Сэм Харрис

Дверь к истинному прощению — это признание того, что никто на самом деле не создал себя сам.

Любой, кто занимается созданием разумных машин, должен в конечном счете верить, что в «компьютере из мяса» нет ничего магического.

Мы — обезьяны с эго, чья мудрость не масштабируется вместе с нашей мощью.

Вы не можете на самом деле стать счастливым, вы можете только быть счастливым.

Маск стал «нравственно неузнаваем» под давлением зависимости от платформы.

Ислам — это одни крайности и отсутствие центра.

Мы живем в мире, где люди требуют реабилитации для убийц, но хотят сжечь Лиама Нисона за мысли сорокалетней давности.

Мы находимся в ситуации охоты на ведьм: ведьм не существует, но людей сжигают по обвинению в колдовстве.

Психопатия в присутствии лекарства от неё выглядела бы скорее как диабет, чем как зло.

Невозможно оставаться злым долго, если вы выходите из истории, которую рассказываете сами себе о том, почему вы должны злиться.

Нам нужен путь через безумные разговоры к «перезагрузке» человека.

Если вы не цените логику, нет ни одного логического аргумента, который убедил бы вас начать её ценить.

Мы должны быть очень осторожны и профессиональны: не подтверждать и не отрицать реальность воспоминания, а сострадательно слушать.

Секретный соус этого метода заключается в том, что химическое вещество лишь открывает разум и делает его пластичным, а контекст определяет форму.

Для более глупой стороны в отношениях с превосходящим интеллектом всегда таится смертельная опасность.

ИИ заменит Илона Маска раньше, чем вашего электрика, водопроводчика или массажиста.

Twitter — это машина для производства социопатов. Она заставляет совершенно нормальных людей вести себя неэтично.

Когда вы летите в самолете в шторм, вы не хотите, чтобы за штурвалом сидел случайный человек, решивший «провести свое исследование».

Вы всегда можете найти PhD или MD, который поддержит любую сумасбродную идею.

Истинная свобода — это признание того, что вы не являетесь автором своих мыслей.

Твое истинное богатство — это качество твоего внимания.

Мудрость — это просто способность следовать собственным советам.

Медитация — это способность посмотреть на то, что вы считали своим «Я», и не найти его.

92% фондового рынка принадлежит 10% общества. Когда игра не работает для вас, вы хотите перевернуть доску.

Если я создам платформу и замечу, что она постепенно заселяется нацистами, у меня должна быть возможность выгнать их. Это мой дом, снимите обувь на входе.

Если вы не согласны, что наихудшее возможное страдание для всех — это плохо, я не знаю, что вы вообще можете подразумевать под словом «плохо».

Никто не скажет, что количества звезд в галактике не существует только потому, что мы не можем их сосчитать. Та же логика применима к моральным истинам.

Сознание — это единственная вещь во Вселенной, которая не может быть иллюзией.

Это похоже на разницу между открытой ладонью и сжатым кулаком... когда вы разжимаете руку, вы понимаете, что там ничего не было.

Если слово «плохо» вообще что-то значит, оно относится к худшему из возможных страданий для всех.

Мы бы сажали в тюрьму землетрясения и ураганы, если бы могли.

Вы не можете думать мысль до того, как вы её подумали.

Толпа почти как огонь: как только она разгорается, моб начинает действовать по своей динамике.

Все нефтехимикаты оказались в земле прямо под дворцами религиозных маньяков.

Одна неделя работы такой машины — это 20 000 лет интеллектуального прогресса.

Единственная вещь, которая пугает больше, чем создание сильного ИИ — это его несоздание.

Эти люди действительно верят в то, что говорят. Мы должны верить в их веру, потому что они действуют в соответствии с ней.

Трамп предлагает отпущение грехов эгоизма и греха так, как не может ни одна церковь.

Фактически мы имеем дело с массовой галлюцинацией. И тот факт, что так много людей готовы участвовать в ней, — это откровенно страшно.

Это не просто полицейская работа. Это какая-то форма общественного запугивания.

Уровень недоверия к медиа значительно превышает масштаб их реальных ошибок.

Медитация дает свободу просто наслаждаться красотой своей жизни в моменты неопределенности.

Это была какая-то галлюцинаторная машина, которую я пригласил в центр своей жизни.

Сознание — это единственная вещь в этой вселенной, которая не может быть иллюзией.

