Брент Кочуба

Вы можете переплатить за колл-опцион, даже если ваша ставка на технологию верна. То же самое происходит сейчас с дата-центрами ИИ.

Принудительная торговля в условиях плохой ликвидности — вот что создает события волатильности, а ликвидность не возвращается.

Крис Коул: Истинная волатильность — это не изменение вещи. Это изменение среды вокруг нее.

Рынок опционов не страдает «синдромом помешательства на Трампе» — в ценах заложена правда, а не эмоции.

Ликвидность — это иллюзия на этом рынке. Как только волатильность начинает расти, заявки на покупку и продажу просто исчезают.

Nvidia — это сущность сама по себе. Объем ее колл-опционов практически равен объему путов на весь индекс S&P 500.

Положительная гамма действует как китайская ловушка для пальцев: чем сильнее вы тянете, тем меньше свободы получаете.

Когда реализованная волатильность падает до минимума, покупка страховки становится невероятно дешевой и выгодной.

В краткосрочной перспективе рынок не закладывает абсолютно никакой волатильности. Ноль.

Вы не переходите от спокойной воды сразу к кипению; сначала идет стадия симуляции, и именно это мы видим сейчас в пространстве волатильности.

Рынок опционов не всегда является триггером, но он работает как турбонаддув для движений цены.

Если вы прошепчете кому-то на ухо 'OpenAI', они просто купят это. Они не знают, что покупают, они просто покупают.

Девяносто процентов времени вы торгуете против маркет-мейкера на опционных биржах.

Если вы проигрываете сегодня, вы удваиваете позицию завтра — это стратегия, гарантирующая полный крах.

Каждый раз, когда метрика корреляции пересекает уровень восемь, это сигнал о грядущей коррекции рынка акций.

Мы видели 400 пунктов по S&P за 7 минут... ликвидность буквально равна нулю.

Как только подразумеваемая волатильность падает, все дельты меняются, и это запускает потоки хеджирования.

Раньше говорили, что реакция на новость важнее самой новости. Сейчас из-за деривативов мы видим экстремальные реакции.

На close-to-close базисе волатильность кажется низкой, но внутри дня мы видим колебания в 1–2%.

Open Claw вызывает то, что называют SAS-апокалипсисом.

Если вы видите айс-кофе в дели за $9, то S&P 500 должен быть на уровне 10 000, чтобы эти вещи соответствовали друг другу.

Июньская экспирация — это зверь. Она в три раза больше майской и почти не имеет защитных путов.

Если вы взяли ипотеку на дом, чтобы купить MicroStrategy, считая это дешевым долгом, у меня для вас плохие новости.

Это единственный случай за последние 25 лет, когда широта рынка настолько плохая, а S&P 500 при этом растет.

Если вы держитесь за Nvidia, вы словно привязаны к разогнавшемуся автомобилю — он протащит вас за собой по всей улице.

После января 2022 года рынок по большей части доминируется пут-опционами, что изменило весь режим торговли.

VIX на уровне 20 подразумевает дневные движения в 1.25%, но рынок фактически двигался лишь на 80 базисных пунктов.

Название Ozempic происходит от страны Оз из «Волшебника страны Оз» — оно должно вызывать чувство чуда и возможности.

Broadcom теперь больше Tesla в индексе S&P 500. Это меня шокировало.

Если вы бросаете камень вверх, он будет лететь, пока не закончится импульс, а затем резко развернется. Так я вижу текущий рынок.

Потоки 0DTE вызывают возврат к среднему в маркетинге: в случае просадки приходят покупатели коллов, выталкивая рынок вверх, а при ралли — продавцы коллов гасят импульс.

В эту пятницу у Nvidia, AMD и Tesla сгорает более 50% всего накопленного объема гамма-позиций. Это приведет к высвобождению волатильности.

Ликвидность в таких гигантах, как NVIDIA, на самом деле может быть очень низкой из-за того, сколько акций заблокировано в индексах.

Если вы хотите увидеть воплощение или архетип «Трамп-трейда» — это Илон Маск и Tesla.

Мы находимся в рынке, который закладывает нулевой риск на будущее.

Январь 2022 года имел массивную экспирацию, и это главная точка для сравнения с текущей ситуацией.

Риск, который я вижу в 0DTE — это флэш-крэш. Мы можем рухнуть вверх так же легко, как и вниз.

Положительная гамма работает как китайская ловушка для пальцев: она закрепощает рынок и делает его очень липким вокруг уровней с большими позициями.

Риск случается быстро. Вы остаетесь в сделке до тех пор, пока она не перестанет работать, и сейчас Short Vol работает, но у нее есть нижний предел.

Если мы увидим ралли в конце декабря, это значительно повысит шансы на жесткие продажи в январе из-за истечения гигантских позиций в коллах.

Nvidia, третья по величине компания в S&P 500, торгуется как мем-акция, и это действительно завораживает.

NVIDIA теперь имеет большее значение номинальной дельты коллов, чем индекс SPY, что указывает на экстремальный уровень раздутости позиций.

Две трети времени индекс S&P 500 разворачивается после недели экспирации опционов.

Розничные инвесторы продолжают вливать деньги в фонды продажи коллов, несмотря на то, что они систематически недополучают прибыль на растущем рынке.

Заседание ФРС в сентябре — самое важное в нашей жизни.

В контексте многолетней волатильности сейчас всё очень тихо. Люди не хотят владеть путами, они просто не беспокоятся.

Кто-то наклонился вперед в кресле в Твиттере — и это вызвало рост акций на 200%. Мы живем в удивительном мире.

Мы выходим из режима подавления волатильности. Люди были спокойны из-за веры в стабильную политику ФРС, но горячие данные CPI всё изменили.

Сложный процент — самая мощная сила в мире.

Когда вы начинаете ставить на конец света, вы, скорее всего, проиграете.

Торговля краткосрочными опционами — это игра с волками.

91% стоимости экспирации — это коллы. Все на одной стороне лодки, и это отличный индикатор перекупленного рынка.

Опционы — это уже не просто хвост, который виляет собакой. Опционы — это и есть сама собака.