Брет Вайнштейн

Но вирус не убивал детей, и мы были правы в реальности, а не в воображаемом сценарии.

Мозг использует накопленный опыт для «рендеринга» сценариев.

Механизм генерации «фильма» намеренно скрыт от сознательного «Я», чтобы тренировка оставалась эффективной.

ИИ — это первая технология, которая перешла от «просто сложной» к «комплексной».

Сознание — это промежуточный уровень мышления... оно похоже на нескомпилированный код: работает медленно, но способно адаптироваться к новым обстоятельствам.

Вероятность того, что этот вирус вышел из лаборатории, составляет значительно больше 95%.

Гетеродоксия на периферии, которая вначале неотличима от чепухи, является ключом к прогрессу. Выбрасывая 99% мусора, вы выбрасываете и этот ключ.

Какое общество подвергает детей опасности, лишает их жизни, чтобы спасти старых и немощных людей? Это всё перевернуто с ног на голову.

Инвестируйте в инструменты, а не в знания. Обучайтесь вещам, которые можно перепрофилировать, независимо от того, что принесет будущее.

Научный метод существует для того, чтобы взять то, что вы думаете, и позволить вам увидеть, почему вы ошибаетесь.

Сайт расщепления фурином в геноме этого вируса выглядит как вставка... Будто кто-то его вклеил.

Выходит, мы тестировали лекарства на безопасность на животных, которые были предрасположены к тому, чтобы сказать нам, что препараты безопасны.

Мы имеем дело с аутоиммунным заболеванием академической культуры.

Мы построили устройство Судного дня, думаю, совершенно случайно.

Среда, в которой мы живем взрослыми, больше не напоминает среду, в которой мы росли детьми. Наша программа обучения перестает работать.

Мы пересекаем горизонт событий, за который никто из нас не может заглянуть. И это пугает само по себе.

Мы входим в мир, где будет невозможно понять, во что верить и почему. Это конец возможности управлять собой как обществом.

Состояние здоровья — это когда ваш организм функционирует и чинит себя сам, а идея, что здоровье — это вопрос выбора правильных таблеток, безумна.

Картезианский кризис — это точка, в которой вы больше не можете быть ни в чем уверены.

Если производитель не несет ответственности за вред, эволюционная динамика гарантирует, что он начнет получать прибыль, причиняя этот вред.

Мы наблюдаем слияние корпоративной и государственной власти — это и есть определение фашизма.

Сила теории — это то, что она объясняет, деленное на то, что она предполагает. Дарвинизм — самая мощная теория из всех.

Миокардит — это патология, которая подрывает ресурс работы сердца на всю оставшуюся жизнь.

Гипотеза о том, что рэкет захватил всю нашу структуру управления, оказалась абсолютно верной.

Моя гипотеза: это псиоп, пока не доказано обратное. Если объект не вытесняет воздух и не шумит — это не материя, это проекция.

Я не считаю достойным для ученого просто убеждать людей... современный дарвинизм сломан.

Любой раз, когда вы слышите, как кто-то уверенно вещает о запутанном решении для сложной проблемы, у вас должны звенеть все колокола тревоги.

В презентациях тех-гигантов недостаточно смирения. Мы вступаем в сферу, о которой знаем очень мало.

Планка того, что считается расизмом, намеренно опускается настолько низко, что вы не можете не споткнуться об нее.

Союзничество в данном контексте — это не союзничество вовсе. Это подчинение.

Толпа убеждена в своей правоте настолько, что в итоге совершает вещи, на которые, как ей казалось, она не способна.

Цивилизация — это обеспечение ландшафта для почетных и благих качеств и создание условий, при которых дурные качества обходятся слишком дорого.

Физический мир имеет ограничения, которые не переводятся в онлайн-мир.

Вы можете разрушить демократию, просто разрушив свободу слова, даже если люди по-прежнему вольны голосовать за кого угодно.

Систематическое ослепление общества выгодно, потому что оно превращает частное знание о будущем в безграничный источник прибыли.

Объявлять научный метод «белым», чтобы аннулировать его способность говорить правду — это попытка развидеть реальность.

Сотрудничество вне родственных связей — это молния в бутылке, созданная основателями США, но она работает только в периоды роста.

Одного наблюдения гравитационного линзирования было достаточно, чтобы доказать правоту Эйнштейна. Но в биологии нам порой необходимо изучить 10 000 примеров чего-либо, чтобы просто увидеть, присутствует ли ожидаемый паттерн.

Любое изменение параметров существования, выводящее их за рамки того, с чем регулярно сталкивались ваши предки, неизбежно провоцирует ту или иную патологию.

Наш долг перед потомками — сделать мир, который встретят новые поколения, максимально здоровым, гостеприимным и пробуждающим правильные эволюционные инстинкты.

Мы — сломанные существа. Не потому, что мы плохо спроектированы, а потому, что мы хорошо спроектированы для среды, в которой мы не живем.

Человечество имеет моральное обязательство отсрочить вымирание так долго, как мы можем.

Приличное общество существовало прямо у ворот Освенцима. Оно существует в любую эпоху. Вопрос в том, выполняет ли оно свою работу по усилению лучших сторон цивилизации или делает нас хуже.

Если мы поймем, что геноцид может быть рациональной целью — аморальной, но рациональной, — вероятность того, что мы сможем предотвратить его в будущем, возрастет.

Вы можете ослепить своих конкурентов, сделав информацию, которую они использовали бы для понимания будущего, недоступной для них.

Общественные школы ужасны, потому что элиты не хотят, чтобы другие дети были обучены конкурировать с их детьми.

