Правила Рича Бартона: от провала в Microsoft до миллиардных империй

«Увольняя несчастливого сотрудника, вы увеличиваете количество любви в мире», — убежден серийный предприниматель Рич Бартон. Его карьерный путь начался с оглушительного провала на 20 миллионов долларов внутри Microsoft, а привел к созданию империи Zillow и Expedia, перевернувшей индустрии недвижимости и туризма. Это история о том, как строить масштабный бизнес в «больших прудах», использовать силу провокационного маркетинга и вовремя исчезать из офиса на две недели ради ментального здоровья команды.

🚀 Утренние ритуалы и философия «строителя»: Как закалялся характер Рича Бартона 2:32

Рич Бартон — человек, создавший такие гиганты, как Expedia, Zillow и Glassdoor. Несмотря на статус серийного предпринимателя, его утро начинается не с хаотичных звонков, а с четко выверенного ритуала, который он называет своим «способом настроить мозг» . Пока его жена Сара еще спит, Бартон проводит два часа в тишине, поглощая информацию и подготавливая тело к нагрузкам .

Утренняя рутина и «смузи долголетия» 2:32

Рич Бартон относит себя к «ранним пташкам» и встает обычно в 6:30 утра . Его утро начинается на кухне, где он совмещает чтение новостей с физической подготовкой. Одной из своих странностей он называет привычку смотреть CNBC на iPad без звука, используя только субтитры . Для Бартона бизнес-новости — это источник позитива и интеллектуального вдохновения, в отличие от общеполитической повестки, которая его угнетает .

Ключевой элемент его утра — специфический смузи. Несмотря на то, что Рич скептически относится к биохакингу и фанатичному приему БАДов, его рецепт строго выверен диетологом :

3–4 унции овсяного молока и лед;
2/3 яблока (раньше он использовал банан);
Горсть голубики, фисташки и макадамия;
Одна ягода чернослива для «поддержания системы в движении» ;
Японский электролит Pocari Sweat (в синей банке), который Рич полюбил еще со времен студенческой стажировки в Японии .

Во время завтрака Бартон использует гаджет под названием Venom от компании Hyperice — согревающий и вибрирующий пояс для спины . Это помогает ему «размяться» и подготовиться к ежедневной тренировке, без которой он не может привести мысли в порядок .

Особое место в его воспоминаниях занимает период, когда дети жили дома. Рич работал «поваром коротких заказов» : он виртуозно готовил любые завтраки для детей, когда те спускались на кухню. Одним из самых ярких примеров был «рацион анаконды» для младшего сына — гигантская фриттата из 12 яиц с картофелем и сосисками . За годы этих завтраков Бартон собрал папку в iPhone под названием «The Breakfast Club» с тысячей случайных фотографий взрослеющих детей, которую он считает своим самым ценным владением .

Культура инноваций: право на ошибку в Microsoft 9:37

Карьера Бартона во многом определилась в Microsoft, куда он пришел в 1991 году, когда в компании работало всего около 3000 человек . Его первым руководителем был Брэд Чейз (Brad Chase), который стал для Рича ментором и привил ему веру в важность «больших замахов» .

Первым крупным проектом Бартона был запуск MS-DOS 5. Пытаясь найти нестандартный канал продаж, Рич предложил амбициозную идею: бандл (набор) из операционной системы и популярной книги «DOS для чайников» (DOS for Dummies) . Он договорился с сетями Barnes & Noble и Borders, решив продавать программное обеспечение через книжные магазины.

Проект обернулся провалом по нескольким причинам:

Ценовой шок: Посетители книжных ожидали увидеть ценник в $12 за книгу, но продукт стоил около $50, так как внутри было дорогое ПО .
Дизайн: Коробка слишком походила на обычную книгу, и покупатели не понимали, что внутри находится софт .

Ошибка стоила компании, по оценкам Бартона, от 10 до 20 миллионов долларов . Однако реакция Брэда Чейза на годовом обзоре поразила молодого сотрудника. Вместо наказания Брэд спросил: «Окей, какая твоя следующая большая идея?» . По мнению Бартона, именно такая культура, защищающая внутренних предпринимателей («intrapreneurs») от «корпоративной иммунной системы», делает компании великими .

