В очередном выпуске подкаста All-In ведущие Джейсон Калаканис, Дэвид Сакс, Дэвид Фридберг и Чамат Палихапития обсуждают ключевые макроэкономические и технологические тренды начала 2026 года. В центре внимания — парадоксальное влияние искусственного интеллекта на корпоративную культуру, взрывной рост рынков предсказаний после Супербоула, пугающий отчет Бюджетного управления Конгресса США о национальном долге и долгожданная премьера первого электромобиля от Ferrari.
🤖 ИИ-акселерация: корпоративная революция снизу и «токенные бюджеты» 0:13
Обсуждение технологической повестки началось с анализа свежего исследования, опубликованного 9 февраля 2026 года в Harvard Business Review (HBR). Два исследователя из Калифорнийского университета в Беркли провели восемь месяцев внутри технологической компании со штатом в 200 человек, изучая реальное внедрение ИИ. Выяснилось, что сотрудники, использующие ИИ-инструменты, работают в более высоком темпе, берут на себя более широкий круг задач и тратят на работу больше часов в день. Несмотря на рост продуктивности, работники также заявили об усилении стресса и выгорания.
Дэвид Сакс напомнил, что в своих прогнозах на текущий год он отстаивал консервативный тезис: ИИ увеличит спрос на квалифицированных специалистов, а не лишит их работы. По мнению Сакса, мотивация сотрудников растет, так как они делегируют рутинные задачи ИИ-агентам, превращая свою деятельность из «ориентированной на задачи» (task-based) в «ориентированную на цель» (purpose-based). Сакс выделил три ключевых тренда:
- Появление «ИИ-нативных» сотрудников: Ранние последователи технологий получают суперспособности, выполняя многодневные задачи за пару часов. Поводом для обсуждения в индустрии стала вирусная статья Мэтта Шумера «Происходит что-то масштабное» (Something big is happening), описывающая эти карьерные лифты.
- Внедрение ИИ снизу вверх (Bottom-up): Масштабная трансформация корпораций будет управляться рядовыми сотрудниками, приносящими потребительские ИИ-инструменты на рабочие места, а не медлительными топ-менеджерами с их тендерами и запросами предложений (RFP). Сакс считает, что этот процесс повторит историю распространения потребительского SaaS.
- Инвестиционный тезис в ИИ-агентах: Инвестиции смещаются в плоскость создания инфраструктуры управления агентами. Компании, способные выстроить автономию внутренних процессов, получат десятикратное (10x) рыночное преимущество.
Джейсон Калаканис поделился личным опытом автоматизации процессов в своей венчурной фирме. Его твит о том, что уволенным из Amazon или Microsoft инженерам стоит освоить фреймворки автоматизации и предложить бывшим работодателям перевести их старые задачи на ИИ, набрал более 2 миллионов просмотров. В компании Калаканиса уже работают 4 цифровых «репликанта» (персоны ИИ) из 20 сотрудников общего штата, чья эффективность превосходит остальных коллег в 10–20 раз. Они интегрированы в Notion, Slack и Google Docs, имеют корпоративную почту и автономно выполняют задачи:
- Парсинг подкастов, автоматическая нарезка лучших моментов на видеоклипы и их загрузка в Google Drive.
- Анализ статистики YouTube, Instagram и TikTok с выработкой вирусных контент-стратегий.
- Мониторинг и обогащение данных в CRM-системе Pipedrive.
Для оркестровки процессов Калаканис использует мета-репликанта «Open Claw Ultron», который проверяет работу остальных агентов. Локальные вычисления развернуты на компьютерах Mac Studio с использованием бесплатной модели Kimmy для простых задач и Claude 4.6 Opus для сложных сценариев. Калаканис объявил, что его фонд Launch.co инвестирует по $125 000 в 10–20 стартапов, развивающих экосистему открытых ИИ-агентов.
Однако стремительный рост использования ИИ вскрыл серьезную экономическую проблему — «токенные бюджеты». По данным Калаканиса, затраты на облачные API для некоторых агентов мгновенно достигли $300 в день, что эквивалентно $100 000 в год на одного виртуального сотрудника. Калаканис задается вопросом: когда расходы на генерацию токенов обгонят зарплату реального человека? По его наблюдениям, суперзвезды программирования уже приближаются к этой точке.
Чамат Палихапития выдвинул альтернативный тезис: на фоне ИИ-революции корпоративный мир может вернуться к локальной инфраструктуре (on-premise), разворачивая вычисления внутри собственных закрытых сетей. Палихапития аргументирует это критическими рисками утечки данных:
- Потеря конфиденциальности: При отправке документов (PDF, презентаций, финансовых моделей) на публичные эндпоинты (OpenAI, Gemini, Anthropic) вся метаданные промптов и следы действий агентов уходят создателям моделей.
