В новом выпуске своего шоу Скотт Галлоуэй (Scott Galloway) анализирует тектонические сдвиги на фондовом рынке, сравнивая традиционные IPO с прямыми листингами, и подвергает резкой критике недавние инвестиции Google в новостную индустрию. Ведущий разбирает, почему технологические гиганты меняют правила игры и как Кремниевая долина постепенно лишает Уолл-стрит её вековых доходов.
🏛️ Эволюция выхода на биржу: от 1602 года до наших дней 0:41
Традиция первичных публичных размещений (IPO) и роль банкиров в этом процессе оставались практически неизменными на протяжении веков. По словам Скотта Галлоуэя, первое современное IPO состоялось в 1602 году, когда на биржу вышла Голландская Ост-Индская компания . С тех пор процесс привлечения капитала и начала торгов акциями не претерпел значительных трансформаций: инвестиционные банки оценивают стоимость компании и берут на себя риски размещения в обмен на внушительные комиссионные.
Галлоуэй приводит следующие факты о роли банков в этом процессе:
- В конце 1990-х годов андеррайтинг (гарантированное размещение ценных бумаг) обеспечивал почти 20% всей выручки банка Goldman Sachs .
- Традиционно компании идут на IPO, чтобы привлечь свежий капитал для роста.
- Однако современным технологическим компаниям зачастую не нужны новые вливания наличности — им нужна только ликвидность для основателей, ранних сотрудников и инвесторов .
⚡ Прямой листинг против IPO: экономия в десятки миллионов 1:33
Прямой листинг (Direct Listing) становится всё более популярной альтернативой для зрелых компаний. В отличие от IPO, компания не выпускает новые акции и не привлекает свежий капитал — акционеры просто продают существующие бумаги напрямую публике, исключая инвестиционные банки из процесса . До недавнего времени на Нью-Йоркской фондовой бирже было всего два примера таких сделок — Slack и Spotify. Однако ситуация изменилась, когда компании Palantir и Asana также зарегистрировали свои прямые листинги .
Основные преимущества прямого листинга, выделенные Галлоуэем:
- Экономия на комиссиях: Традиционное IPO обычно обходится компании более чем в 7% от привлечённого капитала .
- Сравнение затрат: Slack при оценке в $23 млрд заплатил финансовым консультантам всего $22 млн. Для сравнения, Snap при IPO с оценкой $31 млрд выплатил $85 млн комиссионных пулу из 26 банков .
- Проблема занижения цены (Underpricing): Банки сознательно устанавливают низкую цену открытия IPO, чтобы не остаться с нераспроданными акциями и угодить своим институциональным клиентам. Это приводит к «скачку» цены в первый день торгов .
По мнению Галлоуэя, этот скачок — упущенная выгода для основателей. Например, акции компании Snowflake в 2020 году подскочили на 112% в первый день, что фактически означало передачу $3,8 млрд прибыли из рук компании в карманы избранных клиентов инвестбанков .
🔓 Кейс Palantir: ликвидация периода ограничений 3:30
Ещё одной причиной выбора прямого листинга является отсутствие так называемого lock-up периода — времени, в течение которого существующие акционеры не имеют права продавать свои акции (обычно 6 месяцев после IPO). При прямом листинге основатели могут продавать доли немедленно .
Галлоуэй критически оценивает действия руководства Palantir:
- Основатели Питер Тиль (Peter Thiel) и Алекс Карп (Alex Karp) продали акции на сумму более $400 млн в течение нескольких дней после выхода на биржу .
- Ведущий утверждает, что их риторика о «новом типе технологической компании» — это лишь прикрытие желания вывести деньги в первый же день.
- По мнению Галлоуэя, при администрации Байдена Palantir может столкнуться с трудностями, и её реальное положение окажется хуже, чем образ «единорога», который компания пытается поддерживать .
🏦 Закат традиционных банков и экспансия Google 5:00
Технологический сектор начинает доминировать над финансовым. В сентябре 2020 года рыночная капитализация финтех-стартапа Square превысила капитализацию Goldman Sachs, банка со 151-летней историей . Галлоуэй предсказывает, что всё больше венчурных компаний будут выбирать прямые листинги, чтобы эффективнее «сбрасывать» свои активы на рынок .
Отдельное внимание в выпуске уделено компании Google, которая объявила об инвестициях в размере $1 млрд в партнерство с новостными издателями . Ведущий называет этот шаг «запоздалым и недостаточным».
Аргументы Галлоуэя против Google:
- Google стала крупнейшей медиакомпанией в мире, не производя собственного контента, подобно тому как Uber не владеет такси, а Airbnb — недвижимостью .
- В 2018 году Google заработала около $4,7 млрд на рекламе рядом с чужим новостным контентом, в то время как издатели несут все риски, финансируя журналистские расследования .
- С 2004 года более 1800 газет прекратили своё существование, совершив ошибку, обменивая реальную выручку на «просмотры» в партнерстве с техногигантами .
Галлоуэй, опираясь на свой опыт работы в совете директоров New York Times в 2008 году, утверждает, что издателям давно следовало прекратить бесплатную передачу контента Google . Он сравнивает пожертвование Google в $1 млрд (при их рекламной выручке в $135 млрд за 2019 год) с «пожертвованием Тони Сопрано на поминках Кристофера Молтисанти» — циничным жестом для отвода глаз перед лицом антимонопольных расследований в Конгрессе .
🦠 Угрозы 2020 года и «Rose Garden Massacre» 9:43
В завершение выпуска Галлоуэй переходит к политической ситуации и пандемии. Он отмечает, что время в 2020 году течет нелинейно: «бывают десятилетия, когда ничего не происходит, и недели, в которые вмещаются десятилетия» .
Ведущий подвергает жесткой критике администрацию Трампа за игнорирование мер безопасности, приведшее к вспышке COVID-19 в Белом доме после мероприятия в Розовом саду. Он сравнивает реакцию Южной Кореи, где один заболевший в баре привел к закрытию 2000 заведений и массовому тестированию, с бездействием в Вашингтоне . По мнению Галлоуэя, общество неспособно адекватно воспринимать угрозы, если они не исходят от «других людей» (врагов), даже если «скорость смерти» в текущем кризисе превышает любые исторические аналоги .