Типажи в бизнесе: «Клиенты» против «Серверов» 18:52

До прихода в Microsoft Рич Бартон попробовал себя в стратегическом консалтинге в Бостоне (Alliance Consulting Group, спин-офф BCG) . Несмотря на престиж и возможность выступать перед CEO крупных корпораций, он быстро осознал, что эта среда ему чужда. Это привело его к созданию собственной классификации людей в бизнесе, которую он описывает через компьютерную метафору «Клиент — Сервер» .

По мнению Бартона, мир делится на две категории:

«Серверы» (Service providers): Юристы, врачи, консультанты, ученые. Они обслуживают запросы, удовлетворяют любопытство, работая над множеством разных задач, но редко видят конечный результат своего труда .
«Клиенты» (Builders): Те, кто непосредственно создает продукт и владеет результатом.

Бартон понял, что он — «Клиент». Ему доставляло больше удовольствия то, чем занимались его заказчики, чем сама консультационная деятельность . Он хотел быть строителем, а не советником. Поворотным моментом стал звонок его подруги по Стэнфорду Нины Робертс, которая уже работала в Microsoft и убедила его переехать в Сиэтл . Позже, уже работая над Windows 95, Рич начал искать возможность создать что-то свое внутри компании, что в итоге привело к рождению идеи Expedia (о которой пойдет речь в следующей главе).

🚀 Спин-офф как HR-стратегия и рождение империи в разгар доткомов 25:17

От идеи внутри Microsoft до полной независимости 25:17

Изначально проект Expedia задумывался как интерактивный путеводитель на CD-ROM, но Рич Бартон (Rich Barton) быстро осознал масштаб грядущей интернет-революции. Его питч перед руководством Microsoft был амбициозным: создать крупнейшего продавца путешествий в мире. Проект требовал коренного изменения парадигмы — это был бизнес про путешествия в первую очередь и про софт во вторую. Руководство одобрило идею, и Билл Гейтс выступил в роли первого венчурного инвестора, настояв на развитии сервиса внутри корпорации.

Сервис рос стремительно, и вскоре рамки Microsoft стали для него тесны. В разгар пузыря доткомов Рич Бартон (Rich Barton) пришел к Стиву Балмеру с безумным по тем временам запросом — выделить 100 миллионов долларов на телевизионную рекламу. Балмер лишь рассмеялся, заявив, что корпорация так не работает. В ответ Бартон указал на абсурдные интернет-стартапы вроде dogshit.com, которые выходили на биржу с оценкой в полмиллиарда долларов. Он убедил руководство, что публичный рынок готов дать эти деньги практически бесплатно, и предложил провести спин-офф компании, разыграв карту кадрового эксперимента.

Эксперимент по удержанию талантов: почему Стив Балмер согласился на отделение 27:34

С финансовой точки зрения выделение компании из конгломерата позволяет раскрыть её реальную стоимость для акционеров, устраняя «скидку за конгломерат». Однако для Microsoft финансовая выгода не была главным мотивом. Рич Бартон (Rich Barton) продал Стиву Балмеру идею спин-оффа как уникальный HR-эксперимент по удержанию ключевых сотрудников. Корпорация разрослась до таких масштабов, что амбициозные специалисты могли легко затеряться в её недрах, получая огромные деньги на опционах Windows NT или Office без прямой подотчетности за личные результаты.

За пределами Microsoft бушевал рынок диких возможностей, и лучшие кадры, включая самого Бартона, неминуемо ушли бы создавать собственные стартапы. Спин-офф позволял дать топ-перформерам чувство владения бизнесом, не теряя их окончательно. Финансовый директор Грег Маффей поддержал инициативу и стал председателем совета директоров новой компании. В итоге 150 сотрудников получили выбор: остаться в корпорации или отправиться в неизвестность. Все, кроме двоих, согласились на эту авантюру.