- Юридический прецедент: Палихапития упомянул недавнее судебное решение, подтвердившее, что на информацию, обрабатываемую внутри сторонних облачных ИИ-сред, не распространяется адвокатская тайна (attorney-client privilege), и она фактически становится публичным достоянием.
- Экономика инфраструктуры: Использование облачных платформ вроде AWS Bedrock для крупных клиентов становится слишком дорогостоящим из-за высокой маржи провайдеров. Альтернативные игроки вроде CoreWeave требуют долгосрочных гарантий по выкупаемым мощностям, что лишает бизнес гибкости.
Дэвид Фридберг добавил, что технологическое сообщество удивлено эффективностью «рекурсивного вывода» (recursive output). Вместо постоянного дообучения самих моделей инженеры научили агентов циклично проверять и улучшать собственные результаты работы, что привело к резкому скачку качества без изменения архитектуры нейросети.
🎲 Рынки предсказаний: Супербоул, инсайдерский трейдинг и эффект Reg FD 19:23
Прошедший Супербоул стал точкой фиксации массового признания рынков предсказаний: совокупный объем ставок на исход игры и сопутствующие события превысил $2 млрд, из которых более $1 млрд пришлось на регулируемую платформу Kalshi и $700 млн — на Polymarket. Подобные масштабы спровоцировали волну критики в медиа из-за подозрений в манипуляциях и торговле инсайдерской информацией.
В качестве примеров Калаканис привел аномальные выигрыши во время шоу в перерыве матча (halftime show):
- Анонимный аккаунт на Polymarket, созданный за сутки до игры, угадал 17 из 20 позиций в ставках на перформанс, включая появление Леди Гаги и Рики Мартина, заработав, впрочем, скромные $17 000.
- Другой свежий профиль в деталях предсказал сет-лист артиста Bad Bunny.
- Статья в The Wall Street Journal обвинила израильских резервистов в использовании секретных военных данных для ставок на Polymarket. Аккаунт под ником «Rico Suave 666» заработал более $150 000, ставя на точные даты ударов Израиля по объектам в Иране.
Генеральный директор Kalshi в эфире CNBC сравнил оператора стадиона или телеоператора, знающего сценарий репетиций, с сотрудником отеля, подслушавшим подготовку CEO к закрытой презентации. По его мнению, компании должны жестче контролировать персонал через соглашения о неразглашении (NDA).
Дэвид Фридберг указал на внутренние риски платформ предсказаний: согласно анализу распределения аккаунтов, львиную долю прибыли забирают профессиональные трейдеры («шарпы»), обладающие математическим или инсайдерским преимуществом. Обычные пользователи («скверы») быстро теряют капитал, что создает угрозу высокого оттока клиентов (churn) и саморазрушения ликвидности рынка.
Чамат Палихапития провел историческую параллель между современными рынками предсказаний и фондовым рынком США до введения правила Reg FD (Regulation Fair Disclosure) в 2000 году. Регулирование Reg FD запретило топ-менеджменту компаний делиться важной информацией с избранными фондами до ее публичного раскрытия. Палихапития продемонстрировал график доходности Уоррена Баффета:
«До введения Reg FD доходность Баффета в два раза превышала рыночную. Как только закон обязал раскрывать данные одновременно для всех, его доходность сравнялась со среднерыночной, а альфа исчезла. Рынки живут за счет асимметрии информации».
По мнению Палихапитии, остановить инсайдерскую торговлю на fluid-платформах невозможно. Однако он считает рынки предсказаний полезными для общества, поскольку финансовый интерес стимулирует инсайдеров раскрывать правду и коррупционные схемы быстрее любых законов о защите информаторов (whistleblower laws).
В завершение темы ведущие анонсировали закрытую финансовую конференцию Liquidity, которую они организуют в Яунтвиле (долина Напа) с 31 мая по 33 июня 2026 года. Мероприятие соберет крупнейших институциональных инвесторов (LPs, GPs) и руководителей технологических компаний, управляющих триллионами долларов, по аналогии со знаменитой конференцией Ira Sohn. Организаторы планируют полностью выкупить инфраструктуру города, включая культовый ресторан The French Laundry, для проведения закрытых инвестиционных питчей.
📉 Долговая спираль США против Нового золотого века экономики 32:40
Публикация долгосрочного прогноза Бюджетного управления Конгресса (CBO) от 11 февраля 2026 года вызвала жесткую полемику среди «бестиз». Согласно отчету:
- Дефицит бюджета США в 2026 году составит $1,9 трлн (почти 6% от ВВП), что вдвое выше целевого показателя в 3%, озвученного ранее Скоттом Бессентом.
