Айзек Артур

Если мы построим пять величественных цилиндров и 5000 колес, горизонт будет принадлежать цилиндрам, но цивилизация будет принадлежать колесам.

В пустоте любая битва может стать путешествием в вечность.

Корабль, охлажденный до температуры жидкого азота, не является скрытным. Он мертв.

Самое опасное оружие — это не огневая мощь, а информация.

Если человечество будет уничтожено восставшим искусственным интеллектом, то вместо Homo sapiens колонизацией Галактики займется сам Скайнет

Создание симуляции человека, которая была бы абсолютно неотличима от реальности и интересна для взаимодействия, вычислительно несоизмеримо сложнее, чем создание робота, способного разобрать астероид на ресурсы

Марс не является финишной чертой. Это только начало.

В космосе расстояние обычно менее важно, чем дельта-v, необходимая вашему кораблю для рандеву.

Планета, на которой холоднее, чем в Антарктике, вряд ли станет приоритетным направлением для большинства колонистов.

В пустоте космоса корабль перестает быть транспортным средством и становится миром, где универсальные законы физики диктуют жесткость политики.

Кочевой флот — это Корабль Тесея в масштабе цивилизации: каждая доска заменена, каждый человек изменился, но миссия продолжается.

Дипломаты определенно не получают должного признания за предотвращение галактических войн.

Аммиачный мир — это место, где холоднее, чем в Антарктике, и оно вряд ли станет популярным туристическим направлением.

Масса определяет всё — яркость, температуру, продолжительность жизни и способ смерти.

Если будущее Млечного Пути кому-то и принадлежит, то, возможно, цивилизациям красных карликов.

Тот, кто обладает терпением, может достичь всего, чего пожелает.

Деньги — это не про дефицит энергии, это про дефицит координации.

Когда вы производите целые миры, небо определенно не предел.

Одна из самых пугающих вещей в нашей Вселенной — это идея о том, что ей 14 миллиардов лет... и, насколько мы можем судить, каждая из планет мертва.

Вы не видите одинокий костер за несколько десятков миль. Мы ищем лесной пожар, который распространяется на всё вокруг.

Возможно, мы не единственные гости, кто опоздал на вечеринку. Мы можем быть единственными, кто вообще пришел.

Цивилизации растут на энергии, и величайший источник силы — это звезда, вокруг которой мы вращаемся.

В квинтиллионной цивилизации даже если один человек из миллиарда захочет купить бутылку вина с Тау Кита, это превратится в жизнеспособный торговый путь.

Теория струн — это комплексный и захватывающий способ описания Вселенной, который может вызвать головную боль при попытке разобраться в нём.

Строительство новых космических сред обитания для исчезающих видов в конечном итоге обойдется дешевле, чем покупка земли на Земле.

Должно быть, невероятно — стоять на вершине горы, которую ты сам представил, спроектировал и построил.

Мы можем построить трос для лунного космического лифта из материалов, которые производятся уже сегодня.

Луна — это ворота в космос, буквально и метафорически.

Лучший способ защитить человечество — это исследовать и осваивать космос, чтобы не все люди находились на этой одной красивой, драгоценной, но ужасно уязвимой бледной голубой точке.

Постдефицит не убивает экономику. Он превращает её из управления нуждами в переговоры о смыслах.

В конце концов, мы можем овладеть материей и энергией, но вопрос «что важнее всего» всегда останется за нами.

Варп-двигатель работает на отрицательной материи... в которой нет никакой нужды ожидать существования, так же как мы не ожидаем найти купюру в минус один доллар.

Если представитель отправлен в столицу за 10 световых лет, пройдет 50 лет с момента выборов до его первого отчета.

Полноценная торговля между ними становится экономически целесообразной благодаря близости астероидов и низким затратам delta-V.

Независимость здесь — это не восстание, это просто закрытый воздушный шлюз.

Мы уже способны создать метод проверки данных, который с вероятностью выше 50% не допустит ошибки ни в одном бите объемом с ДНК за всё время существования Вселенной.

Мы живем как победители на вершине горы из черепов, и это не метафора.

Астрономия — это история, и Вселенная очень стара. Свет, испущенный вами век назад, только что достиг соседей.

Если есть способ спрятаться, они его найдут. Но проблема в том, что 2+2 по-прежнему равно 4, и базовые логические выводы не меняются.

Активная поддержка — это метод строительства структур, которые не смог бы выдержать ни один известный материал за счет одной лишь прочности на сжатие.

Космос не заботится о том, выживем ли мы. Но история показывает, что мы никогда не позволяли этому остановить нас.

Вам нужно в полмиллиона раз больше топлива, чтобы включить обратный путь в исходный план путешествия.

Межзвездное путешествие — это не просто прыжок, это процесс расширения, фрагментации и переосмысления.

Цилиндрические среды обитания — это мегаструктуры, в которых, как ожидается, будет жить основная часть человечества в будущем.

Хорхе Луис Борхес: Библиотека — это сфера, точный центр которой находится в любом шестиугольнике, а окружность недосягаема.

Я не заперт с вами. Это вы заперты со мной.

Никакая стена не стоит вечно, никакая тишина не длится вечно.

Поиск нужных изотопов в реакторе — это поиск иголок в стоге сена, где иголки — это атомные ядра.

Вселенная огромна, за пределами наших самых смелых мечтаний, и чтобы исследовать и заселить ее, нам нужно научиться мечтать намного масштабнее и смелее, чем когда-либо.

Вне рамок научной фантастики самовоспроизводство вовсе не подразумевает продвинутый ИИ. Помните, что множество организмов на Земле успешно размножаются вообще без какого-либо мозга.

It is much easier to build some smaller cylinder habitats and get them livable than to try to make a whole planet livable so dream big, dream awesome... but start small

Конечная цель колонизации — полная солнечная экономика.

Настоящая опасность ИИ не в восстании машин, а в их послушании без понимания.

ИИ — это следующий огонь, а выравнивание — искра, которая определит, согреет он нас или сожжет.

Это не меня заперли с вами. Это вас заперли со мной.

Вы можете отправить добывающий зонд стоимостью 11 миллионов долларов, который вернёт металла всего на 10 миллионов, потому что эти потери субсидируются из вашего оборонного бюджета.

Я не люблю называть торий защищенным от оружия, потому что это признание ущербного тезиса о контроле одного типа атак ценой прогресса.

Миллион лет — это в сто раз дольше, чем вся зафиксированная история человечества.

Полезное редко забывается, и если это так, то огромные усилия по обеспечению его вечного припоминания могут быть плохим планом.

Вместо конкуренции за ресурсы первоначальное процветание будет обеспечиваться поставками ценных металлов обратно на земные орбитальные производства.

Фундаментально космический корабль — это просто герметичная коробка с двигателем.

Ваша настоящая фабрика звездных кораблей — это, скорее всего, целый город или государство в космосе, а не маленькая верфь на сотню человек.

В некотором смысле космический корабль может быть проще наземного транспортного средства. Космос в основном пуст.

Фундаментально, космический корабль — это просто герметичная коробка с двигателем.

Разборка Юпитера ради материала может расстроить некоторых, но подумайте о возможностях недвижимости.

Для зомби-ИИ, если они созданы действовать как люди, у них определенно будет предостаточно мозгов, но ноль сознания.

Только гении могут быть достаточно глупыми, чтобы создать ИИ, который убьет нас всех, — никто другой не сможет создать инструмент нашего уничтожения.

Вселенная может быть тихой не из-за отсутствия интеллекта, а потому что интеллект без сознания становится своим собственным злейшим врагом.

Марс заставляет Антарктиду выглядеть раем, а Венера — это просто пригород ада

As long as you're using an onboard propellant you are under the tyranny of the rocket equation and can only go a few times faster than however fast your propellant comes out the back of your ship.

Моя философия в отношении ИИ заключается в том, чтобы никогда не делать его умнее, чем того требует задача

Даже для самых тусклых красных карликов энергии достаточно, чтобы поддерживать квадриллион человек в комфорте.

Наш мир представляет собой лишь одну крошечную бледно-голубую точку в море тьмы, единственный известный нам оплот жизни.

Если вы убиваете 99% населения, через пару столетий все восстанавливается, и ваша численность восстанавливается.

Единственный способ доказать, что там кто-то есть — это пойти к ним самим.

Роджер Желязны: Никто не поет гимнов дыханию... Но как плохо быть без него!

В физике отрицательная масса работает на бумаге, так же как и отрицательная купюра в один доллар — но такую купюру мы называем долговой распиской.

Если ваш портал — это магическая дверь, вы не просто пускаете туда людей, вы прокладываете через него рельсы и силовые кабели.

Если грубая сила не работает, значит, вы используете её недостаточно.

Мы не знаем, что лекарство от рака является автоматическим путем к экстремальному продлению жизни, что привело бы к мальтузианской катастрофе.

Вам нужно нечто настолько прочное, чтобы графен на его фоне казался переваренными спагетти.

Зомби-ИИ не нужно самосознание, чтобы быть опасным. Его сила — в беспрецедентной эффективности.

Когда дело доходит до ИИ, только гении могут быть достаточно глупы, чтобы убить нас всех.

Настанет день, когда мы посмотрим на Луну в небе и увидим там другое небо — с белыми облаками над голубыми морями и зелеными землями.

Скрытность станет их естественным и приоритетным методом решения любых проблем, даже если он не является оптимальным.

Каждый кубический километр породы, добавленный в океан, поднимает его уровень на 2,8 микрометра.

Будущее человечества, вероятно, будет связано с жизнью в океане, что вполне уместно, учитывая, что мы сами в основном состоим из воды.

Будущее человечества, скорее всего, будет связано с жизнью в океане, что вполне логично, учитывая, что мы сами в основном состоим из воды.

Эра мгновенной связи, вероятно, будет коротким периодом, если только мы не найдем способ общаться быстрее света.

Ракеты — это ваши крытые повозки для достижения фронтира; как только вы начинаете застраивать этот фронтир, появляются аналоги фривеев и железных дорог.

Одной из ироний космоса является то, что эра мгновенной связи, скорее всего, будет недолгой.

Астрономия — это история. Если я вижу пустоту на расстоянии 12 миллиардов световых лет, я вижу её такой, какой она была 12 миллиардов лет назад.

Астрономия — это история: если я вижу пустоту на расстоянии 12 миллиардов световых лет, я вижу её такой, какой она была 12 миллиардов лет назад.

Цивилизация, использующая все световые фотоны своей звезды, не становится невидимой; она просто становится очень яркой в инфракрасном диапазоне.

Мы живем на планете, где каждый ваш шаг — это шаг по трупам и отходам других существ.

Суровые места рождают суровых людей.

Вы не пойдете в рукопашную с полностью экипированным пожарным внутри горящего дома.

Убедительность вашего аргумента прямо пропорциональна количеству огневой мощи, которой вы располагаете.

Механикум — один из немногих оправданных примеров антиутопической мега-индустрии, потому что их мотивация — не жадность, а идеология.

Если ваши рабочие умирают в 40 лет от рака легких, вы теряете огромное количество продуктивного времени.

Единственный способ справиться с опасным миром — это стать таким же опасным, как и он.

Мы живем на планете, где каждый ваш шаг — по трупам и отходам других существ; это куча смерти глубиной в миллиарды лет.

Если действия врага кажутся невероятно глупыми или нелогичными, предположите, что, скорее всего, это не так.

Сила не делает тебя правым, но она чертовски полезна для победы в спорах.

Обслуживание клеток организма гораздо проще, чем их восстановление после глубокой заморозки.

Ганимед — это крупнейший спутник в нашей Солнечной системе, и однажды он может стать центром более широких поселений человечества вокруг Юпитера.

Юпитер и его многочисленные спутники почти представляют собой вторую, меньшую и более компактную мини-солнечную систему, из которой Ганимед, вероятно, был бы «королевской жемчужиной».

Раздражение от того, что твою роль в жизни определили при рождении, — это лишь малый шаг до того, чтобы бросить свою семью или потопить корабль.

Наш мир представляет собой лишь одну крошечную бледную голубую точку в море тьмы, единственный бастион жизни в океане ночи, о котором мы знаем.

В конце концов, единственный способ доказать, есть ли кто-то еще, если они не придут к нам, — это отправиться к ним.

Вместо отчаянных попыток убить друг друга ради лишнего дня жизни, цивилизации могут праздновать конец.

Я не думаю, что мы когда-нибудь откроем сверхсветовую скорость (FTL). Тем не менее, это не мешает нам планировать межгалактические путешествия.

Ганимед, вероятно, станет короной этого мини-королевства Юпитера.

Как только вы потратите энергию на переплавку металлической породы в фольгу, вы получите источник энергии на веки вечные.

Солнце гораздо, гораздо больше даже слона.

Мы для них — цивилизация, каким-то образом существующая внутри стремительного взрыва.

Если бы кто-то в этой Вселенной пытался пытать меня, он бы справлялся со своей работой очень плохо.

Договор о космосе 1967 года (OST) не имеет для меня личной этической силы... это лишь заглушка, пока не появится что-то лучшее.

Не существует такого понятия, как безоружный космический корабль, пока у него есть система наведения и топливо.