Самым сложным испытанием для 32-летнего Бартона стал питч не перед Балмером, а перед супругами сотрудников. Ему приходилось проводить долгие ужины в ресторане Wild Ginger в Сиэтле, где на столе лежал испещренный пометками черновик формы S-1 (документа для IPO), и детально отвечать на скептические вопросы семей. Но риск оправдался: в отличие от «пустышек» эпохи доткомов, Expedia обладала прибыльным бизнесом. Когда рынок рухнул, акции компании сначала обвалились, но быстро вернулись к росту. Самой же Microsoft после этого кризиса потребовалось долгих 17 лет, чтобы восстановить стоимость своих акций до уровня ноября 1999 года.

Личная жизнь в тени IPO: рождение сына в день выхода на биржу 41:20

Период отделения компании совпал с самым высоким эмоциональным пиком в карьере Бартона, который переплелся с глубоко личным событием. Роуд-шоу перед выходом Expedia на биржу в ноябре 1999 года превратилось в изнурительный марафон: 15 городов за три недели, по 5–6 встреч в день и постоянные перелеты на частном самолете с командой банкиров. Жена Рича, Сара, была на позднем сроке беременности, но книга заявок инвесторов была переподписана в 30 раз, гарантируя успех размещения.

Завершив роуд-шоу на день раньше из-за дикой усталости, Бартон прилетел в Сиэтл и лег спать в час ночи. Уже в три часа утра жена — профессиональный акушер-гинеколог, прекрасно понимавшая ситуацию, — разбудила его. Она шутливо спросила: «Дорогой, сегодня день нашего IPO. Если ребенок родится прямо сейчас, неужели мне придется назвать его Экспедией?». В то время как на Уолл-стрит запускались торги акциями компании, в больнице Сиэтла рождался первенец Бартона, Уилл, что сделало этот день абсолютной вершиной всего предпринимательского пути Рича.

Критерии выбора идеи: Большой пруд и профессиональные рыбаки 49:22

После периода жизни в Италии Бартон вернулся в Сиэтл и вместе со своим соратником Ллойдом Франком начал искать контуры следующего проекта. Сидя в офисе, они перебирали концепты и в итоге вспомнили старые планы времен Microsoft, где исследовалась идея создания цифрового маркетплейса недвижимости. В 2003 году индустрия недвижимости тщательно защищала свои данные, делая их непрозрачными для обывателей: в онлайне невозможно было узнать даже точную цену или адрес продаваемого дома. Это напоминало ситуацию с туризмом до запуска Expedia — пришло время дать «власть народу».

Размышляя о том, как Тим Феррисс (Tim Ferriss) и другие предприниматели ищут жизнеспособные идеи, Бартон сформулировал свой ключевой бизнес-критерий. Он всегда ищет огромные, очевидные потребительские проблемы в повседневной жизни. Если проблема масштабна, она автоматически превращается в колоссальную бизнес-возможность. Философия Бартона строится на метафоре:

Большой пруд: Огромный по емкости рынок с явными тектоническими дислокациями и непрозрачностью данных, где появление цифрового лидера неизбежно.
Хорошие рыбаки: Высокопрофессиональная, амбициозная команда, способная реализовать этот потенциал и занять доминирующее положение.

Если оба фактора совпадают, то точная бизнес-модель на старте отходит на второй план — гигантский рынок сам откроет возможности для монетизации.

🏠 Zillow, Zestimate и магия прозрачности цен 52:15

После того как Тим Феррисс и Рич Бартон обсудили важность выбора «большого пруда» для бизнеса, Бартон рассказал о пути к созданию Zillow. Изначально они с сооснователем Ллойдом Фриком пытались запустить аукцион недвижимости, полагая, что это самый эффективный механизм ценообразования. Однако этот эксперимент провалился по двум причинам: рынок недвижимости не является ликвидным в реальном времени, а попытка обучить людей радикально новому способу покупки жилья оказалась «неподъемной ношей».

В процессе поиска решений команда наткнулась на свою главную «киллер-фичу» — Zestimate. Идея была проста и амбициозна: сделать цены на каждый дом публичными и доступными, подобно тому как Google Maps визуализирует географию.

Эмоциональная привязка: Бартон понимал, что дом — это крупнейший актив для большинства американцев, а значит, знание его стоимости будет «кошачьей мятой» для пользователей.
Визуализация: Отображение стоимости дома в виде биржевого графика стало вторым столпом успеха.