- Средства трастового фонда социального обеспечения (Social Security) иссякнут в 2032 году — на год раньше, чем прогнозировалось.
- Суверенный долг вырастет с текущих $31 трлн до $56 трлн к 2036 году (прирастая в среднем на $2,5 трлн в год).
- Отношение долга к ВВП увеличится со 120% до 135% к 2036 году. Для сравнения, аналогичный показатель Японии составляет 237%, Сингапура — 176%, Венесуэлы — 164%, Греции — 154%, Великобритании — 94%. Двадцать лет назад долг США составлял всего 60% от ВВП.
Дэвид Фридберг («Доктор Дум») считает, что США находятся в классической «долговой спирали». Базовый сценарий CBO закладывает стоимость рефинансирования коротких гособлигаций на уровне 3,1%. Если ставки удержатся около 5%, это добавит еще $650 млрд ежегодных процентных расходов, увеличив общие затраты на обслуживание долга почти до $2 трлн в год. Фридберг выразил опасения, что в случае победы демократов на промежуточных выборах и на президентских выборах 2028 года федеральному правительству придется взять на себя («федерализировать») гигантские скрытые долги штатов. Только у Калифорнии объем необеспеченных пенсионных обязательств перед госслужащими достигает почти $1 трлн.
Дэвид Сакс категорически не согласился с мрачными выводами CBO, назвав их методологию «анемичной». Управление закладывает рост реального ВВП в 2026 году на уровне всего 2,2% с последующим замедлением до 1,8%. Сакс напомнил, что в третьем квартале прошлого года экономика выросла более чем на 4%, в четвертом — более чем на 5%, а масштабный приток капитальных вложений (CapEx) в инфраструктуру искусственного интеллекта гарантирует долгосрочный экономический бум. По мнению Сакса, выходом из кризиса является удержание государственных расходов на историческом уровне в 20% от ВВП (сейчас около 23%, в пик пандемии — 30%) и налоговых поступлений на уровне 17%. Сакс похвалил администрацию Дональда Трампа за сокращение штата федеральных служащих с 3 млн до 2,7 млн человек (минус 10% за первый год). По его оценке, переход людей из непроизводственного госсектора в частный увеличивает общую производительность труда.
Чамат Палихапития представил исторический график соотношения долга к ВВП ведущих экономик за последние 300 лет. Его тезис заключается в том, что абсолютные цифры долга не имеют значения, пока долговая нагрузка ключевых стран растет синхронно (в унисон). Пиковые значения всегда сопутствовали крупным войнам (Наполеоновские войны, Франко-прусская война, Вторая мировая), после чего экономический рост нивелировал показатели. Тем не менее, Палихапития предупредил о неизбежном падении покупательной способности фиатных валют и призвал хеджировать риски через покупку твердых активов, таких как золото.
Дополнительным фактором неопределенности Фридберг назвал возможные действия Кевина Уорша на посту главы ФРС. Если ФРС прекратит выкупать гособлигации (сокращая свой баланс), доходность трежерис неизбежно устремится вверх, что сделает финансирование дефицита неподъемным для бюджета.
🚧 Дебаты о рынке труда, иммиграции и минимальной заработной плате 47:49
Анализируя состояние рынка труда, Джейсон Калаканис привел три статистических графика:
- Количество открытых вакансий стабилизировалось на уровне 7 млн после падения с пиковых 12 млн в 2022 году.
- Уровень безработицы находится на исторических минимумах для текущего поколения — около 4,4–4.5%.
- Уровень вовлеченности в рабочую силу (participation rate) остается низким — 62% по сравнению с пиковыми 68% в эпоху Клинтона.
Калаканис высказал гипотезу, что Дональд Трамп как популист может пойти на неожиданный шаг — инициировать повышение федеральной минимальной заработной платы, которая сейчас составляет всего $7 в час. По мнению Калаканиса, опыт Сиэтла, Сан-Франциско, Нью-Йорка, а также Австралии и Скандинавии доказывает, что высокая минимальная оплата повышает уровень удовлетворенности жизни населения, увеличивая стоимость услуг в ресторанах всего на 10–20%.
Сакс и Фридберг жестко раскритиковали эту идею, сославшись на классическую экономическую литературу. Согласно научным консенсусам, административное повышение минимальной зарплаты делает незаконным наем людей, чья фактическая производительность ниже установленной планки, что ведет к росту безработицы среди низкоквалифицированных слоев и ускоряет их замену автоматизацией.