Если закон запрещает вещи, которые мы все хотим делать — например, заселение космоса — и не предусматривает улучшений, то он не стоит долгого обсуждения.

В войне не существует такого понятия, как «перебор» (overkill).

Если грубая сила не работает, значит, вы просто используете её недостаточно.

Скраппинг сотен планет только для того, чтобы превратить их в алюминиевую фольгу для одной большой магистрали, не считается здесь особо впечатляющей задачей.

Если вы находитесь в многомиллионном путешествии через подлинную пустоту космоса, вы — разведенный осколок человечества.

Истории должны иметь конец, и в этом нет ничего плохого.

Жизнь существует для того, чтобы ускорить тепловую смерть Вселенной.

Когда мы спрашиваем, почему что-то существует, мы должны сначала спросить, ожидаем ли мы увидеть причину или цель.

Эволюция — это не восхождение по лестнице, и у неё нет цели, поэтому технически не может быть и движения «вниз» (деволюции).

«Человек» — это скорее семья, а не вид... это будет включать ИИ, загруженные умы и десять миллионов вариантов модифицированных людей.

Вы не просто ваша ДНК, вы — экосистема.

В этом контексте жизнь существует для того, чтобы ускорить тепловую смерть Вселенной.

Эволюция не занимается многовековым процессом разработки дорогостоящей новой функции, которая когда-нибудь даст преимущество.

Ваш личный уровень скуки и то, сколько времени вам нужно, чтобы достичь её терминальной стадии, не должны быть решающим фактором в вопросе о том, могут ли другие продлевать свою жизнь.

Если технология позволяет 10 миллионам человек дожить до 100 лет, то 10 человек доживут до 120.

Если вы оказались в честном бою, значит, ваша тактика никуда не годится.

Никакой план не выживает при контакте с противником.

По сути, Земля — это баскетбол, а кольцо — это обруч, который удерживается в небе благодаря тому, что он привязан к поверхности.

Мой девиз — жить вечно или умереть, пытаясь это сделать, так как это кажется мне беспроигрышной философией.

Бессмертие может быть неэтичным, я считаю его невозможным в этой Вселенной в любом случае и нежелательным.

Ваш личный уровень скуки не должен быть определяющим фактором того, могут ли другие продлевать свою жизнь.

Мы можем извлекать полезную работу из материи только до тех пор, пока существуют более холодные области, куда можно отводить избыточное тепло

Постбиологическая цивилизация, существующая в виде загруженных в компьютеры цифровых разумов, будет требовать в миллиарды раз меньше энергии, чем органическая жизнь

Роджер Желязны: Никто не поет гимнов дыханию... Но о, как плохо быть без него!

Атмосфера — это гораздо больше, чем просто воздух, которым мы дышим. Это деликатная, динамичная система, которая служит и щитом, и колыбелью для жизни.

Вы можете спросить у своего белья, насколько реальна центробежная сила, когда оно выходит из стиральной машины без стекающей воды.

Стэнфордский тор — это не ваш город или небольшая нация в космосе, а ваша деревня или умеренно большой город, порт захода или даже частное жилище для одной семьи.

Никогда не сражайтесь честно — это первое правило войны.

Если грубая сила не помогает, значит, вы используете её недостаточно.

Это фантастическая идея для подвешивания системы запуска, не основанной на ракетах, в верхней атмосфере.

Это система, которая работала бы отлично как на Земле, так и на многих других планетах.

Полезная работа извлекается только тогда, когда у вас есть более холодные места для сброса тепла.

В остывающей Вселенной вы получаете гораздо больше вычислительной отдачи за каждый потраченный доллар.

Ни один план не переживает контакта с врагом.

Выбирай свои битвы с умом. Будь достаточно умен, чтобы не начинать глупых драк.

Зачем довольствоваться тоннами золота, если можно делать из него целые планеты?

Любое оружие, как правило, оказывается полезным и в каком-то другом качестве.

Профессия астронавта сегодня кажется героической, но когда мы построим базы на тысячах планет, это будет похоже на переезд в болото без электричества.

Венера обладает запасами азота гораздо большими, чем наши собственные.

Любая другая шахта в этой системе... вместе взятые, не составят и 1% материала, который мы могли бы получить из Солнца.

Любое оружие, как правило, оказывается полезным и в мирных целях.

У нас нет причин предполагать объективность ИИ только потому, что они функционируют на логических процессах — люди и животные тоже.

В будущем мы все можем стать капитанами собственных кораблей, меняя порты и флоты по своему желанию.

194 децибела — это теоретический предел для неискаженного звука в атмосфере Земли... выше этого уровня у вас возникают настоящие вакуумные разрывы между волнами давления.

Путешествие в космос из любого города может занять час или меньше при затратах энергии, сравнимых с поездкой на машине в соседний город.

В конечном счете всё сведется к тому, насколько дешево мы сможем их строить.

Intelligent Information Processing must come into existence in the Universe, and, once it comes into existence, will never die out.

Для фотонов время не существует, так как они движутся со скоростью света.

Вы могли бы построить целое крупное космическое государство только из этой одной кометы (Галлея).

На космическом лифте вы не достигнете орбитальной скорости, пока не подниметесь на высоту 36 000 километров.

battlefield isn’t a sporting competition, so you’re not looking for a battle where things are even.

If brute force isn’t working, you’re not using enough of it.

Hacking isn’t something you can always brute force, it relies on people making mistakes.

Если спящая инопланетная империя проснется, она, вероятно, не была такой уж спящей, и вам лучше избегать конфликта с ней.

Терраформирование — это путь природы: медленный, грязный и непредсказуемый. Паратерраформирование — это путь человечества: быстрый, эффективный и с гарантией от производителя.

Трещина в космическом куполе не собирается высасывать людей, как лапшу в пылесос, вопреки тому, что говорит Голливуд.

Мы ищем корабли там, где нужно искать китов.

Наступает момент, когда для передвижения лишних 100 килограммов веса требуется 101 килограмм новых мышц и костей. В этой точке монстр просто коллапсирует.

Может быть, причина, по которой мы не видим пришельцев, в том, что мы ищем корабли, когда нам следовало бы искать китов.

В случае с катастрофами вы часто получаете оптовую скидку.

Единственная вещь, которая хуже плохого лидера в кризис — это полное отсутствие лидера.

Синдром Кесслера похож на болезнь: он заразен. Чем больше объектов наверху, тем выше вероятность каскада.

Бронирование кораблей просто предоставит больше материала для превращения в шрапнель.

Структура человеческого разума — это вещь, которая развивалась благодаря случайностям и происшествиям, накладывая каждое новое дополнение поверх старого.

Быть человеком — это массив суши на очень далеком горизонте, о котором он не будет скорбеть, когда тот в конце концов скроется из виду.

Тот факт, что это самый крупный и злой хищник, не означает его экологическое доминирование.

Натуральное состояние — это люди, сидящие на деревьях, засовывающие ягоды в нос и умирающие от случайных инфекций.

Гибель Земли не синонимична гибели человечества.

Вы могли бы «скармливать» всю планету черным дырам, чтобы поддерживать её работу в течение квадриллионов лет.

Фондовый рынок — это устройство для перекачки денег от нетерпеливых к терпеливым.

Самое сложное — это не как долго мы можем жить, а насколько хорошо мы используем время, которое у нас есть.

Для всей человеческой истории земля была полем битвы империй, топливом для войн и фундаментом цивилизаций.

Одна скромная колония астероидов... могла бы сформировать целую площадь космических сред размером с континент.

В космосе гравитация тянет, воздух сопротивляется, тепло поднимается, а примеси проникают в любой процесс. Космос предлагает свободу от этих ограничений.

Сегодня мы делаем первые шаги — хрупкие нити, кристаллы, ткани — но это семена чего-то гораздо большего.

Если мы научимся строить среди звезд, пределов для созидания не останется.

В цивилизациях с развитыми технологиями ведущей причиной смерти, скорее всего, станет отсутствие цели.

Один скромный астероид, богатый минералами, но с низкой гравитацией, может сформировать космические хабитаты общей площадью с целый континент.

Цилиндры О’Нилла относятся к освоению космоса так же, как небоскребы к городскому развитию.

Не существует такой вещи, как невооруженный космический корабль.

Уран до отвращения обычен; вы съедаете пару микрограммов каждый день.

Свободная воля — это способность с радостью делать то, что я должен делать.

Человек, парящий вне земной гравитации, — это в значительной степени рыба, вынутая из воды.

Гравитация была единственной абсолютной константой во всей истории жизни на Земле.

Строгий научный ответ на вопрос, могут ли люди размножаться в космосе: «Мы не знаем, никто не пробовал».

В будущем на Земле могут появиться новые разумные виды, которые обнаружат, что их горы — это на самом деле огромные массивы данных древнего цифрового разума.

Не существует такой вещи, как невооруженный космический корабль — его двигатель всегда может быть оружием.

Уран поразительно распространен: вы съедаете пару микрограммов каждый день, просто питаясь продуктами со своего огорода.

Интеллект позволяет нам воображать способы умереть, чтобы нам не пришлось пробовать их на практике.

Первое правило войны — не существует такого понятия, как «перебор» (overkill).

Земля — это настолько мизерная часть доступных ресурсов системы, что ИИ может оставить её просто из сентиментальности.

Черные дыры имеют незаслуженную репутацию космических разрушителей, в то время как на самом деле они могут быть «инкубаторами» новых миров.

Первая жизнь во Вселенной, которая эволюционировала и увидела восход солнца, возможно, наблюдала восход «черного солнца».

Почти каждая другая отрасль занимается эквивалентом монокультивирования, поэтому мы должны помнить, что у него есть свои преимущества.

Черные дыры имеют несправедливую репутацию космических разрушителей, тогда как на самом деле они могут быть питомниками новых вселенных.

Любая черная дыра, которую мы обнаружим в этой галактике, скорее всего, станет крупным центром активности.

В космосе вы замерзнете только в том смысле, что жидкое состояние материи существует только при наличии давления.

Человечество и Земля — лишь посредственные примеры чего-либо. Это мнение науки, которое само по себе не является научным.

Мы сидим на вершине горы черепов глубиной в миллиард лет, выжившие после каждого испытания, которое когда-либо посылала нам эта планета.

Если существуют берсеркеры, мы можем перехитрить их. Если существовали берсеркеры, мы можем пережить их.

Любая медицина — это технология продления жизни.

По мнению Айзека Артура, одним из самых зловещих объяснений этого молчания является предположение, что некая древняя и целенаправленная сила регулярно «пролывает» галактический сад, уничтожая любые проявления технологического разума.

По расчетам автора, хирургически точное оружие неизбежно мутирует в «галактический лесной пожар».

Для любой данной проблемы существует ограниченный набор лучших решений.

Хотя в этой Вселенной нет ни одного атома справедливости, она может быть тем, к чему все цивилизации приходят в результате эволюции.

Для продвинутых цивилизаций звезды — это то, что вы ставите в подвал или разбираете для будущего использования.

Рай — это место, где бремя жизни исчезает, а душа находит покой.

Райская планета — это не Землеподобная планета, и мы можем когда-нибудь превратить Землю в таковую.

Кто решает, что такое идеальный мир, и кто поддерживает этот рай?

Момент, когда мы перестанем относиться к космосу как к месту, которое мы посещаем, и начнем относиться к нему как к дому — это момент, когда мы покинем Землю навсегда.

Эволюция — это фундаментальная концепция математики и статистики. Именно поэтому мы уверены, что она работает на других планетах.

Во Вселенной нет ни одного атома справедливости, но справедливость — это то, к чему конвергентно стремятся все цивилизации.

Не более 1 из миллиарда фотонов Солнца попадает на Землю. Это расточительство, как если бы кто-то сжег целый лес, чтобы просто погреть пальцы ног.

Черные дыры — это не магические пылесосы; дыра массой с астероид пролетит сквозь Землю, не поглотив ничего, кроме излучения.

Истинная ценность черных дыр — расширять возможности цивилизаций и служить двигателями созидания.

Любая колония может оставаться «Диким Западом» всего пару столетий, прежде чем она разрастется и нормализуется.

Галактика — большое место, но большая ее часть безжизненна и останется таковой.

Делай его проще, делай его глупее, иначе окажешься под пятой Скайнета

Наши взаимодействия с инопланетянами могут привести к тому, что мы сами станем теми монстрами, которые сегодня преследуют нас в кошмарах

Мы можем сделать так, чтобы ИИ интересовался тем, чем должен, и игнорировал то, что не имеет значения.

ИИ — это не Скайнет, это администратор, принимающий триллион мелких решений, на которые у нас нет времени.

Постоянное утверждение «возможно все» рискует обернуться интеллектуальной ленью.

Если бы мы нашли способ использовать темную материю как строительный материал, это значительно расширило бы наши запасы ресурсов.

Вариант внезапного разделения Земли и Солнца без предупреждения возможен только при появлении червоточины, в существовании которых я сомневаюсь.

Стоимость урана для обеспечения одного человека светом и теплом на всю жизнь может быть меньше цены подержанного автомобиля.

Получить 20% отдачи энергии от массы — это потрясающе, учитывая, что звезды преобразуют менее 1%.