Несмотря на то что первый запуск привел к падению серверов из-за огромного наплыва пользователей после рекомендации Уолта Моссберга (которого Бартон называет «Опрой мира технологий»), это стало мощным PR-толчком. Заголовок в San Francisco Chronicle «Сайт с порнографией для домов Zillow запущен и рухнул из-за популярности» лишь подтвердил правильность выбранного курса.

🌪 Провокационный маркетинг: тактика Glassdoor и Avvo 58:59

Бартон является сторонником «провокационного маркетинга» — стратегии, основанной на использовании табуированных или эмоционально заряженных данных для создания вирального интереса. По его словам, если у вас есть продукт, вызывающий у людей сильные эмоции (неважно, позитивные или негативные), вы на верном пути.

Эта тактика легла в основу нескольких проектов:

Glassdoor: Сооснователь Роберт Хоман и Бартон использовали данные о зарплатах, которые традиционно считались секретными. Чтобы решить проблему сбора данных, они внедрили модель «дай, чтобы получить» (give-to-get): хочешь увидеть статистику по зарплатам — поделись своей.
Avvo: Компания для оценки юристов столкнулась с яростным сопротивлением профессионального сообщества и угрозами судебных исков, что, по мнению Бартона, было лишь подтверждением эффективности их маркетинга.

В случаях с Uber и Zillow этот метод также приводил к конфликтам с местными регуляторами и профессиональными ассоциациями. Стратегия борьбы была неизменной: активировать «скрытую любовь» конечных потребителей к удобному продукту. Когда избиратели массово используют сервис, политики, заинтересованные в переизбрании, неизбежно встают на сторону инноваций, а не лоббистов.

🛡 Защита от Google: бренд и рабочие процессы 1:11:47

Обсуждая долгосрочную стратегию, Бартон предостерег от чрезмерной зависимости от внешних источников трафика, в частности от Google. Многие «цифровые посредники» — компании, которые просто собирают поисковый трафик и перепродают лиды — уязвимы, так как Google со временем начинает самостоятельно поглощать эти вертикали, предлагая собственные обзоры, графики или инструменты бронирования.

Чтобы избежать «дизинтермедиации» (устранения посредника), Бартон предлагает два пути защиты:

Создание сильного бренда: Пользователи должны приходить напрямую в приложение, потому что любят его, а не через поисковую выдачу.
Интеграция в рабочий процесс: Стать незаменимым инструментом в ежедневной деятельности индустрии (путешествия, недвижимость, юридические услуги).

Сегодня Zillow строит «супер-апп» — единую экосистему, где все профессионалы рынка объединены в одном рабочем пространстве, а транзакции происходят внутри платформы от начала до конца. Это делает компанию не просто сайтом-агрегатором, а важным звеном в жизни покупателей и арендаторов. Ранее в разговоре Тим Феррисс и Бартон затрагивали аспекты личной продуктивности и подходы к управлению командами, характерные для их предыдущих бизнес-проектов.

🧠 Искусство нейминга: Скрэббл, собаки и глаголы 1:15:33

Создание названия для потребительского бренда — это всегда выбор между «простым» и «сложным» путем. Рич Бартон убежден: использование буквальных описательных слов вроде hotels.com — это тупик, так как вы не сможете по-настоящему владеть таким брендом. Промежуточный вариант, используемый Apple или Amazon, жизнеспособен, но требует огромных вложений в создание новой дефиниции для уже существующего слова. Бартон предпочитает «сложный» путь — выдуманные слова. Это требует усилий по объяснению значения, но в конечном итоге делает бренд уникальным и легко узнаваемым.

При разработке таких названий Рич Бартон руководствуется собственным «справочником», основанном на нескольких правилах:

Буквы из Скрэббла: Используйте редкие буквы, такие как Z, X или Q (в Скрэббле они приносят по 10 очков). Они визуально выделяются на странице и лучше запоминаются, так как «не перегружают» восприятие.
Правило двух слогов: Рич считает два слога «золотой серединой». Например, название Expedia в ретроспективе кажется ему немного длинным, хотя оно и было удачно подобрано по смысловой нагрузке.
Тест на «собачью кличку»: Хорошее название должно звучать естественно, если вы позовете по нему собаку.
Потенциал глагола: Название должно легко превращаться в глагол, что часто подразумевает окончание на гласный звук.
Уникальность формы: Использование двойных букв или палиндромов делает слово более запоминающимся и эстетически интересным.