Январский отчет Минтруда показал прирост рабочих мест в частном секторе на 172 000 (при ожиданиях в 70 000), в то время как госсектор сократил 42 000 позиций, снизив безработицу до 4,3%. Драйвером выступило нежилое строительство (дата-центры для ИИ) — плюс 33 000 рабочих мест за месяц. Сакс подчеркнул, что Капитал четырех крупнейших ИИ-гиперскалеров (Hyperscalers CapEx) в 2026 году составит астрономические $600 млрд, обеспечивая прямую прибавку в 2% к росту ВВП США. Сакс считает, что текущий период напоминает конец 1990-х годов — начало нового «золотого века», который омрачается лишь медийным пессимизмом.
В финале экономического блока развернулась дискуссия о методах борьбы с нелегальной иммиграцией. Калаканис предложил сместить фокус с депортационных рейдов Стивен Миллера на жесткий аудит бизнеса. По его данным, около 2,5 млн нелегальных иммигрантов заняты в строительстве и сфере гостеприимства. Джейсон считает, что миграционная служба (ICE) должна вести скрытое фото- и видеовизуальное наблюдение за строительными площадками, сверять кадры с налоговой отчетностью и накладывать многомиллионные штрафы на работодателей за уклонение от налогов и выплаты «в конвертах». Он привел в пример прецедент 2017 года, когда американская компания выплатила рекордные $95 млн ($80 млн в рамках уголовной конфискации и $15 млн гражданских штрафов) за наем нелегалов. Калаканис сослался на опрос Los Angeles Times, согласно которому 75% мигрантов едут в США исключительно ради экономических возможностей, а не ради пособий или совершения преступлений. Сакс выразил скепсис по поводу идеи тотальной слежки ICE за американскими предприятиями.
🏎️ Первый электромобиль Ferrari и будущее беспилотного люкса 1:03:07
Заключительной темой выпуска стала официальная презентация интерьера первого полностью электрического суперкара Ferrari, намеченная на май 2026 года. Продукт вызывает полярные оценки в автомобильном сообществе. Предварительные характеристики машины:
- Мощность: более 1000 лошадиных сил.
- Силовая установка: 4 независимых электромотора.
- Разгон от 0 до 60 миль/ч: менее 2,5 секунд.
- Запас хода: 330 миль (около 530 км).
- Вес: 5100 фунтов (около 2313 кг), что делает его самым тяжелым авто в истории бренда (для сравнения, культовая Ferrari F40 весила всего 3000 фунтов).
Дизайн салона разрабатывался командой бывшего шеф-дизайнера Apple Джони Айва и его партнера Марка Ньюсона (известного по концепт-кару Ford 021C). Среди ярких деталей — квадратный стеклянный ключ в стиле iPhone, при установке которого фирменная желтая жидкость визуально «перетекает» в центральный селектор передач. В отличие от концепции Tesla, полностью отказавшейся от кнопок, команда Айва сохранила обилие аналоговых, тактильно выверенных переключателей, напоминающих кокпит истребителя. Кнопка запуска двигателя требует поворота и нажатия, окрашивая салон в фирменный оранжево-красный цвет Ferrari.
Сакс одобрил компромисс между экранами и физическими кнопками, развивающими мышечную память, однако жестко раскритиковал утекшие рендеры экстерьера:
«Внешний вид ужасен. Спереди машина похожа на Corvette или Trans Am, а сзади — на какой-то хэтчбек или Tesla Model 3. Настоящая Ferrari должна быть более стремительной, обтекаемой и иметь меньше разрозненных деталей».
Чамат Палихапития высказал мнение, что на фоне развития систем полного автопилота (FSD от Tesla и беспилотников Waymo) сама культура вождения в США уходит в прошлое. По его прогнозу, ручное управление автомобилем станет элитарным хобби, напоминающим скачки на породистых лошадях. Из-за кратного роста стоимости страховок для водителей-людей владение обычным автомобилем потеряет экономический смысл для большинства граждан. Генеральный директор Ferrari Бенедетто Винья делает ставку на продажу уникального «опыта и роскоши», за которые сверхбогатые клиенты будут готовы переплачивать.
Джейсон Калаканис признался, что его личной мечтой является роскошный минивэн Lexus LM (или Toyota Alphard), который он увидел во время поездки в Абу-Даби. Этот автомобиль, популярный среди топ-менеджеров в Китае, Сингапуре и на Ближнем Востоке, оснащен двумя раздельными креслами первого класса (в стиле Etihad Airways), массивным экраном мультимедиа и перегородкой, полностью отделяющей пассажиров от водителя, но официально не поставляется на рынок США.
