В рамках встречи в культурном центре The 92nd Street Y бывший генеральный директор Goldman Sachs Ллойд Бланкфейн и финансовый журналист Эндрю Росс Соркин обсудили выход мемуаров Бланкфейна «Streetwise». Разговор коснулся как личного пути Бланкфейна из бедных районов Бруклина к вершинам Уолл-стрит, так и глубокого анализа кризиса 2008 года, текущих рыночных пузырей и рисков в секторе частного кредитования.
⚡️ Феномен «громоотвода» и внутренняя кухня Goldman Sachs 0:04
Эндрю Росс Соркин начал беседу с обсуждения репутации Бланкфейна как «громоотвода» для критики в адрес финансового сектора . Бланкфейн признал, что Goldman Sachs долгое время придерживался культуры таинственности и пребывания в тени, что, по его мнению, оказалось ошибкой . При таком влиянии и размере баланса компании невозможно оставаться незамеченными для общественности.
В книге приводится фрагмент внутренней оценки Бланкфейна (360-degree review) от 2002 года, где коллеги характеризуют его следующими чертами :
- недостаток навыков слушания;
- излишняя доминантность на встречах;
- склонность к микроменеджменту;
- чрезмерная резкость и враждебность в спорах .
Бланкфейн утверждает, что включил этот отзыв в книгу, чтобы показать доступность успеха: он не был «самым перспективным учеником» с детского сада . По его мнению, успех в Goldman Sachs строится на подчинении собственного эго интересам платформы и партнерской культуре .
🏙 От социального жилья до высшего руководства 5:34
Ллойд Бланкфейн вырос в неблагополучном районе Ист-Нью-Йорк в Бруклине, в муниципальном жилье (projects) . Его главной мотивацией в юности было желание «вырваться» оттуда, а пределом мечтаний — поступление в колледж в другом городе .
Путь в Goldman Sachs был непрямым:
- После юридического факультета Бланкфейн работал юристом, чтобы выплатить долги по кредитам на обучение .
- При попытке перейти в инвестиционный банкинг он получил отказы во всех крупных фирмах, включая Goldman Sachs .
- Он устроился в трейдинговую компанию J. Aron & Company, которая позже была поглощена Goldman Sachs .
Бланкфейн с юмором вспоминает, что первые несколько лет после слияния он «прятал лицо», проходя мимо сотрудников Goldman, которые изначально его не наняли .
📉 Анатомия кризиса: уроки 2008 года 12:38
Бланкфейн описывает 2007 год как период «кризиса века, который случается каждые пять лет» . Первым тревожным сигналом для него стал обвал одного из количественных фондов (quant fund) под управлением Goldman в августе 2007 года. Актив, который обычно колебался на 0,05%, за день упал на 8% .
Ключевые факторы риска того периода, по словам Бланкфейна:
- Чрезмерное плечо (leverage): Фонды имели 20-кратное плечо. При падении стоимости активов на 5% капитал обнулялся полностью .
- «Полуликвидные» активы: Бланкфейн иронично определяет их как инструменты, которые легко продать, когда они вам не нужны, и невозможно реализовать в момент острой необходимости .
- Системный риск: В сентябре 2008 года рынок замер из-за взаимного недоверия контрагентов. Бланкфейн считает, что вмешательство ФРС было необходимо, так как только государственный баланс мог разморозить цепочку платежей .
На вопрос Соркина о том, выжил бы Goldman без помощи правительства, Бланкфейн ответил, что в условиях тотального паралича системы пострадали бы все, но у Goldman был запас наличности на 19 дней автономного существования — больше, чем у конкурентов .
🦑 «Вампир-кальмар» и защита коллег-конкурентов 21:45
Обсуждая знаменитую метафору Мэтта Таибби о Goldman Sachs как о «гигантском вампире-кальмаре», Бланкфейн признал, что это было меткое, хоть и неприятное сравнение . Он считает, что Goldman стал мишенью для критики, потому что выжил и остался сильным, в то время как Lehman Brothers или Bear Stearns уже не имело смысла атаковать .
Бланкфейн выдвинул спорный тезис в защиту руководителей банков, потерявших десятки миллиардов долларов:
- По его мнению, «глупость — это не преступление» .
- Если банкиры держали плохие ипотечные облигации на своих балансах и в итоге разорили свои компании, значит, у них не было злого умысла обмануть публику — они сами верили в этот пузырь .
- Бланкфейн полагает, что они «просто не знали, что ружье заряжено» .
🔮 Будущее: ИИ, Трамп и частное кредитование 26:45
Бланкфейн поделился видением текущей экономической ситуации:
Пузырь ИИ: Он сравнивает текущие инвестиции в ИИ с предыдущими технологическими циклами. Компании тратят по 100 млрд долларов на R&D . Бланкфейн считает, что если эти инвестиции не оправдаются, это будет ошибкой прогнозирования, а не «злом» . Сам он продолжает инвестировать в рисковые активы, веря в долгосрочный рост .
Геополитика и нефть: По мнению гостя, конфликт с Ираном парадоксальным образом может стать объединяющим фактором для мира, так как дестабилизация цен на нефть невыгодна никому — ни США, ни Китаю, ни странам Персидского залива .
Дональд Трамп: Бланкфейн оценивает риски второго срока Трампа как «80 на 20» . По его словам, существует 80% вероятность, что агрессивный подход Трампа даст позитивные результаты, но 20% вероятность того, что ситуация «сойдет с рельсов» и создаст экзистенциальную угрозу для республики .
Частное кредитование (Private Credit): Бланкфейн выразил серьезную обеспокоенность этим сектором. Он считает, что:
- Это форма регуляторного арбитража, которая выводит риски из-под надзора банков в «тень» .
- В лесу накопилось слишком много «хвороста» (нереализованных убытков), и любая искра может вызвать пожар .
- Опасно вовлекать розничных инвесторов и 401(k) планы в эти неликвидные инструменты в конце цикла .
🏛 Смена караула: Дэвид Соломон 37:34
Бланкфейн прокомментировал работу своего преемника Дэвида Соломона. Он отметил, что Соломон завершил трансформацию Goldman Sachs из частного партнерства в полноценную публичную компанию .
- В модели партнерства капитал рос десятилетиями, и волатильность не имела значения.
- В публичной компании цена акций зависит от кратности прибыли (multiple), что требует предсказуемости.
- Соломон перенес многие активы с баланса в фонды, что понравилось акционерам и отразилось на росте котировок .
В завершение Бланкфейн затронул тему воспитания детей в условиях огромного богатства. Он считает, что его дети несут бремя фамилии и вынуждены работать усерднее («приходить раньше и уходить позже»), чтобы доказать отсутствие привилегированности .