Zillow стал идеальным воплощением этих принципов: он начинается на редкую Z, состоит из двух слогов, содержит двойную L, отлично звучит как кличка для лабрадора и легко превращается в глагол.

🤝 Работа в совете директоров: от надзора к коучингу 1:22:09

Опыт Рича Бартона в Benchmark Capital и работа в советах директоров, включая Netflix, сформировали его взгляд на роль директора. Он подчеркивает: в частной компании совет — это прежде всего группа наставников, которые помогают CEO и команде строить бизнес, а не «контролеры» процессов. Хороший директор делится опытом, помогает с наймом и стратегией, действуя как бизнес-коуч для зачастую менее опытных основателей.

Важной частью этой работы является капитал доверия. Бартон считает критически важным, чтобы руководители, которых он нанимает, сами входили в советы директоров других компаний — это расширяет кругозор и приносит свежие идеи.

Однако с переходом в публичную плоскость роль совета меняется. По словам Бартона, такие советы рискуют превратиться в бюрократические структуры, ориентированные на «рейтинги» (вроде Institutional Shareholder Services) и попытки избежать ответственности. Он скептически относится к таким «профессиональным директорам», которые больше заботятся о своей репутации, чем о реальном развитии компании, предпочитая динамику «коллегиального движения в одной лодке». Для оценки потенциальных мест в советах он использует проверенную формулу своих коллег: проект должен быть либо локальным, либо интересным (fun), либо прибыльным — желательно выполнение хотя бы двух условий из трех.

⚡ Кризис как катализатор: приоритеты и здоровье 1:34:24

Долгое время Рич Бартон жил в режиме «всепоглощающей работы». Будучи молодым CEO Expedia во время событий 11 сентября, он вел жизнь типичного трудоголика из технологической среды Силиконовой долины, игнорируя необходимость заботы о ментальном и физическом состоянии.

Переломным моментом стала тяжелая беременность его жены, Сары. Когда врачи диагностировали высокий риск преждевременных родов на 27-й неделе и обязали Сару соблюдать строгий постельный режим в больнице, для Бартона начался изнурительный шестинедельный период ожидания. Несмотря на то что дети родились здоровыми, этот опыт заставил его полностью пересмотреть жизненные приоритеты. Осознав, что текущий образ жизни неустойчив, он принял решение уйти с поста CEO Expedia.

Этот кризис привел к фундаментальным изменениям: семья переехала в Италию, где Рич открыл для себя социальную культуру велоспорта, а позже, вернувшись в Сиэтл, начал систематически интегрировать в свою жизнь йогу, тренировки и бег. Бартон отмечает, что с возрастом он только наращивает интенсивность физических нагрузок — это необходимо не только для поддержания мышечной массы и плотности костей, но и для сохранения активности, которая доставляет ему удовольствие (например, 35 дней сноубординга в год). Ранее в разговоре они касались утренних ритуалов, однако именно этот период стал отправной точкой для построения дисциплинированного подхода к долголетию.

🛠 Искусство лидерства: делегирование, найм и свобода в «облаке»

Для Рича Бартона, основателя Expedia и Zillow, успех в бизнесе напрямую связан с его способностью максимально дистанцироваться от операционного управления. Бартон, который в прошлом не раз возвращался на пост CEO Zillow, в конечном счете пришел к выводу, что истинный лидер должен быть мастером делегирования.

Тест на лидерскую зрелость: «отпускная» стратегия

Один из ключевых методов развития руководящего состава, который практикует Бартон — это провокация полной автономии через вынужденное отсутствие. Он призывает менеджеров среднего и высшего звена совершить «прыжок в неизвестность»: отправиться в двухнедельный отпуск (например, в серф-трип в Индонезию) при полном отсутствии связи.

Этот подход выполняет две критические задачи:

Выявление талантов: Лидерство, по мнению Бартона, — это эмерджентное свойство; оно проявляется, когда реальный руководитель исчезает из поля зрения, а команда вынуждена самостоятельно принимать решения.
Системность: Чтобы бизнес выжил в отсутствие основателя, последний обязан заранее создать надежные правила и системы, которые продолжат работать без прямого контроля.