Сознание — это единственная вещь в этой Вселенной, которая не может быть иллюзией.

Материя на самом деле — это чувственный опыт.

Мы воспринимаем себя как нечто цельное, двигающееся во времени, когда в реальности мы являемся непрерывно меняющимся процессом в природе.

Когда я использую слово «сознание», это просто простой факт чувственного опыта.

Сознание — это единственный феномен, который не имеет внешнего наблюдаемого признака. Единственный способ иметь доказательство — быть им.

Материя в своей основе — это и есть чувствуемый опыт. Физика описывает его структуру.

Мы можем построить ад и населить его сознательными симулированными умами, даже не зная, что мы это сделали.

Свобода воли — это логически непоследовательная идея.

Детерминизм — это идеальный сокрушитель того, что люди понимают под свободой воли.

Сострадательный Бог мог бы написать книгу лучше, чем та, где объясняется, как убивать соседей за мыслепреступления.

Свобода слова и свобода охвата — это разные вещи.

Истина ортогональна репутации человека или его карьерным достижениям.

Ваш ум — это фактически все, что у вас есть. Какова бы ни была ваша ситуация в мире, слой опыта — это ум.

ИИ понимает вас такими способами, которыми вы сами не можете себя понять.

Делать собственное расследование в обычное время — это пустая трата времени, а когда это действительно важно — это, скорее всего, опасная трата времени.

Рекламная модель экономики внимания — это первородный грех социальных сетей.

Мы все собираемся объявить нечто вроде эпистемологического банкротства и просто сказать: «Я больше не знаю, что правда»...

Представьте, что Википедия была бы разной для каждого человека... у нас больше не будет общего понимания мира.

Подавляющая часть человеческих страданий проистекает из нашей вовлеченности в мышление и неспособности заметить этот механизм.

Разговор — это буквально все, что у нас есть. Это выбор между беседой и насилием.

Разница между лжецом и брехуном в том, что лжец пытается подстроить свое искажение правды под логические ожидания аудитории... Брехуна же вообще не заботит реальность.

Личные свободы, которыми мы наслаждаемся, основаны на определенном уровне коллективной ответственности.

Мы не можем получить прямое свидетельство сознания у других существ. Мы лишь делаем выводы.

Человеческий мозг больше напоминает океанскую волну: это постоянно меняющийся, динамичный процесс, а не статический объект.

Причина этого тупика кроется в фундаментальном отличии сознания от любых других объектов научного изучения.

Сознание бинарно — оно либо есть, либо его нет, в то время как спектр переживаний, их глубина и сила внимания могут кардинально различаться.

Человеческий мозг представляет собой непрерывный танец электрических импульсов, и наше ощущение себя как чего-то неизменного — это иллюзия.

Когда мы используем термин «свободная воля», мы говорим об ощущении, что у нас есть автономное «Я» — некая конкретная сущность, отделенная от процессов в мозге, которая вмешивается и становится причиной нашего решения.

Я думаю, что у нас на самом деле нет никаких доказательств того, что сознание является сложным, что оно возникает в результате сложной обработки данных и необходимо для неё.

Вы понимаете, что ваше «Я» не делает все те вещи, которые, как вам кажется, оно делает. Мысли просто возникают.

Память глобально увеличивает страдание. Если бы любой момент страдания существовал только сам по себе в настоящем моменте, это было бы гораздо меньшим бременем...

Мы здесь для того, чтобы очнуться от иллюзии своей разделенности.

Сознание — это единственная вещь в природе, для которой мы не можем получить убедительных доказательств извне.

Наш сознательный опыт находится в самом хвосте огромного объёма процессов обработки в мозгу.

The sense of self is kind of at the core of human suffering because it feels as if we are separate from the rest of nature.

Каждое сомнение в привычных интуициях — это шанс на мгновение выйти из «снежного шара».

Если у вас правильная система стимулов, вы можете заставить даже социопатов вести себя как святых.

Никто не хочет пилота, нанятого по квоте DEI, на высоте 30 000 футов. Там каждый становится элитистом.

Мы построили машину для распространения галлюцинаций и искажения реальности, которой не умеем пользоваться.

Истина имеет значение, потому что существует реальность. Если ваша карта не соответствует территории, вы будете постоянно натыкаться на твердые предметы.

Дэвид Фрум: Если либералы не будут охранять границы, это сделают фашисты.

