Рори

Сожаление об упущенных сделках (anti-portfolio regret) — это психологическая цена, которую вы платите за то, чтобы оставаться в игре.

Сэм Альтман понимает власть. У него больше рычагов, чем у AMD, поэтому он взял 10% их компании за привилегию продавать ему товары.

Ликвидность испаряется не потому, что у людей заканчиваются деньги, а потому, что им становится страшно.

Сэм Альтман понимает власть. У него больше власти, чем у AMD, поэтому он забрал 10% их компании за привилегию продавать ему товар.

Вы не можете посчитать цифры SpaceX и выйти на 1,5 триллиона. Вы просто покупаете долю в Илоне Маске.

Переплата работает только тогда, когда TAM огромен. В ограниченных рынках нужно торговаться гораздо жестче.

Отсутствие IPO у лидеров — это величайший дар венчурному капиталу в нашей жизни.

Вы не можете просчитать цифры SpaceX и прийти к 1,5 триллионам. Вы просто не можете. Но вы платите EOV — Elon Option Value.

Цена — это рычаг для 90% экономических транзакций. Если вы можете получить безумную цену на публичном рынке, которая выше безумной цены на частном — вам стоит выходить.

Это венчурный эквивалент правила 'никого не увольняли за покупку IBM': вы просто вкладываете деньги в победителя консенсуса с защитой 1x.

В ранней стадии вы берете некоррелированный бизнес-риск, а на поздней стадии — 100% коррелированный риск оценки.

Если вы не можете жить со страхом, что все меняется каждые 6 месяцев, вам, вероятно, стоит найти другую работу.

Мы достигнем AGI ровно в тот момент, когда Microsoft и OpenAI начнут литигацию о том, что такое AGI.

Венчур — это игра, в которую играют 6000 человек, а в конце побеждает Sequoia.