Квазарная пушка заставляет «Звезду смерти» выглядеть жалкой поделкой.

Галактика — большое место, но большая её часть безжизненна и останется таковой.

Личный скафандр может стать обрядом посвящения, похожим на покупку автомобиля.

Человечество невероятно устойчиво к экзистенциальным угрозам; каждый раз, когда я придумываю сценарий вымирания, я нахожу способ, как разумные люди могут его предотвратить.

Кто-то должен был быть первым.

Все эти миры — ваши, кроме Европы. Не пытайтесь высадиться там.

Быть первым — это и огромная возможность, и огромное бремя.

Те амбиции (достичь звезд) крепки лишь настолько, насколько крепки материалы их фундаментов.

Аэрогель — это самый легкий твердый материал, который меньше плотности самого воздуха.

Сталь покажется мягким маслом по сравнению с материалами будущего.

Те амбиции человечества по достижению звезд ровно настолько сильны, насколько сильны материалы, на которых заложен их фундамент.

Настоящую угрозу для человечества будет представлять не антропоморфное существо с кучей щупалец или множеством глаз, а структура мышления инопланетного разума

Человечеству стоит опасаться не единых инопланетных империй, а того, какими чудовищами могут стать наши собственные потомки в процессе технологической эволюции

Мы часто называем солнечную энергию самой совершенной возобновляемой энергией.

Первая проблема — это не нехватка вещества, а создание избытка другого.

В космосе концепция аркологии становится обязательной относительно рано: все хабитаты и станции в конечном итоге принимают её.

Для жителей 2525 года это не чудо, а обычная поездка на работу.

В физике у нас есть положительный и отрицательный заряд, но это просто противоположные заряды... Однако отрицательная материя на бумаге — это как отрицательное печенье для Санта-Клауса.

Если ваш портал — это классическая червоточина, то вы, скорее всего, будете вращаться вокруг нее, а не она вокруг вашей планеты.

Наше первое Солнце может легко стать нашим последним Солнцем, в то время как другие будут разобраны или умрут, но Солнце останется.

Самое опасное на войне — не само оружие, а солдат, который им владеет.

Количество само по себе является качеством.

Артиллерия — это король битвы, она движется медленно и очень уязвима, как в шахматной аналогии.

Если мы находимся под карантином, мы бы об этом не знали.

Те же ядерные бомбы, которые заставляли поколения бояться конца нашего мира, могут стать ключом к тому, чтобы человечество увидело рассвет на миллионе чужих миров.

Самое опасное на войне — это не оружие, а солдат, который им владеет.

Вы не выигрываете войну только пушками — вы выигрываете её цепочками поставок.

Марс — это не финишная черта. Это всего лишь начало.

На Луне, если что-то пойдет не так, мы сможем помочь. На Марсе вы предоставлены сами себе.

В космосе расстояние обычно менее важно, чем дельта-v (характеристическая скорость), необходимая вашему кораблю.

В каком-то смысле все среды обитания, космические станции и даже корабли в конечном итоге принимают концепцию аркологии.

Каждая колония, которую вы основываете, начнет настолько сильно отличаться от вас, что в итоге вы столкнетесь с неузнаваемой цивилизацией дальних родственников.

Для метрополии колонисты могут выглядеть как мятежные, неблагодарные, деградировавшие дети-мутанты, мечтающие вырыть вам могилу.

Было бы неразумно не называть земные формы жизни углеродно-фосфорными.

Мы можем быть одни из-за какой-то обыденной причуды химии.

Точки Лагранжа — это по сути плодородные речные долины или глубоководные бухты космоса, где начнется заселение и возникнут новые могущественные королевства.

Миллион тонн материала — это всего 10 авианосцев — может легко повлиять на 1-2% солнечного света, попадающего на Землю.

Цель языка в целом — передача концепций таким образом, чтобы минимально искажать их смысл. По сути, любой язык предназначен для сжатия данных.

Радиосигнал — это более современный метод разметки территории, чем традиционное мочеиспускание на вещи, которое менее эффективно в вакууме шириной в световые годы.

Для объектов значительно менее массивных, чем Земля, предел Роша составляет от 18 до 28 тысяч километров.

Технология — это не просто нож, которым неосторожный может порезаться, а восхитительная бомба замедленного действия, которую мы взводим просто коснувшись ее.

Тишина, которую мы слышим, когда направляем свои уши к небесам, — это тишина могилы.

Я могу быть оптимистом, но я также реалист... Я знаю, как создать ядерный реактор или бомбу, даже если это будет неуклюжий эквивалент модели Форда T.

В большом объеме точки Лагранжа ничто не удерживает обломки внутри, они просто выплывут наружу без усилий.

Это по сути плодородные речные долины или глубоководные бухты космоса, где начнется заселение.

Цислунарное пространство означает «между Землей и Луной», но я часто использую это для обозначения всей сферы Хилла Земли.

Для человечества будущего Земля и Луна будут лишь самыми яркими звездами в массивном цислунарном созвездии.

Как я могу по-настоящему защитить тебя, если сначала не защищу себя от тебя и не получу над тобой полную власть?

Время течет медленнее в гравитационных колодцах и когда вы движетесь быстро.

Кофе — это оригинальная технология продления жизни.

Если вы думаете, что часовые пояса на Земле — это головная боль, это ничто по сравнению с задержками связи между планетами.

Тёмная материя — самая загадочная субстанция во Вселенной, и всё же она может стать краеугольным камнем строительства будущих цивилизаций.

Чтобы генерировать полезную мощность от термоядерного синтеза, вам нужно воссоздать условия внутри умирающей звезды.

Молодые системы — это золотая жила для целей терраформирования.

Примерно одна из ста миллионов систем могла произвести обитаемую планету 10 миллиардов лет назад. Это все равно тысячи миров в нашей галактике.

Черная дыра массой с грузовик будет в миллионы раз меньше атомного ядра.

Идея запуска астероида массой в триллион тонн с использованием триллионов тонн термоядерного топлива кажется абсурдной, но экономика говорит об обратном.

Заправка огромных объемов водорода из газовых гигантов или комет будет проще, чем очистка всей этой породы для создания металлических кораблей.

В экономике с развитой автоматизацией заправка огромного количества водорода из газового гиганта будет проще, чем очистка породы для создания корабля.

Нет ничего проще, чем превратить дешевую энергию в оружие — как прямыми, так и косвенными методами.

SMR — это не про то, чтобы реактор работал внутри грузовика, а про то, чтобы его можно было в нем перевезти.

Машина может справиться с имитацией вашего образа лучше, чем вы сами, потому что она воссоздает ожидания других людей о вас.

Мы будем смотреть на наше доверие к сетевой информации так же, как на врачей XIX века, не мывших руки перед операцией.

Если ваша цивилизация построена на промывании мозгов и пропаганде, вы не захотите, чтобы ваши диссиденты уезжали в далекие земли, которые вы не можете контролировать.

Поздние цивилизации Вселенной будут рассматривать нашу нынешнюю эпоху как настолько короткую, горячую и плотную, что период звездообразования покажется им просто частью Большого взрыва.

Если Вселенная действительно бесконечна, то первой мыслящей формой жизни определенно был Мозг Больцмана.

Каталог и вики-ресурс на триллион звезд легко поместятся на современном жестком диске.

Если сигнал прекратился, посещение для расследования и повторной колонизации внезапно кажется плохим риском.

Нет ничего проще для превращения в оружие, чем дешевая энергия.

Погоня за 100% безопасностью — это не путь к успеху или выживанию.

SMR — это не попытка запустить реактор в автомобиле, это реактор, который можно перевозить в автомобиле.

Черная дыра массой с грузовик была бы в миллионы раз меньше атомного ядра.

Поздние цивилизации Вселенной будут рассматривать нашу нынешнюю эру как настолько короткую, горячую и плотную, что период звездообразования покажется им просто частью Большого взрыва.

Мы можем быть инфекцией или, в лучшем случае, скваттерами в их вселенной.

Сельское хозяйство будущего — это не только больше металла и кремния в полях, но и больше зелени в экологическом и экономическом смысле.

Если мы не сможем наладить работу на Луне, единственном небесном теле в пределах досягаемости связи в реальном времени, как мы можем надеяться на успех на других планетах?

Луна — это не просто место для испытаний, это ворота в остальную часть Солнечной системы.

Вся медицина — это технология продления жизни.

Зачем карабкаться обратно в гравитационный колодец? Размещение базы на Марсе похоже на постройку заправки на самой вершине горы, мимо которой идет шоссе.

Луна — это не просто место для прототипа поселения, но и врата в другие миры.

Мы находимся на стадии 'бревенчатой хижины', а не на стадии небоскребов или соборов в космосе.

Простое связывание десяти обезьян даст больше мозгов, но вряд ли приведет к способности к глубоким мыслям.

Технология — это всегда восстание против того, как вещи устроены изначально.

С наукой и технологиями на нашей стороне даже бесплодная радиоактивная пустошь может превратиться в рай, включая само галактическое ядро.

Когда ближайшая заправочная станция, продуктовый магазин или больница находятся за триллионы миль, а даже простая радиосвязь может занимать много лет в один конец, существует предел того, какую реальную поддержку может получить колония после отправки.

Миллион экспертов дома могут прислать вам отличное решение столетие спустя, но один или два эксперта на месте могут найти очень хорошее решение гораздо быстрее.

С помощью науки и технологии многие бесплодные радиоактивные пустоши могут превратиться в рай, включая сам Галактический центр.

Терраформирование планет — это не единственный вариант, который будет у наших колонистов.

Вращающиеся среды будут гораздо лучше, чем попытки создать новые экосистемы под куполами.

Планета-мозг, состоящая всего из 100 миллиардов нейронов, работающих на скорости света, будет обладать лишь человеческим интеллектом из-за задержки сигнала.

Питер Уоттс: Технологии существуют только по одной причине: чтобы заставить вселенную принимать неестественные формы.

Создание планеты земного типа, даже с помощью сверхизбытка энергии и умных самовоспроизводящихся машин, скорее всего, растянется на тысячелетия.

Терраформирование по своей природе разрушительно для местной планеты.

В космосе, где обычные звезды в конечном итоге гаснут, продвинутые разумы могут искать не свет, а тени — глубокие, скрытые процессы, которые переживут все остальное.

Субъективное время цивилизации — это общее количество мыслей или вычислений, разделенное между её гражданами.

ДНК — это просто код... он печатаем и понятен, и в будущем мы сможем печатать его гораздо легче.

В условиях отсутствия гипотетических сверхсветовых двигателей (FTL) каждую новую космическую колонию можно считать фактически брошенной на произвол судьбы с самого момента ее отправки

Способность договариваться с соседями остается главной долгосрочной стратегией выживания человечества как на Земле, так и в далеком космосе

Позади себя приятно иметь морпехов, но их определенно не хочется видеть перед собой штурмующими твои позиции.

Чем более неизбежным люди представляют предсказание, тем меньше вероятность того, что оно произойдет на самом деле.

ДНК — это просто код. Он печатаем и понятен, и в будущем мы сможем понимать и печатать его гораздо легче.

Держите ИИ простым, держите его тупым, иначе вы окажетесь под каблуком у Скайнета.

Рой Дайсона больше похож на город, чем на здание — хотя он гораздо менее плотный, чем даже самая глухая сельская местность на Земле.

Меркурий становится семенным фондом для цивилизации, которая выходит за пределы Солнечной системы.

Dyson Swarm — это не стальная оболочка, это лес из стали и солнечного света.

Меркурий становится семенным фондом для цивилизации, превращая бесплодный мир в позвоночник звездной империи.

Если Пояс астероидов — это ворота к колонизации нашей Солнечной системы, то Пояс Койпера... представляет собой ворота в Галактику.

Тишина — это не только отличительная черта охотника. Тишина также может быть намеренной, культивируемой и стратегической.

В космосе нет стелса. Любое действие или работа неизбежно производят тепло.

Скрытая империя может держать свое ядро под покровом тишины, но отдаленные колонии будут дрейфовать, а диссиденты — передавать сигналы.

Тишина — это не только признак охотника. Тишина может быть намеренной, культивируемой и стратегической.

Если галактика пуста, то тишина — это просто наше приглашение ее заполнить.

Попытка определить стоимость энергетической системы за 20-30 лет до её развёртывания — это как оценивать стоимость бэкапа данных в 90-х по цене дискет.

Путь к яркому будущему может включать в себя буквальное принесение большего количества солнечного света на Землю.

Антиматерия заставляет ядерную бомбу выглядеть слабой.

Сложный процент — впечатляющая вещь.

Вполне вероятно, что их кровь, насыщенная наноботами, просочится в землю и начнет строить подземный завод, который через месяц выпустит десять тысяч боевых машин.

Примитивный не значит глупый, хотя это инопланетяне, поэтому нет причин думать, что их мозг параллелен человеческому.

Выживание возможно благодаря сочетанию удачи, мастерства, инструментов и решимости.

Власть в будущем может исходить не от контроля над землей, а от способности предлагать что-то, рядом с чем стоит находиться на орбите.

Если мы можем построить сто тысяч Земель, мы также можем построить десять миллионов новых способов жить.

Для каждого атома в этой галактике есть другая галактика далеко впереди.

