница между профессионалом, начавшим путь в детстве, и амбициозным новичком — это не просто вопрос тренировок, а разница в архитектуре мозга . По его мнению, у таких атлетов, как Райан Гарсия или боксёры из Кентукки (родины Мухаммеда Али), под конкретные навыки выделено больше нейронного пространства, а скорость передачи сигналов в этих цепях выше . Это «бессознательный гений», который можно встретить не только в спорте, но и в творчестве.
Творческий метод Рика Рубина: искусство быть собой 2:41:11
Центральной фигурой в обсуждении творческой философии становится легендарный продюсер Рик Рубин. Эндрю Губерман, часто общающийся с ним, подчеркивает, что главный секрет гениальности Рубина звучит обманчиво просто: «Будь собой» . За этой почти мистической формулировкой скрывается глубокое понимание человеческой психологии. Суперспособность Рубина — чувствовать «энергию» артиста и поощрять его делать то, что идет изнутри, а не то, что, по мнению артиста, он «должен» делать для успеха .
Губерман описывает специфический режим работы и отдыха, который он наблюдал у Рика. Продюсер практикует состояние, которое Эндрю называет «активным разумом при неподвижном теле» .
- Во время визита к Рубину они могли часами сидеть с закрытыми глазами в полной тишине после прослушивания интеллектуальных подкастов об истории музыки .
- Этот метод перекликается с практикой выдающегося биоинженера Карла Дайссерота, который по ночам заставляет себя думать законченными предложениями, сохраняя полную физическую неподвижность .
- Нейробиологически это состояние напоминает фазу быстрого сна (REM-сон), когда тело парализовано (атония), но мозг работает максимально интенсивно, создавая новые ассоциативные связи и очищаясь от эмоционального груза .
По мнению Джо Рогана, магия творчества теряется в тот момент, когда человек начинает думать о реакции аудитории . Внутренний диалог «как сделать это лучше для других» убивает индивидуальность мысли. Рик Рубин выступает здесь как «гуру креативности», помогающий артистам убрать лишний «шум» и вернуться к их естественному состоянию .
Подкастинг как новая панк-рок культура 2:46:32
Эндрю Губерман проводит параллель между расцветом подкастинга и историей панк-рока и раннего хип-хопа. Рик Рубин, стоявший у истоков Def Jam и работавший с Beastie Boys и Run-D.M.C., всегда ценил энергию момента, когда люди делают что-то новое, не задумываясь о деньгах .
Современный подкастинг стал формой протеста против фальшивых и чрезмерно спродюсированных традиционных медиа по нескольким причинам:
- Отсутствие сценария: Настоящий подкаст — это живая дискуссия без заранее заготовленных ответов и жестких рамок .
- Игнорирование форматов: Как и в панке, здесь важна искренность, а не соответствие ожиданиям критиков.
- Прямая связь: Успех проекта Джо Рогана Губерман объясняет тем, что люди мгновенно считывают «настоящность» ведущего .
«Мы не сидели и не планировали: "Я создам Huberman Lab, чтобы захватить рынок". У меня просто было много знаний, которыми я не мог не поделиться», — признается Эндрю . Подкастинг сегодня — это место, где «быть собой» становится самой выигрышной стратегией, несмотря на попытки медиагигантов превратить этот жанр в нечто стерильное и контролируемое.
Бремя славы и ловушка ожиданий: от Баскии до Бурдена 2:48:44
Однако у успеха, построенного на аутентичности, есть обратная сторона — разрушительное влияние славы. Джо Роган и Эндрю Губерман обсуждают трагедии выдающихся личностей, которые не выдержали давления публичности. В качестве примера приводится Жан-Мишель Баския, чей талант был уничтожен попытками соответствовать образу и болезненной реакцией на критику в прессе .
Особое внимание собеседники уделяют фигуре Энтони Бурдена. Эндрю, посмотревший документальный фильм «Roadrunner», описывает Бурдена как истинного панк-рокера и авантюриста, для которого еда была лишь поводом для проявления искреннего любопытства к людям . Но слава стала для него «неудобным наркотиком». Джо Роган отмечает, что популярность часто ведет к «захвату аудиторией» (audience capture): человек начинает смотреть на себя чужими глазами и теряет способность просто быть собой .
Для борьбы с этим психологическим давлением Джо Роган использует метод «добровольных испытаний»:
- Физический дискомфорт: Регулярные тренировки и экстремальные сауны (например, 25 минут при высокой температуре) .
- Смена фокуса: Когда ты чувствуешь, что «сейчас умрешь» от жары в сауне, мнение хейтеров в интернете перестает иметь значение .
- Ментальная гигиена: Игнорирование комментариев и вырезанных из контекста клипов .
Джо Роган резюмирует, что природа — это истина. Физическая реальность, такая как перегрев организма, гораздо честнее и важнее, чем социальные конструкты славы. В завершение главы Губерман упоминает, что важным инструментом борьбы с тревожностью, вызванной публичностью, являются кардионагрузки, что плавно подводит беседу к вопросам поддержания здоровья и долголетия.
