Инвестиционный ландшафт 2023–2024 годов напоминает сложный пазл, где рыночный оптимизм сталкивается с суровой реальностью высоких процентных ставок. В новом выпуске подкаста Allocator Мэтт Смит, инвестиционный директор британской компании Ruffer, делится своим видением того, почему текущее спокойствие рынков может быть обманчивым и какие исторические параллели помогают понять современные инфляционные тренды.
🛡️ Философия Ruffer: искусство защиты капитала 4:11
Компания Ruffer, управляющая активами на сумму 24 млрд фунтов стерлингов, выделяется на фоне индустрии своим подходом к инвестированию. Как объясняет Мэтт Смит, их основной целью является абсолютная доходность, а не относительный результат по сравнению с индексом .
- Приоритет сохранения: В то время как большинство менеджеров стремятся к максимизации прибыли, Ruffer фокусируется на минимизации рисков.
- Результативность в кризисы: Этот подход позволил компании показывать положительную доходность во время краха доткомов, финансового кризиса 2008 года, пандемии 2020 года и даже в тяжелом для облигаций 2022 году .
- Отказ от тайминга: Смит подчеркивает, что предсказать что произойдет — возможно, но предсказать когда это случится — нет. Поэтому портфель строится по принципу «всепогодности», чтобы исключить фактор угадывания времени событий .
📈 Ловушка устойчивости: почему рынки игнорируют ставки? 7:45
Многие аналитики были удивлены устойчивостью экономики США в 2023 году, несмотря на рост ставок до 5,5%. По мнению Смита, рынок совершает ошибку, фокусируясь на «скорости изменений», а не на «уровне» .
Когда инфляция достигла пика, а ФРС (Федеральная резервная система) приблизилась к концу цикла повышения ставок, волатильность доходностей снизилась. Это привело к «перезагрузке» аппетита к риску. Смит утверждает, что текущий рост рынков — это результат масштабного релевериджа (наращивания кредитного плеча), который замаскировал реальное ужесточение денежно-кредитной политики .
Вскоре, по словам Смита, инвесторы останутся один на один с «голой реальностью» безрисковой ставки в 5,5% и реальной доходности выше 2% .
🤖 AI-нарратив и рыночная механика 17:26
Бум искусственного интеллекта (AI) стал главным драйвером рынка в последние месяцы, позволив индексу NASDAQ отвязаться от динамики реальных доходностей облигаций .
- Мнение Смита: AI — это адаптивная технология общего назначения (как интернет), которая изменит экономику в будущем. Однако текущий рост акций на этой теме — это скорее «нарратив, прикрепленный к цене», а не фундаментальное обоснование .
- Механика роста: Смит описывает цепочку событий после краха Silicon Valley Bank (SVB) . Сначала упала волатильность (VIX), что заставило фонды с волатильным таргетированием (Vol control) покупать акции. Затем в игру вступили игроки на импульсе (momentum players), и в итоге даже скептики из числа дискреционных хедж-фондов были вынуждены закрывать короткие позиции и покупать, чтобы не отстать от рынка .
🌋 Смена режима: от потолка инфляции к её полу 21:46
Смит убежден, что мы переходим в режим повышенной волатильности инфляции. Если в 2010-х годах уровень 2% был «потолком», то в новом десятилетии он станет «полом» .
Основные структурные причины разворота инфляционного тренда:
- Конец «дефляционной машины» Китая: Раньше Китай подавлял мировые цены за счет дешевого труда и экспорта капитала . Теперь этот процесс развернулся: зарплаты в КНР выросли в 10 раз, а страна начала тратить свои резервы (трежерис) на поддержку собственной валюты .
- Энергетический переход и Net Zero: Переход к зеленой энергетике требует дублирования существующих мощностей, что само по себе является инфляционным фактором из-за неэффективности и огромных издержек .
- Борьба труда против капитала: Эпоха, когда капитал доминировал над трудом, заканчивается. Забастовки и требования повышения зарплат — это «первый признак инфляции в дикой природе» .
- Политика против экономики: Правительства не могут позволить себе высокие ставки из-за стоимости обслуживания госдолга .
📜 Исторические параллели: 1940-е и 1960-е 43:05
Имея историческое образование, Мэтт Смит видит в текущей ситуации отголоски прошлых эпох. Он сравнивает современность с периодом после Второй мировой войны (1940-е) и началом 1960-х годов .
- Параллель с 40-ми: Период после пандемии похож на послевоенные годы — накопленный избыточный капитал в руках населения столкнулся с нарушенными цепочками поставок, что вызвало эпизодические вспышки инфляции .
- Параллель с 60-ми: Сегодняшняя ситуация напоминает Смиту 1960-е, когда инфляционное давление нарастало постепенно. Главная ошибка тогда (и возможно сейчас) — снятие «ручного тормоза» экономики (снижение ставок) при инфляции в 3,5% вместо целевых 2%, что лишь закрепляет рост цен на следующий цикл .
📉 Финансовая репрессия как единственный выход 51:14
Одним из ключевых прогнозов Смита является неизбежность «финансовой репрессии» — политики, при которой правительства вынуждают инвесторов покупать гособлигации с доходностью ниже инфляции, чтобы обесценить огромные долги .
- Скрытые механизмы: Это делается не через прямые запреты, а через регулирование (например, правила Basel III или Solvency II), которые обязывают банки и страховые компании держать определенный процент активов в «безопасных» гособлигациях .
- Деглобализация капитала: По мнению Смита, истинный смысл деглобализации — это не только перенос заводов, но и ограничение потоков капитала, чтобы правительства могли удерживать деньги внутри своей системы и направлять их на обслуживание госдолга .