Бартон утверждает, что самые уверенные в себе руководители не боятся «отпустить руль» и поставить на других. И наоборот, люди, стремящиеся казаться незаменимыми, по сути, блокируют свой карьерный рост, так как не способны взрастить преемников. «Если я делаю свою работу идеально, я могу быть на доске для серфинга, и никто даже не заметит моего отсутствия», — шутит он, подчеркивая, что ценит в первую очередь рычаги влияния, а не микроменеджмент.

Философия найма и «милосердное» увольнение

В процессе найма Бартон отдает предпочтение людям, обладающим искренней страстью. В резюме он всегда обращает внимание на раздел «интересы» в самом низу страницы. В ходе собеседования он старается вывести кандидата на разговор именно об этом увлечении, чтобы увидеть, загораются ли у того глаза — это является для него индикатором истинной вовлеченности.

Второй важный принцип — готовность быстро расставаться с сотрудниками, которые не подходят компании. Бартон признается, что все его лидерские ошибки были связаны с тем, что он слишком долго надеялся на перемены в людях, которые были не на своем месте.

Его подход к увольнению парадоксален, но гуманен: он рассматривает это не как наказание, а как акт любви. «Если вы недовольны эффективностью сотрудника, скорее всего, он и сам несчастлив», — поясняет Бартон. Освобождая человека от работы, которая ему не подходит, вы даете ему шанс найти место, где он будет по-настоящему счастлив и продуктивен.

Cloud HQ: инклюзивность и архитектура будущего

Пандемия заставила Бартона кардинально переосмыслить подход к физическому присутствию в офисе. Под влиянием Мэтта Малленвега (основателя Automattic), который одним из первых начал выстраивать полностью распределенную корпоративную культуру, Бартон внедрил концепцию «облачной штаб-квартиры» (Cloud HQ) в Zillow.

Эта модель оказалась не просто удобной, но и глубоко инклюзивной. Она позволила вернуться к активной профессиональной деятельности опытным специалистам, которые раньше были вынуждены выбирать между карьерой и семьей. Бартон подчеркивает, что современные технологии позволяют совмещать работу и личную жизнь, и насмехается над консервативными лидерами, которые требуют присутствия в офисе лишь потому, что «так было принято раньше».

Примечание: Ранее в разговоре они касались тем личной жизни, выбора партнера и обмена опытом с другими предпринимателями.

🧘‍♂️ 6. Противоядие от цифрового шторма: саббатикалы, творчество и манифест против паники 2:05:49

Противоядие от паники: философия «билборда» и лидерство в эпоху хаоса 2:06:15

В финальной части беседы Тим Феррисс задает Ричу Бартону классический вопрос: если бы у него была возможность разместить любое послание на гигантском билборде, что бы он там написал? Ответ Бартона оказывается оригинальным и кинематографичным. Вместо избитых корпоративных истин, Рич вспоминает культовую комедию «Клевый парень» (Bowfinger), где Эдди Мерфи играет параноидальную звезду. Его персонаж обращается за помощью в организацию «Mind Head», учение которой строится на трех постулатах. Самым любимым для Рича стал третий принцип: «Даже если мне кажется, что я могу воспламениться, скорее всего, этого не произойдет».

В качестве альтернативы Бартон предлагает лозунг со светящейся вывески его любимого бара на фестивале Burning Man: «Без паники!» (Don't panic). Эта простая фраза фактически резюмирует его управленческий опыт. Рич убежден, что ключевая обязанность лидера — заземлять команду, снижая общую амплитуду тревоги и эмоциональных перепадов. Человеческой природе свойственно поддаваться страху, хотя в абсолютном большинстве случаев все заканчивается благополучно.

В современных реалиях способность сохранять хладнокровие становится главным навыком выживания. Бесконечная новостная лента, уведомления в iPhone и алгоритмы TikTok заставляют людей круглосуточно находиться в состоянии взвинченности. Этот непрерывный информационный шум провоцирует колоссальный рост проблем с ментальным здоровьем, вынуждая общество искать спасения в медитации и других способах ментальной разгрузки.