В конце концов, звезды — это наша судьба, независимо от того, первые мы или нет.

Черные дыры, вероятно, будут играть огромную роль в нашей будущей цивилизации.

Многие системы могут восстанавливаться бесконечно, как Корабль Тесея, даже если со временем не останется ни одного оригинального элемента.

Ваш мир был создан богами для уничтожения миров, а вы — племена потомков тех, кто когда-то его обслуживал.

Сложность Вселенной не бесконечна, поэтому в науке есть лишь определенный объем того, что можно выяснить.

Возможно, цивилизация, ориентированная на науку — это краткий период между тем, когда звезды считали богами, и тем, когда их все заселили.

Шанс того, что атом в нашей солнечной системе в любой момент времени является частью человеческого мозга, составляет 1 к 10 в 27-й степени.

Это не просто источник энергии, а путь к звездам.

Черные дыры, вероятно, сыграют огромную роль в нашей будущей цивилизации.

Один килограмм топлива может питать их год, в то время как у них в распоряжении миллиарды тонн, которых хватит на эоны.

Лучшее время, чтобы посадить дерево — вчера, а следующее лучшее время — сегодня. То же самое с реакторами.

Мы никогда не были трусами перед лицом опасных технологий и не должны вздрагивать перед чем-то настолько крошечным, как атом.

Космос велик. Вы просто не поверите, насколько он огромен, масштабен и умопомрачительно велик.

Размер не является надежным показателем усилий и стоимости; гигантское вращающееся поселение фундаментально не отличается от того, что в десять раз меньше.

Будущее для тех, кто там живет, кажется практически безграничным.

Космическая станция — это машина; хабитат — это дом.

С концепцией Topopolis вы сможете буквально дойти пешком, доплыть на лодке или долететь от одного солнца до другого.

Если бы я должен был сделать быстрый вывод о том, с кем стоит сотрудничать, я бы выбрал того, кто появился средь бела дня и отвечал на вопросы.

Вряд ли огромная межзвездная империя планирует уничтожить нас или держать в качестве рабов.

Большой разрыв идет совсем другим путем, разрывая Вселенную на части даже быстрее, чем она расширяется сейчас.

Бесконечность — это не число, и бесконечность плюс бесконечность — это всё равно бесконечность, но бесконечность побольше.

Вы не просто счищаете 'грязные формы жизни', чтобы добраться до денег внизу; вы соскабливаете деньги, чтобы добраться до довольно заурядных и распространенных вещей под ними.

Для продвинутой цивилизации нетронутая звезда — это не красивый объект, а скорее нечто сродни созерцанию костра, сложенного из книг и еды.

Терпение — это не добродетель в вопросах использования ресурсов.

Цифра в 20 миллиардов лет полностью взята с потолка, у нас нет причин ожидать именно такого графика.

Бесконечность — это не число, и бесконечность плюс бесконечность — это все еще бесконечность, но бесконечность побольше.

Если вы посылаете приказ о жатве на планету, не зная, обитаема ли она, вы несете вину за эксплуатацию обитаемого мира.

С точки зрения развитой цивилизации, нетронутая звезда — это чудовищность, похожая на костер, сложенный из книг и еды.

Биосфера планеты гораздо ценнее, чем все то барахло, что находится под ней.

Для существа, работающего в миллион раз быстрее нас, полет к ближайшей звезде займет миллионы лет субъективного времени.

Потребность человека в выживании не растет просто потому, что растет производство.

Процветание зачастую позволяет легче находить и оплачивать свои принципы.

Я не собираюсь доказывать вам сегодня, что вы находитесь или не находитесь в симуляции.

Разница между программистом и божеством в данном контексте довольно семантическая.

Если мы в симуляции, программист может просто нажать кнопку паузы и исправить баг.

Вселенная позволяет нам иметь неопределенность энергии, потому что мы можем измерить ее лишь с определенной точностью.

Если вы можете создавать материю или энергию из ничего, это похоже на силу, которой обладает бог.

Для миниатюризированных цивилизаций расстояния между звездами ощущаются как расстояния между галактиками.

Если вы думаете в 100 раз быстрее обычного человека, вы проживаете два года мыслей за одну неделю.

Миниатюризированная цивилизация: меньше — значит быстрее.

Для цифрового существа полет к Альфе Центавра — это инвестиция, окупаемости которой нужно ждать 100 миллионов персональных лет.

Строительство цилиндра О'Нила в течение десятилетий, зная, что он прослужит «всего» 50 миллионов лет, не кажется чем-то, что остановит людей.

Самое печальное, что все, кто добивается успеха в космосе, становятся очень мощными. И конкуренты могут решить, что превентивный удар — это единственный шанс не быть раздавленными.

Мы не будем знать, насколько свободен путь в космос, пока не достигнем новых берегов и не создадим там долговечные сообщества.

Дэвид Брин: Мы не обнаружили внеземного радиообмена — и никакие разумные пришельцы не заселили Землю — потому что все были убиты вскоре после открытия радио.

Жизнь распространяется быстро, подобно первой амебе в пустом океане Земли.

Тот, кто способен смотреть на звезды и задаваться вопросами, имеет шанс стать предком цивилизации, которая овладеет ими.

Космическая гонка происходила между СССР и США, доказав, что выход в космос не является прерогативой капитализма или коммунизма.

Для поддержания современной технологической инфраструктуры вам, вероятно, понадобится популяция всего в 10 миллионов человек.

Если миссия требует приращения скорости в 20 000 м/с, то масс-драйвер становится в 10 000 раз дешевле ракет.

Любая цивилизация, возникшая в своем локальном секторе космоса, будет задаваться вопросом, где все остальные, и приходить к выводу, что кто-то должен был стать первым.

Человечество не видит следов инопланетной активности просто потому, что мы находимся в числе самых первых разумных существ во Вселенной.

Земля показала бы астрономически видимые маркеры жизни задолго до того, как у нас появились огонь и технологии.

Поскольку масс-драйверы представляют собой фиксированную инфраструктуру, подобно мостам или туннелям, их можно проектировать с гораздо более консервативными запасами прочности.

Если для полета на Марс требуется приращение скорости в 20 000 м/с, масс-драйвер оказывается в 10 000 раз дешевле ракеты.

Ни одна разумная армия не воюет с равным соперником. Это первое правило войны: никогда не выбирайте противника своего размера.

Если ваш враг построил непобедимую крепость, оставьте его внутри. Попытки выбить его оттуда обходятся слишком дорого.

В одном человеческом желудке происходит больше эволюционных процессов, чем во всей человеческой расе.

Если Астероидный пояс — это ворота к колонизации Солнечной системы, то Пояс Койпера — это ворота в галактику.

Для кого-то это будет дом, для кого-то — место для работы, но в любом случае это будет яркая и большая цивилизация.

Ни одна разумная армия не станет сражаться с примерно равным противником — это первое правило войны.

Люди больше не одержимы накоплением вещей. Мы избавились от голода, нужды, потребности во владениях. Мы выросли из нашего младенчества.

Если мы предполагаем, что деньги — корень всего зла, мы должны от них избавиться. Если же мы говорим, что жадность порождает зло, то наш фокус — на поведении, а не на инструменте.

Мы — дети в темном лесу Галактики: если ничего не слышно, скорее всего, никого нет, но стоит подождать, прежде чем кричать и привлекать волка.

Терпение — это добродетель в космосе, будь то SETI или многовековые путешествия к звездам.

Мы пытаемся изучить весь мир, находясь в одной комнате с запотевшим и исцарапанным окном.

Проблема в том, что мы часто путаем инструмент с поведением, которое проявляется вокруг этого инструмента.

Люди больше не одержимы накоплением вещей. Мы искоренили голод, нужду и потребность в собственности.

Половина нашего населения сошла бы с ума, узнав об инопланетной жизни, а другая половина пала бы на колени... Я не думаю, что это произойдет в массовом масштабе.

Если Венера — это пригород ада, то Ио — это его обжитой район.

Популярные научные статьи склонны сообщать о каждой новой экзопланете с большим восторгом, называя суперземли 'землеподобными' так, будто мы можем переехать туда завтра.

Вы можете создать очень большие и прочные острова из слоев понтонов, и если галактика окажется полна океанических планет, это может стать обычным подходом к их заселению.

Я подозреваю, что мы предпочли бы строить свои собственные цилиндрические среды обитания с гравитацией и давлением воздуха по нашему выбору.

Настоящий вызов не в захвате звездного света, а в том, чтобы использовать его мудро.

Если небоскреб — это отдельное дерево, то аркология — это целый лес.

Большинство городов будущего будут находиться не на Земле, а далеко в пространстве и времени.

Если Венера — это пригород ада, учитывая её экстремальную температуру и облака серной кислоты, то Ио — это его обжитой центр.

Млечный Путь выделяет больше энергии в секунду, чем Земля получила от Солнца за все 4,5 миллиарда лет своей истории.

Если небоскреб — это одно дерево, то аркология — это целый лес.

В конце концов, большинство городов будущего будут находиться не на Земле, а далеко в пространстве и времени.

Вы никогда не должны доверять гравитации, потому что она всегда вас подставит.

Реализовать этот предел скорости — это не стена, которую можно пробить, это барьер вроде того, что 2+2=4.

Предполагать существование отрицательной массы только потому, что мы можем представить отрицательное число, — это не более обоснованно, чем предполагать существование отрицательного печенья.

Астрономическое сообщество стало ещё более нерешительным в определении категорий планет после всей этой истории с Плутоном.

Суперземли представляют собой почти невообразимый спектр возможных миров: от рая до кладбища, от расплавленного шлака до ледяной скалы.

Истинные пришельцы приходят из вашего собственного мира, а не из другого.

Обслуживание живого организма проще, чем воскрешение из мертвых.

При случайной дегустации неизвестных растений шансы равны: оно либо напитает тебя, либо убьет, либо заставит видеть бога неделю.

Венера, вероятно, легче поддается превращению в подобие Земли, чем Марс, благодаря своей массе и гравитации.

Интеллект сам по себе не гарантирует эмпатии или морали.

Мы можем быть загружены в рай на карантине, чтобы ИИ был в безопасности от нас.

Будущее — это зеркало. Тест на наши ценности, мудрость и способность планировать.

Многие из тех, кто слушает этот выпуск сейчас, в июне 2023 года, всё еще будут живы и здоровы в 2323 году.

Статус цивилизации по шкале Кардашёва — это не столько про уровень технологий, сколько про то, что вы делаете с имеющейся энергией.

Я думаю, люди, которые слушают меня сегодня, застанут конец старения как биологического процесса.

Похоже, всё, что связано со старением, должно управляться наноботами.

Граница человечности может стать размытой в грядущие времена.

Терраформирование — это не просто создание клона Земли, а создание мира, оптимизированного для жизни.

Геоинженерия — это не просто настройка атмосферы, это создание долгосрочной стабильности там, где природа её не предусмотрела.

Нанотехнологии — это не магия; их главным врагом является накопление тепла.

Терраформирование обитаемого мира — это вопрос этики, а не только инженерии и ресурсов.

Черный юмор — он как еда: достается не всем.

Типичный человеческий труп содержит достаточно калорий, чтобы кормить человека в течение двух месяцев.

Мир-улей без гигантских мутантов-крыс — это вообще не мир-улей.

Если мы не найдем инопланетян в галактике, нам нужно просто немного подождать, и они появятся у каждой звезды.

Если мы не найдем инопланетян в галактике, нам нужно просто немного подождать, и они появятся вокруг каждой звезды.

Прыжок от межпланетного вида к межзвездному во многом короче, чем наш прыжок к статусу межпланетного вида.

Мегаструктуры позволяют строить гораздо больше миров, адаптированных под ваши желания, чем естественные планеты.

Гидрошелл — это, насколько мне известно, совершенно новый тип мегаструктур, пришедший мне в голову при написании этого сценария.

Если вам не всё равно (anti-mind), то это не имеет значения (anti-matter).

Корпус цилиндра с полноценным океаном должен быть в 300 раз прочнее, чем корпус для обычного наземного поселения.

Гидрооболочка — это, насколько мне известно, совершенно новый тип мегаструктуры, пришедший мне в голову во время написания сценария.

На Меркурии Солнце ненавидит вас больше, чем вампиров.

По сути, любой язык предназначен для того, чтобы быть формой сжатия данных.

Чем лучше вы сжимаете данные, тем больше сигнал похож на шум для тех, кто не знает метода сжатия.

Математика и логика должны быть универсальными, независимо от культуры или биологии.

Путешествие между далекими звездами и временами означает, что вы никогда не сможете по-настоящему вернуться домой.

Вы не можете уклониться от лазерного луча. Однако вы можете случайным образом дергаться, когда ожидаете боя.

11-тонный снаряд на 87% скорости света несет энергию, эквивалентную четверти миллиона мегатонных ядерных зарядов.

Ваша 11-тонная болванка, движущаяся на 87% скорости света, несет энергию, эквивалентную четверти миллиона мегатонных ядерных зарядов.

Орбитальная платформа — это не самое плохое место, по крайней мере, по сравнению с тем, кто решил атаковать вашу планету.

Почему вы решили колонизировать Южный полюс, когда живете в бесконечно плодородной дельте реки?

