Дэвид Сервантес

Как класс активов, облигации сейчас — это довольно дерьмовые инвестиции.

Мы живем в номинальном мире. Даже если реальный рост замедлится, номинальный рост прорвется вперед.

Дефицит государственного сектора — это профицит частного сектора. Это стена денег, попадающая в экономику.

Я называю это тефлоновой экономикой или экономикой пляжного мяча: вы можете пытаться утопить её, но она всегда выплывет.

Мы живем в номинальном мире, а не в реальном. Ваши зарплаты, ипотека и цены на бензин — всё это номинальные величины.

Дефицит государственного сектора — это профицит частного сектора. Когда правительство занимает столько денег, оно накачивает экономику.

Точки (в прогнозах ФРС) — это не оценки и не прогнозы, это заявления о намерениях. Это как угроза родителя ребенку: „Уберись в комнате, или случится что-то плохое“.

Мы живем в номинальном мире, а не в реальном. Вы платите за бензин номинальными долларами, и ипотека у вас в номинальных долларах.

Моя простая метрика: если актив не удвоился в цене за три года, это не пузырь.

ФРС — это 800-фунтовая горилла в комнате. Моя задача — понять, что они собираются делать, и опередить их.

Если исключить жилье, мы уже находимся на целевом уровне инфляции в 2%.

Я не академический экономист, я здесь, чтобы делать деньги.