Цифровой детокс на Гранд-Каньоне: как отключение от сети возвращает к жизни 2:09:48

По мнению Рича Бартона, любые сервисы, предлагающие укрытие от «цифрового града обреченности», в ближайшие годы станут мощнейшими драйверами роста в бизнесе. Сам основатель Expedia и Zillow давно превратил периодический детокс в обязательный элемент жизни. После длительного семейного саббатикала в Италии, о котором Тим и Рич вскользь упоминали ранее в разговоре, Бартон выработал жесткую систему: ментальные паузы теперь строго встроены в рутинный цикл смены сезонов его семьи.

Конечно, в эпоху Starlink удерживать эти границы становится все труднее, ведь спутниковый интернет доступен ему и в серф-лагере, и в трейлере Airstream. Тем не менее, осознанное отключение от сети остается для него важнейшим приоритетом.

Ярким примером такого очищения стал недельный сплав по реке через Гранд-Каньон, куда Бартон отправился вместе с большой группой друзей и родственников. Наблюдая за молодыми участниками экспедиции, Рич зафиксировал удивительную психологическую трансформацию:

Первые три-четыре часа без смартфонов дались подросткам крайне тяжело, вызывая заметную тревогу и дискомфорт.
Как только пришло окончательное осознание отсутствия связи, сработал эффект мгновенного «возвращения к среднему» в человеческом поведении.
Оторвавшись от экранов, подрастающее поколение мгновенно вернулось к аналоговым радостям: они начали увлеченно играть в настольные игры (например, Taco Cat), плести браслеты дружбы, ходить в походы и рисовать.

Этот опыт доказал Бартону очевидную истину: человек физически не может оставаться несчастным, когда его руки заняты простым творчеством, а разум полностью сфокусирован на живом общении в моменте.

Побег от «обезьяньего ума»: почему художественная литература и творчество важнее бизнес-литературы 2:11:56

Когда Тим Феррисс интересуется будущим личного блога Рича, Бартон категорично отрезает: у него нет никакого желания писать очередную эго-книгу успешного бизнесмена. Подобная литература кажется ему невыносимо скучной. Вместо изучения корпоративных кейсов Рич предпочитает совершенно иной способ борьбы с «обезьяньим умом» — вечно мечущимся, перегруженным мыслями состоянием рассудка. Главным инструментом ментальной перезагрузки для него всегда выступали качественная художественная проза и масштабная научная фантастика. Чтение произведений таких авторов, как Марк Хелприн и Нил Стивенсон, позволяет Ричу полностью переключить когнитивные подсистемы и дать мозгу полноценный отдых.

Тим Феррисс подбрасывает интересную идею: почему бы Бартону не отправиться в писательский ретрит или не пройти курс изящных искусств (MFA), чтобы попробовать свои силы в написании художественной прозы? Феррисс подчеркивает, что это потрясающий способ натренировать новые ментальные мускулы, даже если написанное никогда не будет опубликовано.

Рич признается, что в последнее время действительно начал осознанно добавлять в свою повседневность больше творческой деятельности. В частности, во время карантина в пандемию COVID-19 он увлекся цифровой живописью на iPad с помощью приложения Procreate.

«Я регулярно ловлю себя на том, что на вечеринках с гордостью показываю людям свои рисунки, — улыбается Бартон. — Объективно они не так уж хороши, но сам этот процесс приносит мне колоссальное удовольствие и заставляет чувствовать себя прекрасно».

Феррисс с восторгом отмечает, что во время ковида занимался ровно тем же самым. Он часами изучал туториалы от австралийской художницы из команды Procreate, находя в этом занятии невероятный успокаивающий эффект.

В финале этой глубокой беседы Рич Бартон тепло благодарит Тима Феррисса за его книги и многолетнюю работу с подкастом. Предприниматель подчеркивает, что люди приходят к Тиму вовсе не за легкими лайфхаками. Они искренне ищут способы сделать свою жизнь осмысленнее, счастливее и чуточку гармоничнее. И заключительное напутствие Феррисса идеально подытоживает встречу: в нашем сложном мире каждому человеку стоит быть «всего лишь немного добрее, чем необходимо — как по отношению к окружающим, так и к самому себе».