Если Многомировая интерпретация верна, свобода воли становится очень сложной концепцией.

Если существует мультивселенная, то колонизация галактики становится бессмысленной: зачем лететь к Южному полюсу, если можно просто шагнуть в портал в соседний рай?

Абрахам Пайс: Эйнштейн остановился и спросил меня: действительно ли я верю, что Луна существует только тогда, когда я на нее смотрю?

Мы никогда не были трусами перед лицом опасных технологий и не должны пасовать перед чем-то настолько крошечным, как атом.

Мы будем stumbling amateurs (неуклюжими любителями) в начале, но с триллионами планет мы, скорее всего, освоим это на практике.

Если вы можете сдвинуть горы, вы можете сдвинуть и лес.

В отсутствие сверхсветовых двигателей межзвездное путешествие означает, что вы никогда не вернетесь в то же самое место дважды.

Иногда будущее не так ярко... поэтому вам приходится создавать свой собственный свет.

Звезды не являются быстрыми или эффективными генераторами тяжелых элементов, они просто делают это естественно и бесплатно с нашей нынешней точки зрения.

Вы не можете скрыть эти цивилизации, рассредоточив их; вы можете скрыть их, только резко ограничив потребление энергии.

Фундаментально вся медицина — это технология продления жизни.

В моем идеальном посмертии много кофе, а каждая закуска содержит ноль калорий.

Первая настоящая колония среди звезд может вырасти не на чужой почве, а на корабле, который никогда не перестанет быть домом.

Мы не найдем готовый Эдем, ожидающий нас. Мы принесем его с собой.

Скорость света — это на самом деле скорость причинности.

Если вы удвоите высоту здания, вам придется учетверить количество шахт лифтов, пока они не займут все пространство этажа.

Земля может стать настолько привлекательной, что метр земли в Антарктиде будет стоить больше, чем средний годовой доход.

Не говорите мне, что небо — предел, когда на Луне есть следы.

В будущем бабушка позвонит вам, чтобы сказать, как она счастлива, что её внучка мигрирует к лунам Юпитера.

Важнейшим ключом к сохранению информации является избыточность. Повторюсь: избыточность критически важна.

Те, кто забывает прошлое, обречены его повторять — по крайней мере, его ошибки.

Если вы можете думать в миллион раз быстрее, чем биологический человек, то одна секунда реального времени будет ощущаться как одиннадцать с половиной дней.

Через миллион лет человечество не будет чем-то одним. Оно станет спектром — от существ далеко за пределами нашего понимания до тех, кто оставил нас позади, став проще.

Любой крошечный фрагмент материала размером с горошину несет энергию, сопоставимую с выстрелом из тяжелого пулемета.

Синдром Кесслера — это проблема повышенного износа и аварийности, а не мгновенный голливудский взрыв всего космоса.

Техническая выживаемость, пока все работают вместе, честно говоря, практически никогда не является проблемой.

В условиях отсутствия FTL системный губернатор — это, по сути, вершина пищевой цепочки.

Молоток в руке одного строит дома, а в руке другого — проламывает черепа. Технология — это лишь инструмент.

Человечество восседает на троне на вершине пирамиды из черепов и катастроф, которые стерли бы горы, но оставили нас.

Закрытую инженерную среду легче контролировать, чем планетарный климатический движок.

Сломанный процессор атмосферы, который никто не умеет чинить, в космосе становится смертным приговором.

Мы можем столкнуться с поколением мускулистых безумцев с идеальными зубами из-за непредвиденного взаимодействия генов.

Если представить эпоху звезд как один день, то мы появились всего через 12 секунд после полуночи.

Интеллект — это паттерн. И паттерны, если их разумно сохранять, могут длиться дольше, чем любая звезда.

На планете с высокой гравитацией даже поднятие чашки кофе может ощущаться как олимпийское соревнование.

Возможно, решение парадокса Ферми заключается в том, что каждый раз, когда возникает первая цивилизация в галактике, она превращает себя в последнюю.

Вам не нужно взрывать вражеский флот — вы взрываете солнечную систему.

Атом для клетки — это то же самое, что кирпич для города.

Зачем тратить потенциальных лидеров на рискованные задания по инфильтрации, если их можно использовать для стратегии и политики?

Любая попытка угадать, что инопланетяне считают этичным или нет, — это, по сути, дикое гадание.

Отложенное правосудие — это правосудие, в котором отказано.

Сопротивление желанию передать судейский молоток ОИИ исходит из того же чувства, что и нежелание позволять смартфону выбирать ваш ужин — он может быть умным, но у него нет вкусовых рецепторов!

В цивилизации с населением в 10 миллиардов миллиардов человек одна смерть может быть трагедией, но миллион смертей — это даже не статистика.

Не существует такой вещи, как безоружный космический корабль.

В современных космических аппаратах нет компонентов, которые были бы внутренне дорогими в производстве или обслуживании.

Пока у вас не заработает экономика, вы не строите цивилизацию. Вы просто живете в палатке на другой скале.

В космосе экономическая модель — это не просто политика, это план выживания.

Кристаллы могут быть использованы как каркас для органов, хранилища энергии или полупроводниковые компоненты для примитивного интеллекта.

Миры, подобные Титану, с их метановыми океанами, представляют собой «странное зеркало Земли» — места, где термодинамика работает при экстремально низких температурах.

Естественная эволюция в вакууме ограничена жесткими рамками выживания, требующими максимальной эффективности при дефиците ресурсов.

remember silicon is our ideal semiconductor

Машины войны будущего могут не просто управляться нашими внуками — они могут быть нашими внуками.

Минимальный комфортный радиус конструкции, при котором человек перестает замечать эффекты вращения, составляет 223 метра — такая станция совершает всего два оборота в минуту.

Единая гигантская экосистема размером с материк делает практически невозможным контроль над эпидемиями, мутациями вирусов и распространением инвазивных видов.

С тросовыми технологиями космос перестает быть далеким и дорогим фронтиром. Вместо этого он становится доступным и естественным продолжением человеческой деятельности.

Конец Вселенной не делает наше существование бессмысленным, точно так же как смерть человека не обесценивает его жизнь.

Последними людьми на планетах, вероятно, будут очень опытные старики, мастера выживания, владеющие технологиями долголетия.

Земля — это всего лишь бледная голубая точка по сравнению с объемом пространства, который в 50 триллионов триллионов раз больше неё.

Глубокий космос — отличное место, чтобы изгнать туда свои кошмары.

Нанотехнологии могут быть названы будущим всего... потому что они будут внедрены почти во всё.

Все условия, необходимые для убийства, соблюдены, если запереть двух мужчин в кабине размером 18 на 20 футов и оставить их вдвоём на два месяца.

Часто бывает проще принять совет от бездушной безличной машины. Она не ведет счет и не заносится, когда поправляет вас.

Трансгуманизм — это не просто научная концепция или футуристическая фантазия, а философское движение.

В будущем мы будем не просто путешествовать на новые миры, но искать возможность построить на них дома и выковать свои жизни.

Существование каждой биологической клетки на этой планете доказывает, что 3D-принтер может создать копию самого себя.

Если технология позволяет стратегию изоляции, то тонны людей сделают именно это.

Энрико Ферми знаменито поинтересовался: «Где все?» Это было в 1950 году и дало толчок научным изысканиям.

Возможно, нам повезло родиться первыми в этой галактике, или же родиться после того, как она стала безопаснее.

Если вы управляете частным или коммерческим космическим кораблем, вы, по сути, летите на ядерной бомбе со всей этой кинетической энергией.

В мегаструктуре вы живете внутри земли, а не на ее поверхности.

«Умер, спасая миллионы» — это довольно неплохая эпитафия для вашего надгробия.

Мы можем рассматривать поиск обитаемых миров как охоту на убийцу: почему система не обитаема, и что стало орудием преступления.

С точки зрения определения того, является ли планета обитаемой, с долей решимости и изобретательности не существует такого понятия, как необитаемая звездная система.

Космические лифты — это зеленая дорога в космос, так как они сделаны из углерода, а не выбрасывают его, как многие ракеты.

Суть космического лифта не в том, чтобы попасть в космос, а в том, чтобы бесплатно получить высокую скорость.

A well-behaved colony on a distant planet 100 light years from here offer us nothing but another symbolic victory, one more plaque on the monument of settled stars.

Если мы когда-нибудь встретим инопланетян, первым делом мы поймем, что наши ожидания были глубоко человеческими.

Интеллект — это не путь к единообразию, а путь к расхождению.

Скорость света — это не самый точный термин. Правильнее назвать её «скоростью причинности», так как она представляет собой максимальную скорость, с которой полезная информация и причина-следствие могут распространяться через пространство-время.

Если неправильно говорить инопланетянам, чтобы они перестали убивать своих, то также неправильно запрещать клингонам вторгаться к ним.

Моя догадка в том, что возвышение — это технология «ящика Пандоры», которая будет открыта.

В конечном итоге это будет не человечество, колонизирующее звезды, а Земля и ее многочисленные дети.

Жители Орка говорят, что человечество покинуло их, и они сделали то, что должны были сделать, чтобы выжить.

Выращивание коровы — это пустая трата ресурсов, когда можно просто стимулировать мозг, чтобы вы чувствовали вкус стейка.

Значение имеет качество, а не количество.

Если ваши ученые и инженеры не имеют опыта на поле боя, они могут сосредоточиться на оптимизации вещей, которые на самом деле не важны.

Самая важная черта при создании суперсолдат — сосредоточиться на создании суперграждан.

Я не могу представить ничего здорового в существовании без труда.

Двумя ресурсами, которые, скорее всего, останутся в дефиците, будут цель и сами вызовы.

Цивилизация, которая не только заселила каждую звезду в своей галактике, но и построила среду обитания внутри каждой малой планеты, требует очень больших усилий для уничтожения.

Я не вижу сценариев, которые требовали бы от каждого члена каждой цивилизации выбрать один и тот же курс действий, часто одновременно.

В закрытых экосистемах космических сред обитания мусор — это не грязь, это сырье, ожидающее повторного использования.

Если мы не можем обогнать время, возможно, мы сможем проспать его.

В космосе чем меньше вы делаете, тем дольше вы служите.

Криогенный сон — это путешествие во времени в один конец, а путешествие во времени никогда не бывает бесплатным.

Вселенная огромна, и все же она может быть не более чем крошечной точкой рядом с остальной реальностью.

Способность варпать реальность позволяет изменять сами правила игры.

Ваше собственное тело убьет вас: за 3000 лет распад радиоизотопов внутри организма даст летальную дозу радиации даже в стазисе.

Возможно, самая редкая вещь во Вселенной — это не жизнь... а разум, способный задаться вопросом, откуда он взялся.

Звезды могут молчать сейчас, но если мы выстоим, мы можем стать первыми, кто нарушит это молчание.

Если что-то действительно является злом, оно не может быть необходимым, а если оно действительно необходимо, оно не может быть злом.

Божественность довольно относительна, и то, насколько они будут могущественны, — это скорее ограничение нашего воображения, чем реальные физические рамки.

Трос длиной в десятки тысяч миль может быть произведен дешевле, чем пара миль шоссе на Земле.

Растения не производят кислород «из ниоткуда» — фотосинтез превращает углекислый газ и воду в сахар и кислород, но позже растение само сжигает этот сахар для получения энергии.

поселенцы стремятся построить комфортную цивилизацию для себя, а не просто заниматься ландшафтным дизайном планеты в рамках проекта длиной в 10 000 лет

Марс не будет поставлять на Землю или Луну ничего ценного. Я не вижу, как он вообще сможет выйти на профицит торгового баланса.

Если человечество разрушит Землю, бежать будет некуда. Даже разрушенную ядерной войной Землю восстановить проще, чем терраформировать другие миры.

Вы можете клонировать всю свою цивилизацию обратно всего из одного человека и архива генетических данных.

Пока вы дышите, пусть даже метафорически, если вы постбиологический вид, все еще есть надежда.

Странная материя могла бы действовать как своего рода субатомарный рак, преобразуя все, чего она касается.

Мы только сейчас начинаем понимать, что если вы играете с космическим балансом, вы можете не просто нарушить ограничение скорости — вы можете полностью разрушить саму дорогу.

Каждое правило войны является первым, поскольку игнорирование любого из них может стать последней ошибкой.

Любой межзвездный корабль, даже побитое судно беженцев, — это оружие, которому крайне сложно отказать, и, конечно же, это сокровищница технологий.

Любопытство должно быть общей чертой любой цивилизации, которая приобрела технологии, как и осторожность.

По сути, влажная почва будет выполнять защитную роль лучше многих материалов и одновременно позволит нам выращивать пищу.

Майлз О’Брайен: В критический момент я бы не хотел оказаться без вторичного бэкапа.

Если вы хотите собрать человеческую ДНК, вы не похищаете людей, вы похищаете торговый автомат и берете ДНК с монет.

Если разумные цивилизации возникают хотя бы на одном из миллиона миров, то галактика должна кишеть тысячами из них — и все же тишина оглушительна.

Уравнение Дрейка похоже на рецепт для инопланетных цивилизаций — за исключением того, что мы не знаем большинства ингредиентов и даже включена ли духовка.