Существуют правильные и неправильные ответы на вопрос о том, как перейти от одного опыта к другому.

Вы не можете узнать даже о том, что у вас есть мозг, просто медитируя.

Тот факт, что мы считаем это состояние совместимым с человеческим здравомыслием, объясняется лишь тем, что оно случается со всеми.

Дефолт-система мозга — это, по сути, biological фундамент нашего эго, постоянно транслирующий автобиографический шум.

Вы не знаете, что вы подумаете в следующий момент, пока мысль не возникнет. Вы не являетесь автором своих мыслей в том смысле, в котором привыкли думать.

Мысли в медитации должны стать похожи на воров в пустом доме: они заходят, но им нечего украсть.

В тот момент, когда вы понимаете, что кто-то смотрит на вас, ваше внутреннее пространство мгновенно схлопывается в точку самосознания.

Если ваш ум настроен на поиск удовлетворения в будущем, вы никогда не достигнете его в настоящем.

Если бы это было правдой, что на моральном ландшафте есть высокая точка, доступная только через веру в то, что не является истиной, я бы сказал, что это действительно полезная фикция.

Сообщество — это огромная переменная. Место, куда можно пойти по воскресеньям, находясь вне орбиты ваших личных эгоистичных стремлений.

Если либералы не будут контролировать границы, это сделают фашисты.

Нужно уметь видеть дальше своей висцеральной реакции и спрашивать: почему эта война происходит и кто виноват в том, что ребенка достают из-под завалов?

Мы глубоко социальные существа, и многое из того, что хорошо в жизни, рождается из вашей связи с другими людьми.

Наркотики не делают с мозгом ничего такого, на что мозг сам по себе не был бы способен.

Я не считаю себя вундеркиндом в медитации; я не был тем, кому это давалось очевидно с самого начала.

Ислам — это сосредоточие плохих идей.

Разделение между наукой и человеческими ценностями — это иллюзия, причем довольно опасная на данном этапе человеческой истории.

Тот факт, что понятие здоровья открыто для изменений и коррекций, не делает его бессмысленным.

Как только мы признаем, что факты о человеческом благополучии существуют, мы изменим саму манеру разговора о морали.

Когда мы говорим о фактах, определенные мнения должны быть исключены — в этом и заключается суть экспертизы.

Физики не обижаются, когда их теории опровергаются. Но религии заявляют, что описывают реальность, и реагируют на критику племенной агрессией.

Религии умудрились сделать так, что критически не согласиться с ними невозможно, не прослыв при этом грубым.

Наука — это режим дискурса, в котором мы наиболее откровенны касательно масштабов нашего невежества.

Ислам — это не раса. Это набор идей.

Мы должны иметь возможность критиковать плохие идеи.

Ислам — это не раса, это набор идей.

Человек не может подумать мысль до того, как он её действительно подумал — это привело бы к бесконечному регрессу.

Вы пьете чай и думаете о встрече, которая состоится через 5 дней, и начинаете тревожиться — это своего рода миниатюрный психоз.

Сознание подобно чистому зеркалу: оно без усилий отражает любые образы, но само при этом не сжимается и не пачкается.

Существует колоссальное различие между тем, чтобы злиться в течение десяти секунд, и тем, чтобы носить этот гнев в себе десять часов или дней.

Разум — единственный универсальный алгоритм, который работает, даже когда люди не нравятся друг другу.

Место для нашей веры — в человеческом общении. Это всё, с чем нам приходится работать.

Мы живем в ситуации постоянного выбора между разговором и насилием.

Большая часть человеческих страданий и хаоса тонка как бумага — это просто дурной сон.

Ваш ум — это все, что у вас есть, это основа вашего ежесекундного опыта.

Никто на самом деле не создавал себя сам... мы видим лишь различия в удаче.

Юмор помогает отстыковаться от гравитации собственного эго.

Ваше awareness или consciousness не находится в вашей голове с точки зрения непосредственного опыта.

То, что осознает сонливость, на самом деле не является сонным.

Намерение — это программное обеспечение, на котором работают люди. Это лучший предсказатель того, что они сделают, если получат власть.

Большинство людей живут так, как будто нет альтернативы. Нам не дают правил эксплуатации человеческого разума.

Разница между возбуждением и тревогой — это больше вопрос интерпретации, это история, которую вы рассказываете себе.

Сознание — это всё, что мы знаем, всё, что мы испытываем.