🏃♂️ Кардио против зависимостей и будущее регенеративной медицины 2:55:59
Заключительная часть беседы Джо Рогана и Эндрю Губермана была посвящена практическим аспектам долголетия: от психологических преимуществ изнурительного кардио до борьбы с хроническими болями в спине и регуляторных барьеров в медицине. Собеседники сошлись во мнении, что поведенческие привычки остаются фундаментом здоровья, который не сможет заменить ни одна инъекция или таблетка.
Интенсивное кардио как инструмент перестройки дофаминовой системы 2:57:36
Обсуждая физические нагрузки, Джо Роган подчеркивает важность состояния, которое он называет «кардио на грани смерти» . Для него это не просто прогулки в «зоне 2», а экстремальные интервальные тренировки, такие как протокол Табата на велотренажёре Assault Bike (20 секунд спринта, 10 секунд отдыха) . Губерман соглашается, отмечая, что сам использует утяжелённый жилет для походов и проводит свои HIIT-сессии по пятницам .
Однако нейробиолог выдвигает интересную гипотезу, основанную на многолетних наблюдениях за людьми с зависимостями и тревожными расстройствами. Губерман заметил корреляцию между успешной трезвостью и длительными нагрузками на выносливость:
- Трезвость через выносливость: Люди с компульсивным поведением или зависимостями часто добиваются стабильной ремиссии, именно когда уходят в бег на длинные дистанции или триатлон .
- Ограниченность силовых тренировок: Несмотря на пользу пауэрлифтинга, Губерман заметил, что исключительно силовые нагрузки могут создавать избыточное напряжение в нервной системе, которое не находит «разрядки». Среди его знакомых, выбиравших только зал, чаще случались рецидивы .
- Ментальное поглощение: Роган добавляет, что марафоны и сверхдлинные дистанции требуют тотального ментального присутствия и многочасовой «шлифовки» воли, что буквально вытесняет мысли о наркотиках или алкоголе .
Ранее в разговоре они касались темы передней средней поясной коры и силы воли, и кардио выступает здесь идеальным тренажёром для укрепления этой зоны мозга.
Пептид BPC-157 и «грязная реальность» медицинского бизнеса 3:00:27
Разговор переходит к теме регенерации тканей на примере Кэма Хейнса, который продолжает бегать марафоны с переломом стопы, и Дэвида Гоггинса, перенёсшего операцию по выравниванию костей колена из-за полного стирания хряща . Губерман выражает сожаление, что технологии регенерации и стволовых клеток всё ещё труднодоступны, хотя они могли бы спасти суставы таких атлетов.
Особое внимание Эндрю уделяет пептиду BPC-157. Несмотря на отсутствие масштабных клинических испытаний на людях (существуют преимущественно данные на животных), Губерман отмечает его колоссальный потенциал :
- Восстановление тканей: BPC-157 стимулирует фибробласты — клетки, отвечающие за формирование сухожилий и хрящей.
- Проблема регуляции: FDA пытается ограничить доступ к пептидам, что вызывает резкую критику Рогана и Губермана. Они видят в этом экономический мотив: эффективные и дешевые пептиды могут радикально снизить количество платных ортопедических операций .
- Пример Ozempic: Губерман напоминает, что такие хиты рынка, как Ozempic (GLP-1), десятилетиями существовали в индустрии бодибилдинга как пептиды, прежде чем стать многомиллиардным бизнесом .
Собеседники приходят к выводу, что система здравоохранения зачастую ориентирована не на самый эффективный способ лечения пациента, а на максимизацию прибыли от дорогих процедур и пожизненного приёма обезболивающих .
Здоровье спины и «Большая тройка» Стюарта Макгилла 3:04:40
В вопросах лечения боли Роган и Губерман выделяют работу профессора Стюарта Макгилла. Эндрю вспоминает выпуск своего подкаста с Макгиллом, ставший одним из самых востребованных . По его словам, «Большая тройка» упражнений Макгилла помогла тысячам людей стабилизировать позвоночник и избежать хирургического вмешательства.
Основные тезисы обсуждения здоровья спины:
- Поведенческий подход: Макгилл предлагает инструменты для самостоятельной стабилизации спины через движение, что идёт вразрез с традиционным подходом «таблетки и отдых» .
- Конфликты в индустрии: Популярность методов Макгилла вызывает ярость у некоторых физиотерапевтов. Губерман, ссылаясь на мнение Энди Гэлпина, объясняет это жесткой конкуренцией за клиентов: если простое упражнение помогает человеку дома, клиники теряют доход .
- Биопсихосоциальная модель: Шон Мэки из Стэнфорда подтверждает, что боль — это комплексное явление, где медикаменты должны быть лишь частью стратегии, включающей когнитивную интерпретацию и физическую реабилитацию .
Завершая диалог, Губерман подчеркивает: никакое «зелье» или инъекция не заменят осознанное поведение. Наша нервная система эволюционировала в движении, и именно в правильных физических привычках кроется ключ к долголетию .