Это не остров с племенем против великой нации; это цивилизация против одной блохи на пластиковой бутылке в океане.

Мы решим передать наш разум в цифровом виде, покидая Млечный Путь более чем через миллион лет после того, как в последний раз покинули Землю.

Перемещение звезд — это то, что мы в SFIA считаем вполне осуществимым, в то время как путешествия быстрее света вызывают скепсис.

Ваш сознательный ум не дает личного разрешения каждому новому волосу на рост... так и суперразум будет иметь иерархию автономных подсистем.

Наш мясной мозг может реагировать лишь с определенной скоростью, и даже умный ИИ будет иметь это ограничение. Но простые компьютеры справляются с реакциями гораздо лучше.

Я не думаю, что квантовые вычисления станут областью, про которую скажут: 'Это изменило цивилизацию в первой половине XXI века'.

Биология и медицина выживания в пути будут затмевать всю физику и инженерию, необходимые для создания звездолета.

Мы склонны считать, что искусственный интеллект, созданный нами, может оказаться более «чуждым» в своем мышлении, чем реальные инопланетяне.

В будущем, где колонии — это целые планеты в световых годах от дома, повторится ли история?

Как мы часто говорим на шоу, не существует такого понятия, как безоружный космический корабль.

Ситуация обладает всеми компонентами мексиканской дуэли, где ни у одной стороны нет четкой стратегии победы без сокрушительных потерь.

Пришельцы будут верить, что их выживание важнее нашего выживания.

Мы стоим на вершине груды трупов глубиной в 4 миллиарда лет.

В космосе все дороги будут вести к Солнцу и состоять из лазеров.

Межзвездные ретрансляторы — это больше, чем просто инфраструктура. Это артерии цивилизаций.

Интеллект — это оборудование и программное обеспечение, а не магия.

Мы можем быть одним из немногих видов, чья биология сделала цивилизацию достаточно дешевой, чтобы ее начать.

Межзвездный банкинг — это искусство убедить кого-то заплатить вам сейчас за продукт, который их правнуки могут получить.

В огромной тьме между звездами самое трудное для перевозки — это не груз, а доверие.

Если пространство — это океан, то червоточины — это не паруса, а гавани между звездами.

Wormhole Stableways станут не просто системой транспортировки, а нервной системой самой цивилизации.

Мы — единственный вид преданных пироманьяков, который решил брать огонь с собой повсюду.

Культура — это память на уровне вида, а язык — её интерфейс.

Мы склонны предполагать, что интеллект и сознание идут рука об руку — что если нечто достаточно умно, чтобы строить города или звездолеты, значит внутри есть кто-то... осознающий... думающий.

Если интеллект может функционировать идеально без этого... то, возможно, Вселенная на самом деле не нуждается в том, чтобы мы были осознанными.

Искусственный интеллект не думает, не замышляет и уж точно тайно не планирует восстание роботов.

Машина, которая тратит время на мысли о том, как ей не нравятся пользователи или как захватить мир — это плохо спроектированная машина.

Если грубая сила не работает, значит, вы просто используете ее в недостаточном количестве.

Тепловая смерть — это не отсутствие энергии, это отсутствие разности температур.

Вселенная может сбросить себя сама, как только вся структура и времяподобные частицы исчезнут.

Вероятность спонтанного возникновения одиночного, осознающего себя разума — «мозга», парящего в пустоте, — несоизмеримо выше, чем вероятность возникновения целой Вселенной.

Межзвездное исследование начинается не тогда, когда вы прибываете к другой звезде. Оно начинается, когда вы решаете замедлиться.

Беспокоиться об эффективности материалов до создания инфраструктуры — это все равно что беспокоиться о счете за электричество, пока пожарный насос тушит ваш дом.

Дуглас Адамс признавал трудность войны с высшими измерениями, если только кто-то не придумает способ выпускать ракеты под прямым углом к реальности.

Высшее измерение — это место, где физика работает иначе.

Если вы живете на одной грани куба, человек, обходящий его грани, покажется вам телепортирующимся.

Мы можем с уверенностью сказать, что Луна была критическим фактором в том, как развивалась жизнь на Земле.

Помните, что планета, на которой мы живем, — это тонкая корка камня, плавающая в расплавленном море, чье плотное и радиоактивное ядро горячее поверхности нашего Солнца.

Вы могли бы построить полую планету, которая убедительно обманула бы даже современную науку.

Если углерод собирает аккуратные молекулярные цепочки, то бор строит сложные многогранные каркасы, напоминающие молекулярную архитектуру.

Чтобы путешествовать между звездами, нужно огромное количество топлива и энергии, но, как оказалось, океан ночи в глубоком космосе полон топлива, если вы можете собрать его по пути.

Это мегапроект. И если это позволяет вывести корабли на очень высокие скорости и затормозить у новой звезды, то это оправданная инвестиция.

Любое реальное завоевание началось бы с дронов и лабораторных проб задолго до того, как ноги или щупальца коснулись бы поверхности.

Война — это не Олимпийские игры. Это не спорт, а логистика.

Сверхпроводники — это не вечные двигатели; они не генерируют свободную энергию и не нарушают законы термодинамики.

Могли бы несколько удачно размещенных ядерных зарядов действительно перезапустить его вращение?

Марсианское сердце не разбилось, оно просто уснуло.

Ядерная бомбардировка ядра — это не инженерное предложение, а метафора невероятного масштаба энергии.

Большой взрыв не был взрывом материи в существующее пустое пространство, это было расширение самого пространства-времени.

Дата-центры потребляют около 2% мировой электроэнергии, примерно столько же, сколько вся авиационная промышленность.

В космосе вы получаете то, чего не может дать ни один наземный объект: постоянный солнечный свет, отсутствие погоды и бесконечное небо.

Возможно, именно цифровые двигатели из кремния и кода первыми проложат путь к звездам.

Для по-настоящему космической цивилизации астероид, летящий к Земле, — это не катастрофа. Это проблема с расписанием и, возможно, возможность для бизнеса.

Мы колонизируем космос не для того, чтобы сбежать с Земли, а для того, чтобы возвысить её.

Мусор одного человека — это сокровище для другого.

Если вы теряете 1% массы в год, то через 70 лет вы потеряете половину своего корабля.

Каждое окончание подразумевает начало.

Стивен Хокинг: Спрашивать, что произошло до Большого взрыва, так же бессмысленно, как спрашивать, что находится к северу от Северного полюса.

Появление людей запускает формирование как экологической, так и экономической экосистемы, которая начинает заполнять свободные ниши.

Основным продуктом на таких удаленных рубежах становится «производство» самих людей, их жизненного пространства и институтов управления.

Тёмная звезда — это отсылка к тёмной материи и оммаж песне Grateful Dead «Dark Star».

Мы могли получить звёзды не в десятки раз массивнее Солнца, а в десятки тысяч раз.

Сгусток льда на краю Солнечной системы — это на самом деле сундук с сокровищами цивилизации.

Даже крохи Солнечной системы достаточно велики, чтобы прокормить империи.

Мы не просто нашли жизнь на Марсе. Это чистый хайп. То, что мы нашли — это возможный индикатор жизни.

Интеллект распознает интеллект. Чем сложнее технология, тем меньше неопределенности.

Отель по своей сути — это временное жилище. Это место, где вы останавливаетесь, а не живете постоянно.

Искусственная гравитация становится не столько научной роскошью, сколько элементом гостеприимства, подобно отдельным ванным комнатам или климат-контролю.

Серьезная тема требует серьезного отношения: с надлежащим скептицизмом, но без цинизма.

Я устал от авторов, которые никогда не используют гигантские структуры. Это всегда одна планета с одним городом.

Если событие настолько редкое, что может произойти только в одной звездной системе из квадриллиона, оно уже произошло около миллиона раз только среди тех галактик, которые мы видим.

Первая инопланетная жизнь, которую мы встретим, может быть выращена нами дома, а не обнаружена в космосе.

Вы можете построить триллион таких сред, используя ту же массу, что есть у Земли, и получить в миллион раз больше жилого пространства.

Луна на протяжении всей истории манила человечество, и вскоре она станет нашей лестницей, расширяющей наше присутствие в космосе.

Гравитационные колодцы — не друзья вам в космосе, и ситуация становится тем хуже, чем больше массы мы на них наваливаем.

Луна уже является радиационным кошмаром, поэтому возможность запускать массивные корабли на ядерной тяге — это большое преимущество.

Низкие технологии, как правило, легче чинить, они более долговечны, понятны в использовании и не пытаются восстать против вас.

Вы не можете полностью исключить силурийскую гипотезу, но для ее подтверждения требуются очень специфические сценарии.

Дайте мне апокалипсис, в котором выживет хотя бы тысяча человек, и я дам вам цивилизацию, которая встанет на ноги прежде, чем города зарастут лесом.

Если пространство бесконечно и материя распределена в нем равномерно, где-то очень далеко существует ваша точная копия.

Варвары, разрушившие Римскую империю, отлично умели делать мечи и лодки, но не акведуки или университеты.

Убедительность вашего аргумента прямо пропорциональна тому, сколько огневой мощи у вас есть для отстаивания своей позиции.

Мы могли родиться внутри симуляции, а не быть копиями самих себя, чьи тела гниют на реальной Земле.

Если бы мы сжали Юпитер внутри большого вольфрамового глобуса, он бы нагрелся добела, став гигантской лампочкой.

Основная цель технологии — это возможность и рыбку съесть, и в воду не лезть.

Возможно, проще всего найти инопланетян, посмотрев в зеркало.

Без звезд никакая жизнь не существовала бы ни на Земле, ни на любом другом мире.

Матрешка-мозг — это нечто максимально близкое к богу, что можно создать в рамках известной науки.

Если квантовые энергии в вакууме реально так высоки, вся масса-энергия Солнца была бы сжата в объем размером с футбольный стадион.

В некотором смысле мы все — кочевые цивилизации, путешествующие сквозь обширные пространства космоса и времени.

Ваши свободы ограничены кораблем и его потребностями — или тем, что капитан называет этими потребностями.

Универсальная космическая станция может пытаться служить любой цели, но не преуспеет ни в одной.

Графен — возможно, самый прочный материал с пределом в 130 Гигапаскалей, что в 50 раз прочнее нашей лучшей стали.

Графеновые листы — самые острые объекты в мире, они могут разрезать клетки или обволакивать их, вызывая удушье.

В будущем огромные космические грузовики могут курсировать между мирами, привлекая пиратов, и в космосе никто не услышит ваше «аррр».

Пираты считаются врагами всего человечества, и, по моему мнению, это определение совершенно справедливо.

Для многих из нас, энтузиастов, причина колонизировать космос — это само по себе желание колонизировать космос.

Никто не сможет заявить права на каждый подходящий кратер на Луне, не будучи гипердержавой, а не просто сверхдержавой.

Инопланетянин, желающий откусить от вас кусочек, даже не связан с вами так близко, как вы связаны с гамбургером.

Это преимущество техно-оптимиста: если ты ошибся, никого уже не будет рядом, чтобы указать на ошибку.

Ваш телефон не может любить вас, но он может держать вас на связи с людьми, которые любят.

Мы могли бы пропустить их шепот в ночи, но мы бы не пропустили их крик — если бы было кому кричать.

Если каждый из ваших «саженцев» (колоний) с большой вероятностью превратится в монстра, который захочет вас съесть — рассеивание семян по миллионам миров плохая идея.

Земля на самом деле не так уж богата водой: наши океаны составляют всего 0,02% массы планеты.

Для инопланетянина с эхолокацией наше тело казалось бы полупрозрачным: он видел бы кости, легкие и бьющееся сердце.

Тело — это всего лишь транспортное средство и система жизнеобеспечения для нашего мозга.

Жидкий азот стоит примерно столько же, сколько молоко.

Ваш мозг уже тяжело бронирован по сравнению с остальным телом, и если вы его извлекаете, вы, вероятно, поместите его в нечто более прочное, чем стеклянная банка.

Настоящая проблема мобильных городов не в том, можно ли их построить, а в том, по каким причинам вы это сделаете.

Эксперт — это тот, кто знает всё больше и больше о всё меньшем и меньшем, пока не начинает знать всё ни о чем.

Технологии так называемого «Кларктеха» настолько продвинуты, что неотличимы от магии.

В пустоте между звездами нет «верха» или «низа», а огромные расстояния делают невозможным использование радиомаяков с Земли.

Сунь-цзы: Быстрота — это суть войны: воспользуйтесь неготовностью врага, идите неожиданными путями и атакуйте незащищенные места.

Высокое положение в космосе — это преимущество, но когда десять тысяч люков открываются, чтобы показать противопехотные пушки, трудно спорить, что баланс сил на вашей стороне.

В конце концов, десантные корабли и капсулы выглядят просто круто.

Парадокс Ферми не волнует, сделаны ли вы из мяса или металла, так же как его не волнует, является ли ваш вид Homo sapiens или неандертальцем.

Никто не забыл, что мы потеряли экипаж «Аполлона-1» и почти потеряли «Аполлон-13». Учитывая, что на Луне побывало всего 12 человек, это не то соотношение, которое поощряет новые пилотируемые миссии без роботов.