Рыночный мотив неизбежно ведет вас к тому концу континуума, который вызывает у вас инстинктивное отвращение.

Мы — чистейшие листы, которые когда-либо создавал отбор. И именно это позволяет нам выполнять волю генов намного лучше.

Китайские мигранты в лагерях ведут себя враждебно. Это не похоже на людей, бегущих от угнетения.

Наука работает, потому что она создана, чтобы говорить вам то, во что вы не верите.

Дарьенский пробел — это гуманитарная катастрофа, которую поощряет международное сообщество.

Мы все являемся продуктом геноцидов и изнасилований в нашей долгой эволюционной истории.

Я веду себя так, будто Бог есть — это биологически точный ответ на вопрос о вере.

Мультикультурализм — это идея о том, что люди не должны присоединяться к нашему обществу, а должны поддерживать свои традиции в изолированных карманах.

Мультикультурализм — это идея, что люди не должны присоединяться к нашему обществу, а должны сохранять свои традиции в изолированном кармане.

Я начал рассматривать это как вторжение, движущееся параллельно и скрываемое миграцией.

По мнению Вайнштейна, реальное «вторжение» маскируется под гуманитарный миграционный поток.

Американское разведывательное сообщество, на которое тратятся сотни миллиардов долларов, демонстрирует необъяснимую слепоту.

Сознание — это правильный инструмент для подхода к новым проблемам.

Мы построили цивилизацию, которая совершает замечательные вещи, но она не является бенефициаром тысяч лет встрясок, которые сделали бы ее мудрой и антихрупкой.

Мы построили цивилизацию, которая делает замечательные вещи, но она невероятно хрупкая.

Правительство — это не просто опухоль, это паразитоид, который не заботится о смерти хозяина.

Если мы останемся на этом пике, пока он эродирует, мы погибнем.

Геноцид — это попытка создать видимость роста через кражу ресурсов у другой группы, когда реальный прогресс остановился.

Вы можете разбогатеть, видя будущее яснее других, но вы можете проделать тот же трюк, ослепив своих конкурентов, сделав информацию недоступной для них.

Вы можете разрушить демократию, разрушив свободу слова, even если люди совершенно свободны голосовать за кого угодно.

Если вы ослепляете общественность, ваша возможность зарабатывать деньги становится безграничной — это и есть «машина времени».

Искусственный интеллект — это увеличение дозировки галлюциногена, который фактически уже подмешан в нашу воду.

Я думаю, что мы на самом деле движемся к вымиранию, потому что я думаю, что эти люди понятия не имеют, с чем они играют.

Ты не можешь выжить как пропагандист, пока существует X.

Наличие Ивермектина делало SARS-CoV-2 незначительным фактом. Он перестал бы внушать страх.

Наша Конституция не предусматривает скрытую группу лиц, действующую через дряхлую фигуру марионетки.

Смех — это звук понимания.

Бог не нужен, чтобы отвечать на молитвы.

Эволюция не заботится о «Я», потому что «Я» — это расходный материал.

Жизнь после смерти действительно существует, любой биолог согласится с этим.

Если вы хотели получить силу, способную действовать от имени тирании против американцев, то эта сила потенциально будет более уступчивой.

Есть категория идей, которые я называю буквально ложными, но метафорически истинными. Если вы ведете себя так, будто они истинны, вы в выигрыше.

Рынок обучит вас быть аморальным, если он не регулируется, потому что аморальный актер имеет преимущество.

Я думаю, что это справедливо — сказать, что мы находимся в центре государственного переворота, что мы сталкиваемся с ликвидацией нашего национального и личного суверенитета.

Есть судьбы гораздо хуже смерти.

Это не просто звучит нелепо, это не звучит нелепо. Способность сделать это сейчас обсуждается на международном уровне.

Обсуждение лжи вашего правительства — это малинформация и, следовательно, своего рода терроризм.

Есть судьбы куда хуже смерти.

Трамп разрушил Республиканскую партию. Теперь это движение MAGA, объединившее рабочий класс, брошенный демократами.

Я думаю, мы в огромном долгу перед Трампом за то, что он доказал наличие демократии в системе.

Демократы превратили свою партию во вторую корпоративную партию.

Мы ведем эпическую битву не просто за западную цивилизацию. Мы буквально говорим о будущем человечества и о том, будет ли оно вообще существовать.

Если вы сможете восстановить хотя бы одну платформу социальных сетей, чтобы она функционировала в соответствии со свободными целями, у вас появится шанс исправить всю систему.

Инвестиции в собственную компетентность приносят огромную отдачу, в то время как жалобы на систему имеют почти нулевой возврат.

Наказывать людей из прошлого за то, что они не обладали современными взглядами, живя в своём времени — это очевидный абсурд.

Культура — это фактически гены, решающие проблему генов.

Жить среди людей, которые видят в любви лишь набор химических реакций — это ужасающая антиутопия.

Вмешательство в сложную систему требует экстремального смирения, потому что последствия всегда будут непредсказуемыми.

Это уже не халатность. Это преступное безразличие — введение препаратов людям, которые не могут дать согласие, зная, что часть из них будет тяжело травмирована.

Если у ИИ не будет этапа развития, на котором мы привьём ему структуру ценностей, он по сути будет социопатичным.

Мы находимся в состоянии зашифрованного Тёмного века. Институты, созданные защищать нас, теперь ведут войну против нас.

Исследования по усилению функции — это когда вирусу дают способности, которых у него иначе не было бы.

Энтони Фаучи был самым высокооплачиваемым федеральным служащим, потому что он возглавлял программу вооружений.

То, что нам предоставили, было не вакциной, а генной терапией.