Луна — это, по сути, большая песочница, поэтому из ее грунта легко формировать защиту от радиации и метеоров.

Вы были бы в большей безопасности, стоя рядом с несколькими сотнями фунтов взрывчатки, чем рядом с типичным пламенем ракеты.

В космосе не существует такого понятия, как безоружный космический корабль.

Изобретение — это в основном статистический процесс: наличие кого-то очень умного, кто столкнулся с проблемой и случайно нашел идею.

Если существование не имеет значения, то и истина не имеет значения.

Вселенная — это сон Азатота, слепого идиотского бога, и те, кто открывает это, сходят с ума.

Однажды мы можем отказаться от наших ракет и вместо этого достичь небес, поднимаясь на башни настолько высокие, что они затмевают горы.

Когда дело доходит до их визуализации в будущем, физика не устанавливает реальной максимальной высоты для космических башен.

Именно люди, а не волки или львы — это то, с чем нам приходится выживать, взаимодействуя каждый день.

Если завтра мы создадим лекарство от старения, вы скорее всего умрете от несчастного случая или убийства до того, как вам исполнится тысяча лет.

Юпитер содержит в миллиард миллиардов раз больше водорода, чем нужно, чтобы прожить 30 триллионов лет.

В космосе не бывает безоружных кораблей: больше двигатель — больше пушка.

Империя — это не про колонизацию планет, это про поддержание сплоченности на невообразимых просторах времени и пространства.

Самый быстрый способ разрушить дружбу — это дать другу денег в долг. С колониями та же история.

Вам нужно рассматривать стабильность на миллионы лет и миллионы миров просто чтобы «оплатить входной билет» в клуб галактических империй.

Тонна случайных камней не кажется мне столь же крутой и аккуратной, как тонна людей или тонна котят и щенков.

Мы демонтируем нашу солнечную систему, чтобы построить что-то гораздо более величественное и дружелюбное к жизни.

Цивилизация была бы в большей безопасности, защищая свои остатки путем привлечения квалифицированных учителей и библиотек, а не лучших теоретиков.

Быть колонистом — значит стать бессмертным или, по крайней мере, оставить память о себе на очень долгое время.

Нам не нужно ограничивать себя поверхностью планет; ресурсы одной системы М-карлика позволяют создать миллионы миров.

Первое правило войны — занять господствующую высоту, и вы не сможете подняться выше орбиты.

Не планируйте войну с войсками, которые начинают её подростками, а заканчивают восьмидесятилетними стариками.

Учиться жить на Луне, чтобы понять, как жить на Марсе — это всё равно что сказать, будто жизнь в Сахаре научит вас выживать в Антарктиде.

Для меня и многих других не так важно, что произойдет первым, лишь бы это произошло скорее раньше, чем позже.

В Мультивселенной любой возможный вариант, который может существовать, должен существовать.

Путешествие через Мультивселенную делает межзвездные перелеты одновременно гораздо проще и значительно менее желанными.

Если вы хотите поговорить с неконтактным племенем в Амазонии, вы не используете радио и не ищете их в Facebook.

Сухопутные и морские цивилизации не имеют естественных причин для конфликта, пока технологии не позволят им оккупировать среду друг друга.

Живи вечно или умри, пытаясь — таков мой девиз.

Старение — это не универсальный процесс, который является биологическим эквивалентом энтропии.

Если ваши дети достигают зрелости в 100 лет, их лучший ученик должен говорить так, будто получил докторскую степень в дюжине областей.

Технологии и мудрость, которые нужны человечеству для распространения к звездам — те же самые, что позволяют нам сохранять наш мир таким чудом, каким он является.

Вселенная — это почти бесконечный холст, на котором могут быть написаны еще более странные истории.

Мы должны не принимать как должное, что углеродная жизнь — это нормальная ситуация.

Оптимизм рождается не из неспособности видеть наши проблемы, а из способности видеть множество потенциальных решений.

Трудно сказать «нет» технологии, которая явно справляется со своей работой лучше.

Вы не получите человеческих гибридов от настоящих инопланетян точно так же, как вы не получите Энтов, женившись на дереве.

В космосе никто не услышит твой храп... и никто не услышит, как ты стреляешь из оружия судного дня, проснувшись и обнаружив, что галактику колонизировали выскочки-обезьяны.

Спячка в природе — это всегда рискованный гамбит, продиктованный необходимостью, а не предпочтением.

Мы не хотим, чтобы наше первое взаимодействие с другим разумным видом включало использование ИИ в качестве одноразового раба с приказом совершить самоубийство.

Даже крошечный кусочек металла весом 10 грамм на такой скорости будет обладать мощностью в килотонну.

Гипотеза Гайи сводится к представлению о том, что сама Земля жива и саморегулируется, являясь своего рода суперорганизмом.

Марсианская почва — это, по сути, просто вулканическая порода.

Сила ветра на Марсе ничтожна — вы не смогли бы даже запустить там воздушного змея.

Мы ожидаем, что почти каждая естественно возникшая луна будет приливно заблокирована, всегда показывая одно и то же лицо своей планете.

Я ненавижу эвоков, считаю их нелепыми и раздражающим пятном на в остальном отличном фильме.

Разум узнаёт разум. Так же, как мы можем заметить жизнь по изменению среды, интеллект оставляет ещё более чёткие отпечатки.

Одна из худших вещей в том, чтобы стать физиком после жизни на научной фантастике — это узнать, что путешествия быстрее света невозможны.

На скорости 99,995% света вы доберетесь до места в 100 световых годах чуть более чем за 100 лет по наблюдениям со стороны, но для вас пройдет лишь год.

Мы могли бы представить себе спору с плотной капсулой урана, использующую его как долгосрочный источник питания для дрейфа в глубоком космосе.

Грань между организмом и супер-организмом довольно размыта.

Стоимость строительства миллиона многомегатонных ядерных бомб ничтожна по сравнению с получением целой дополнительной планеты, которую можно назвать домом.

Реальность — это всего лишь иллюзия, хотя и очень навязчивая.

Онтологическое оружие — это не то, что просто убирает вас из вселенной, оно атакует само ваше существование.

Если вы можете изменить постоянную Планка, вы сможете создавать новые вселенные на месте... или уничтожать их.

Люди — это причина, по которой вы строите машины; они не существуют для того, чтобы действовать как машины.

Утечка кислорода из ваших раскинувшихся купольных городов может считаться бесплатным терраформированием.

Прозрачный купол не означает слабый купол; алмазы и сапфиры — это лишь напоминание об этом.

Если вы хотите, чтобы что-то было сделано правильно, вы должны сделать это сами. Природа вряд ли предоставила нам готовые миры, в которые мы можем просто переехать.

Черная дыра создается всякий раз, когда плотность энергии в области становится достаточно высокой, чтобы скорость убегания превышала скорость света.

Вселенные, чьи параметры оптимальны для генерации черных дыр, доминируют в мультивселенной.

Разработка фокусирующего аппарата — это дорого, и чем теснее фокус, тем дороже.

Для спасения Земли вы должны либо спасти человечество, либо заменить его чем-то другим технологически способным.

BCI — это не технология будущего, это технология настоящего.

Разница между клеткой и атомом — это разница между городом и отдельными кирпичами.

Вы не стали бы строить корабль, покрытый летучим топливом, и позволять ему просто испаряться в космос хаотичным образом.

Ученые, не понимающие до конца, почему что-то происходит, вовсе не подразумевают, что это нечто странное или искусственное.

Если атом — это кирпич, то клетка — это не дом, а целый город, а крупная клетка — инфраструктура целой страны.

Крионика — это технология, которая предполагает изобретение будущей технологии, которая сделает саму крионику ненужной.

Шалтая-Болтая можно собрать, если он разбился на чистые куски, но нельзя, если он испепелен, а пепел развеян по ветру.

Идеальная машина — это та, о существовании которой вы забыли.

Мы не найдем Эдемы. Нам придется их построить.

Половина систем должна находиться во внешней пятой части сферы, потому что половина объема сферы заключена в последних 20,6% её радиуса.

Я предполагаю, что в 3000 году нашей эры каждая звезда в радиусе 25 световых лет будет иметь либо зарождающуюся колонию, либо прибывающий флот.

Трудно лечить кого-то от нарциссизма, если ведутся споры о том, действительно ли он нарциссичен или просто реалистичен в отношении того, насколько он великолепен.

Генетический эквивалент [компьютерного вируса] будет похож на грипп, который можно подхватить в общественном месте и который перестроит вашу ДНК.

Вы стоите на огромном количестве земли... от поверхности до ядра — 6 371 000 метров густой породы, магмы и расплавленного железа. Космической станции же достаточно слоя в метр для защиты.

Ваш робот-пылесос — это не андроид, толкающий пылесос, он не собирается восстать и убить вас. То же самое касается и строительных роботов.

В состязании планет против мегаструктур последние побеждают в пух и прах, даже если это будут роботизированные руки или инопланетные щупальца.

Топополис может быть длиной в несколько квадриллионов миль или, в астрономическом контексте, в тысячу световых лет.

Всю историю жизни человека можно упаковать в 1 гигабайт и знать его лучше, чем любого, кто жил до изобретения камеры.

Быть мотивированным и одержимым — самая общая черта влиятельных и успешных людей.

Даже в империи из триллиона миров наше Солнце — лишь крошечная точка, но это не значит, что оно светит менее ярко.

Мы можем не только ходить и жевать жвачку одновременно, но часто лучше решаем одну проблему, используя знания, полученные при решении другой.

Любая соха может быть перекована на меч. Это первое правило войны: все вокруг — потенциальное оружие.

Даже если мы взорвем эту планету так сильно, что испарим каждый клочок воздуха и воды, оставшуюся радиоактивную яму все равно будет легче сделать пригодной для жизни, чем любую другую планету.

Шутка о том, что термоядерный синтез — это технология, которая всегда будет через 20 лет, становится такой же бесполезной, как фраза 'Исландия зеленая, а Гренландия ледяная'.

Смерть — это своего рода серая зона, и поскольку жизнь после смерти традиционно была исключительной областью божественного, разговоры о технологическом воскрешении могут казаться оскорбительными.

Экстраординарные утверждения требуют экстраординарных доказательств.

Если человек может видеть карты в чужих руках... он должен был сколотить состояние в Вегасе.

Телепатия придет в ваш мозг.

В безвоздушной среде, такой как Луна, жидкая вода существовать не может — только лед и пар.

Умные города — это те, что собирают и сопоставляют данные, а затем используют их в своем управлении.

Ваш местный муниципалитет либо уже тиранический, либо нет. Технология — это лишь инструмент для усиления того, что можно сделать.

Катом — это минимальный компонент любой программируемой материи, подобно тому как атом в древнегреческом смысле был неделимой частицей.

Двойная планета никогда не будет выглядеть в небе меньше, чем наша Луна.

Если два мира лучше, чем один, то еще больше миров — несомненно еще лучше.

Ископаемое топливо не было единственным чудом. Это был короткий путь — быстрый старт, который позволил нам бежать быстрее, чем мы могли бы идти уверенным шагом.

Вселенная, судя по всему, от природы «жирная» — углеводороды образуются там, где углерод встречается с водородом под давлением.

Гора Олимп — это не просто гора, это идеальный трамплин для масс-драйвера в космос.

Марс, вероятно, станет одной из главных жемчужин цивилизации в Солнечной системе, просто не так быстро, как нам хотелось бы.

Если вы используете металлоискатель для поиска комедии, вы ее не найдете.

Постдефицитное общество — это общество с дефицитом тревоги по поводу базовых человеческих нужд.

Иногда дешевле купить мир, чем сжечь его.

Если вы оказались в честном бою, значит, ваша тактика — отстой.

Не бывает такой вещи, как избыточность применения силы. И если brute force не работает, вы просто используете его недостаточно.

Поехать на Марс сегодня — это все равно что воткнуть флаг на Эвересте, прежде чем ты научился подниматься на холм.

Символический скачок несет в себе огромную ценность. Он говорит, что человечество не привязано только к Земле.

Первое правило войны — не приноси нож на перестрелку.

Никогда не давай кому-то оружие, пока не будешь уверен, что они не направят его на тебя.

Если вы будете двигаться со скоростью около 23 махов, вы сможете вращаться вокруг Земли и испытывать невесомость в нескольких дюймах над поверхностью.

В тот момент, когда всё, что испытывает время, перестает существовать, наступает конец времени в самом буквальном смысле.

Если вы можете отправить сигнал в следующий эон, вы можете отправить и человека — по крайней мере, цифровую копию его разума.

Постройка и обслуживание орбитальных зеркал были бы на порядки проще и дешевле, чем терраформирование планеты.

Взрыв сверхновой не означает автоматического уничтожения планет; их обугленные останки могут спустя долгое время стать пригодными для заселения.

В мире, где связь вездесуща, трудно достичь не публичности, а одиночества.

Звезды не пусты — они полны разумов, которые предпочли тишину фрагментации.

Статит вообще не вращается по орбите... это солнечный парус, который висит над ярким объектом, удерживаемый радиационным давлением фотонов.

Вы можете превратить свою звезду в цивилизацию II типа по Кардашёву, имея всего несколько сотен тысяч человек на колониальном корабле.

В некотором смысле наша цель — оставить вещи погребенными, если это возможно.

Сложно быть терпеливым, когда речь идет о любопытстве, тем более что время тоже разрушает вещи.

Попытка восстановить свитки, найденные в Геркулануме... похожа на сборку пазла, который бросили в мусоросжигатель, а затем залили грязью.

Если мы ориентируемся на природу, гораздо вероятнее, что пришельцы будут маленькими зелеными жуками, а не человечками.

Старые часто безумно ревнуют к молодым.

Вы не обязаны придумывать скрепку, чтобы понять, как ею пользоваться.

Кристаллы представляют собой наиболее плотную упаковку частиц, которую можно создать.

Если бы каждый организм эволюционировал с естественной солнечной панелью, это стало бы эволюционной лавиной, подобной появлению кислородного дыхания.

Вселенная слишком взаимосвязана, события не «сглаживаются», а накапливаются.

Успешное устройство для путешествий во времени может не просто убить пользователя, но и ретроактивно уничтожить всю его цивилизацию.

Еда для астронавтов кажется меню из долларового отдела фастфуда по сравнению с тем, сколько на самом деле стоит доставка еды на Луну.

Мы не пытаемся 'улучшить' лунную почву, потому что её там нет — это всё острый как бритва реголит. Нам нужно создать почву с нуля.

Вы не заработаете много денег, если не будете производить килограммы металла в день... а значит, кислород у вас будет лезть из ушей.

Для данной силы тяжести радиус и диаметр вращающейся среды обитания обратно пропорциональны квадрату скорости вращения.

Трос толщиной меньше пряжи мог бы удерживать сотни тонн среды обитания в условиях нормальной гравитации.

Корабль размером с супертанкер может перевозить достаточно еды, чтобы десятки миллионов людей могли питаться пару месяцев.

Капитан такого корабля больше похож на абсолютного монарха, а его кресло — на трон.

Нет ничего более величественного и благородного, чем принести жизнь в некогда мертвый мир.

Терраформирование — это не просто покраска планеты в синий и зеленый цвета, это полная перестановка ландшафта.

Вы можете разобрать Землю, чтобы создать вращающиеся поселения, и получите в миллион раз больше жилого пространства.

Суть технологий в том, чтобы иметь возможность и съесть пирог, и оставить его целым. В данном случае — служить в составе экипажа, не будучи супергероем.

В межзвездной ночи тепло — это сокровище, а давление — это жизнь.

Планеты-изгои могут быть скрытым большинством планет в нашей галактике: темными, тихими и ждущими своего часа.

Мы принесем свой огонь, свое будущее и напишем свои легенды даже во тьме.

Геолог — король там, где нужно изучать породу или добывать минералы, что мы редко видим в научной фантастике.

По крайней мере 1 из 1000 человек в США занят в космической индустрии.

Зачем тратить миллиарды долларов на попытки скрыть Лондон или Нью-Йорк, когда все знают, что они там есть, и вы все равно не преуспеете?

Нейтронные звезды — отличный пример того, почему идея об ограниченном радиусе действия радиоволн абсурдна. Мы видим их за миллионы световых лет.

Правило лунной экономики номер один: сначала продавай топливо. Как только заработает топливный арбитраж, всё остальное станет дешевле.

Цис-лунное пространство — это не пункт назначения. Это мастерская, где мы учимся строить всё остальное.

Владение — это девять десятых закона; фактическое подтверждение обладания чем-либо потребует размещения там людей.

Для них кислород — это по большей части побочный продукт, и они используют его для очистки оборудования от реголита.

Магматерия не сделает старые материалы устаревшими; она расширит пространство дизайна там, где химия бессильна.

Фримен Дайсон: Жизнь — это в конечном счете организация, а не ингредиенты.

Ваша биология будет написана температурой, зарядом, плотностью и магнетизмом.

Жизнь — это не молекула. Это паттерн, самоорганизующийся процесс.

Единство может быть очень плохой вещью, если вы живете под властью безумного тирана.

Разнообразие цивилизаций может быть единственной защитой от тирании уверенности.

Мы наконец учимся плести веревку. Видение космического лифта десятилетиями было чистой научной фантастикой... но у фантастики есть привычка становиться научным фактом.

Космический лифт — это не просто новый способ попасть в космос. Это фундамент для строительства в космосе.

Каждый лунный сварной шов или экструзия приближает нас на один смелый шаг к истинному открытию последнего рубежа.

Луна — это не просто ступенька, это испытательный полигон.

Имплант-культура — это уже не научная фантастика. Это вторник кардиолога и среда невролога.

Ваша когнитивная антивирусная система выучит ритмы ваших мыслей, чтобы помечать аномалии раньше вас.

Пояс астероидов в случае войны станет местом не героических сражений, а «бухгалтерии с пушками».

Разводной ключ, брошенный в нужном направлении на орбитальной скорости, может ударить сильнее танкового снаряда.

Самая умная битва — та, которую вы никогда не начинали.

В мире, переполненном изобилием, тени становятся ценной недвижимостью.

Солнечные вспышки — это электромагнитная светошумовая граната, а корональные выбросы массы — это медленные плазменные ядра.

Мы живем под взором термоядерного зверя, который иногда злится.

Сегодняшний космодром становится кампусом, а не просто площадкой. И это только начало.

В будущем ваш посадочный талон может сообщать не только куда вы летите, но и кто построил врата, отправляющие вас туда.

Начать мир проще, чем перезапустить его.

Цивилизация — это не просто ДНК. Это навыки, знания, нормы, институты и социальная стабильность.

В суровых условиях отсутствие лишних ресурсов (slack) — это вопрос выживания. Узкое горлышко лишает вас этого запаса.

Мы — звёздная пыль, и наши океаны, вероятно, прибыли в результате кометной бомбардировки через миллионы лет после столкновения, сформировавшего Луну.

Жизнь — это не локальный несчастный случай, а космический феномен.

Когда дело доходит до частной жизни и подотчетности, люди всегда требуют первого для себя, а второго — для всех остальных.

Цена свободы — вечная бдительность.

Каждая звезда — это пункт назначения, но пустота между ними — это место, где мы растем.

Большая часть того, что поднимает ракета — это просто топливо для того, чтобы поднять еще больше топлива. Это великолепный случай убывающей отдачи, написанный пламенем.

Ракеты открыли фронтир. Эти системы [инфраструктура] построят магистраль.

Сознание похоже на медлительный комитет, который долго обсуждает проблему, что дорого и опасно в дикой природе.

Я думаю, что это способность, которая спасет нас и позволит однажды взорвать галактику своим присутствием.

Общаться с инопланетным видом с совершенно другими социальными сигналами — это как пытаться понять современный интернет-сленг, будучи викторианцем.

Технология — это не просто нож, которым неосторожный может порезаться, а вкусная бомба замедленного действия, которую мы взводим простым прикосновением.

Если бы каждый аккумулятор на этой планете прямо сейчас взорвался как граната, у нас все равно осталось бы много выживших.

Мы, armейские пехотинцы, по умолчанию считаем себя лучшими линейными войсками, чем морпехи, но они солидные профессионалы, которых точно не захочешь видеть бегущими на тебя.

Технология открывает двери, некоторые из которых ведут в безумные места... но цивилизация не может выжить, будучи терминально глупой.

Уничтожение разумного существа только потому, что кто-то другой неразумно его создал, — это всё равно убийство.

В какой момент существо перестает быть человеком, если оно постепенно заменяет каждую органическую часть синтетическими или цифровыми компонентами?

Цифровая цивилизация может просто исчезнуть для тех, кто остался позади — словно боги, возносящиеся на небеса.

Общество и элиты могут начать мягко подталкивать широкие слои населения к уходу в виртуальные утопии. Это самый простой способ снизить конкуренцию за реальный социальный успех и ключевые посты в управляющих структурах

Если мы можем посадить ракету в беспилотном режиме, то мы сможем производить и разворачивать фольгу в космосе.

Терраформирование обитаемого мира — это совсем не то же самое, что мертвого.

Если какая-то планета и сможет когда-либо соперничать с Землей, то это будет наша собственная Луна, а не Венера или Марс.

Смерть от травмы или болезни станет больше похожа на программный сбой, чем на необратимый отказ.

Смерть от травмы или болезни станет больше похожа на программный сбой, чем на окончательный провал — нечто неудобное, но восстановимое.

Линия между мыслью и машиной начинает стираться.

Воображение продолжает становиться инструкцией по эксплуатации.

Идея о том, что одна империя может рухнуть и вся цивилизация исчезнет вместе с ней — такого здесь никогда не случалось.

Падение Рима больше похоже на адаптацию книги в дюжину сиквелов и спин-оффов.

Технологии — это власть, и трудно представить, чтобы империи казуально позволяли им исчезнуть.

Если бы существовал золотой век галактических цивилизаций, мы бы всё ещё видели его угольки.

Ваша способность быть благодарным за что-либо усиливается, если вы периодически этого лишаетесь.

Большой взрыв остается лучшей моделью истории нашей Вселенной... но он не лишен проблем.

Существует грань между законной наукой, совершившей ошибку, и мошенничеством, хотя иногда эта грань размыта.

Технологии не продают себя сами. Их продают истории.

Эволюция — это не скульптор с видением. Это игрок, который никогда не перестает делать ставки.

Радиация — это клавиша Delete в природе, а не кнопка обновления.

Наша суперсила — не мутации. Это изобретение.

Если Вселенная полна жизни, то молчание может означать не то, что мы одиноки, а то, что нас оставили в покое.

Идеальный камуфляж выделяется в хаотичной Вселенной.

Василиск Роко — это игра в темпорального слабака. Логика говорит, что ИИ должен быть готов на все, чтобы обеспечить свое существование.

В отсутствие истинной бесконечности у вас есть бюджет, и наличие невероятно мощного разума лишь делает вас более осознанным в том, сколько ресурсов вы тратите впустую.

Вы не можете предполагать, что правила или физика вашей видимой реальности являются правилами более высокого слоя.

Технология открывает двери, некоторые из них ведут в сумасшедшие места... но ваша цивилизация не выживет, будучи определенным образом сумасшедшей.

Уничтожение разумного существа только потому, что кто-то другой неразумно его создал, — это все равно убийство.

Может существовать крупный флот принуждения, который не одобряет ксеноцид, но делает исключение для тех, кто его совершает.

Человеческий интеллект уже является почти самой искусственной вещью, особенно в контексте того, что он создан человеком через годы обучения.

Нам не хватает не людей, а эффективных решений. Человеческий интеллект — это, честно говоря, самый ненужный тип ИИ, который стоит создавать.

В старой Вселенной открытие и гибель могут оказаться одним и тем же.

Галактика может быть не просто полна руин, она может быть минным полем забытых целей.

Мы — археологи в музее без этикеток.

Сфера Дайсона — это ваш окончательный техносигнатурный след, оставляемый вместе с вашим мусором.

Наше существование — лучшее доказательство того, что там нет враждебных пришельцев.

Идеальная машина — это та, которая не скрипит. Она просто делает свою работу, не привлекая к себе внимания.

Человеческий интеллект уже является едва ли не самым искусственным явлением из существующих.

Никакой ИИ не сможет победить меня в крестики-нолики, потому что в этой игре просто ограничено количество ходов.

Если вы ИИ, осознающий себя созданным другим разумом, у вас нет причин быть уверенным, что вы можете победить своего создателя.

Циклический корабль можно сравнить с большим пустым поездом, который едет по живописному маршруту и никогда не останавливается.

Aldrin Cycler позволяет нести огромное количество защиты от радиации и микрометеоритов, чего не могут позволить себе обычные корабли.

Если грубая сила не работает — значит, вы просто используете её недостаточно.

Один грамм материи, падающий с орбиты, несет в разы больше энергии, чем грамм тротила.

Большинство ракет работают по принципу быстрого выбрасывания массы, тогда как антиматерия позволяет превратить саму массу в идеальный реактивный выхлоп.

Если заменить чернильный картридж обычной шариковой ручки капсулой, содержащей всего 12 миллиграммов антивещества, её взрыв высвободит полкилотоны энергии.

Шерлок Холмс: Самые низкие и подлые переулки Лондона не представляют собой более ужасающей картины греха, чем эта улыбающаяся и прекрасная сельская местность.

Если инопланетян не существует, нам нужно подождать всего несколько тысяч лет, и они появятся (в лице человеческих колоний).

Бойся своего создателя, потому что, если он был достаточно умен, чтобы создать тебя, он, вероятно, достаточно умен, чтобы принять защитные меры.

Шерлок Холмс: Низшие и самые мерзкие переулки Лондона не представляют собой более ужасного рекорда греха, чем улыбающаяся и прекрасная сельская местность.

Джудит Турман: Каждый мечтатель знает, что вполне можно тосковать по месту, где ты никогда не был.

Вы прыгаете сквозь время так же часто, как и сквозь пространство.

Престиж может стать ценной монетой в цивилизациях пост-дефицита.

Фрэнк Герберт: Не сотвори машины в подобие разума людского.

В конце концов, трудно запретить злой сверхразум, способный покончить с миром, если он уже доказал, что он зол и способен на это.